Ох, милые мои, присаживайтесь поближе, расскажу я вам историю про «тихую зависть» и про то, как свой свет от чужих глаз беречь.
Бывает ведь так: в доме всё ладно, на душе покой, а придет человек, посмотрит, похвалит и будто всё рассыпаться начинает.
Вчера день был солнечный, медовый. Я на крылечке сидела, Лиска моя рыжая рядом развалилась, пузо солнышку подставила. Она у меня как барометр — если спит спокойно, значит, и в мире всё тихо. А тут вдруг уши прижала, хвостом забила и в дом шмыгнула. Я еще подумала: «Кого это Лиска почуяла?».
Гляжу — Нюра, соседка, идет. Лицо расстроенное, платок на бок съехал. Зашла во двор, присела на ступеньку и вздыхает так тяжко, что у меня аж сердце кольнуло.
— Алевтина Петровна, — говорит, — не знаю, что и думать. Заходила вчера ко мне кума, всё дом нахваливала, пироги мои пробовала, говорила, как мне с мужем повезло. А как ушла — так пирог последний пригорел, кран на кухне сорвало, и с мужем на ровном месте сцепились так, что до сих пор не разговариваем. Будто сглазила она меня, хотя и слова-то только добрые говорила.
Я на Нюру посмотрела и вздохнула. Знаю я это «доброе слово», от которого потом всё прахом идет. Зависть-то она, милые мои, не всегда с криком и злобой приходит. Иногда она в самую сладкую похвалу прячется, как червяк в спелое яблоко.
— Погоди, Нюра, — отвечаю, — не кума твоя виновата, а то, что ты дом свой «открытым» оставила. Когда тебя хвалят, а ты чувствуешь, что внутри холодок пробегает — это душа твоя тебе знак дает.
Повела я её в дом, налила воды в чашку прозрачную. Бросила туда щепотку соли крупной, да веточку полыни, что у меня над дверью висела.
— На, — говорю, — умойся этой водицей, да не просто так, а с мыслью, что ты всё чужое, липкое с себя смываешь. А потом возьми обычную булавку и приколи её с изнанки одежды, поближе к сердцу, головкой вниз.
Бабушка моя учила: «Если тебя хвалят чрезмерно, а ты подвох чуешь — прикуси кончик языка и про себя скажи: Твои речи — тебе в плечи. Моё добро при мне останется, твоё слово мимо пронесется».
Это не злоба, голубушки мои, это защита. Не каждый, кто хвалит, добра желает. Кто-то и сам не знает, что в нем зависть черная сидит, душу ему гложет. А когда мы радуемся напоказ, мы как огонек в ночи — все мотыльки на нас летят, и не все они безобидные.
Нюра умылась, шёпотку повторила, и смотрю — глаза-то у неё прояснились. Улыбнулась, за суету свою извинилась. Посидели мы с ней, чайку попили, Лиска из дома вышла, к Нюре ластиться начала — значит, очистилась душа, ушла тяжесть.
Милые мои, и вы помните: счастье — оно тишину любит. Не зря в старину говорили: «Не хвались травой, пока в стог не сложишь». Радуйтесь своему ладу, берегите свой уют, но не выставляйте его на каждый встречный глаз.
А если чувствуете, что после чьих-то слов на душе мутно стало — не копите это в себе. Умойтесь проточной водой, зажгите свечу, попросите у Господа защиты. Вода и огонь — они всю напраслину смоют и сожгут.
Берегите свой внутренний свет, не давайте чужой тени его загасить.
Храни вас Господь 🕯️
