-Колька, да ты с ума сошел! Она ведь брошенка! Да еще и старше тебя!- мать вытирала слезы краешком платка.
-Мам, ты хоть слова-то подбирай. Брошенка…Ну не сложилось у Лены… С кем не бывает? Ты знаешь, какая она замечательная! Я уверен, когда ты с ней познакомишься поближе, ты изменишь свое мнение о Лене.
-А этот её… пострелёнок... Вся деревня от него воет. Что тут скажешь - безотцовщина!
-Кстати, мама, давно хотел сказать тебе, что Лена беременна. Мы ждем ребенка.
- Давно хотел сказать?! Всё, это уже последняя капля... - мать махнула на Кольку рукой, вышла в сенки и горько заплакала.
Надежда Петровна растила сына одна. Муж умер, когда Николаю было 7 лет. Сын был гордостью матери. Красивый, умный, закончил престижный вуз, занимал высокую должность в администрации района, подавал большие надежды.
Мужчина в трамвае держал на коленях клетку с какой-то птицей. Рядом сидящая дама не сводила глаз с пленницы. Смотрела-смотрела и сказала, что держать божью тварь взаперти безнравственно. Он посмотрел на нее с удивлением и мягко ответил, что это никого не касается, а в первую очередь дамы. И добавил, что безнравственно делать замечание незнакомым людям, причем без достаточного повода. Дама возмутилась, она буквально зашипела, что если бы мужчину посадили в клетку, тогда он познал бы, что такое неволя. Он в ответ заметил, что, наверное, у нее есть такой потрясающий опыт: вероятно, сидела в заключении.
Трамвайная остановка. Дама, позеленев от злости, вскочила на ноги и пошла к двери. Мужчине тоже надо было выходить.
Жена очень любила кошек и собак. Но вот муж был иного мнения. Он считал, что, во-первых, они разводят грязь и блох. Во-вторых, для ухода за ними надо много времени и денег. А ни того, ни другого у них не было. Все деньги уходили на двоих детей, уже учившихся в университете. Так что, с деньгами было туго.
Всё время на работе, знаете ли. А дома хотелось отдохнуть и тишины. Поэтому, мужчина был яростным противником содержания в доме любых животных. А вот женщине было тоскливо. Муж у телевизора, а она на кухне, и очень хотелось поговорить с кем-нибудь и погладить. Ну, что с неё возьмёшь? Женская натура, понимаешь ли. Гладить им надо кого-нибудь.
– Мамуль, прости, но как вы с папой планируете распорядиться наследством? – спросила Ирина, когда в очередной раз приехала к родителям.
– Каким наследством? – удивилась мать.
– Ну… нашей с вами квартирой. Вам ведь далеко за семьдесят. Хорошо бы этот вопрос решить заранее.
– Ты что же, ждешь нашей смерти?
– Зачем ты так? Я об этом даже не думаю, – смутилась Ирина, – просто не хочу, чтобы потом у нас с Сергеем испортились отношения. Все-таки он мой единственный брат.
– С чего им портиться, отношениям вашим? ‒ с заметным недовольством ответила мать, ‒ четвертая часть квартиры и так Сергею принадлежит, а нашу часть пополам поделите. Вот и все.
– А как так получилось? Почему у меня части нет?
– Так ты же выписалась, когда учиться уезжала. А там приватизацию объявили. Вот Сережа и стал собственником. Разве я тебе не говорила?
– Не говорила.
- Никто… никто бы не обрадовался. - всхлипывала мать. - Кому понравится, что сын нашёл себе старую?
- Мам… - Дима подошёл и обнял её. – Прости, но я не думаю о перспективах. Я живу сегодня, а сегодня мне очень хорошо рядом с Юлей. Она – красивая женщина, порядочный человек, и я очень её люблю.
- Почему? – спросила мать, вытирая слёзы.
- Что – почему? Почему люблю?
Дима рос в любви и заботе. Всё у него было дома хорошо – родители не давили на сына, не навязывали свой выбор. Зато во всём поддерживали. Дима вырос, выучился на юриста, и устроился работать в хорошую компанию – опыт нарабатывать.
Женился он через пару лет после окончания института на своей однокурснице, Ольге. С детьми не торопились – обоим хотелось состояться в профессии.
Варя давно мечтала о домике в деревне. А почему бы и нет? Проработав всю жизнь на вредном производстве, на пенсию она ушла рано – самое время подумать о своем доме, огородике и хозяйстве.
А то, что мужика своего нет, так это дело поправимое – наверняка в соседях обязательно найдется какой-нибудь дядя Коля, который за символическую плату и забор поправит, и дверь у сарая починит.
Задумано – сделано! Посмотрела объявления... В принципе, многие дома с участками стоили очень недорого и даже автолавка два раза в неделю к ним прилагалась, но хотелось бы быть хоть немного ближе к цивилизации.
Чтоб в деревне был хотя бы фельдшерский пункт, а то организм ведь не молодеет и в один прекрасный момент карета скорой помощи может не успеть. Но в таких населенных пунктах недвижимость стоила намного дороже. - Ну и ладно!
Махнула рукой Варвара.
- Поезжу пока, посмотрю. Вдруг и найду что-нибудь по душе и по своему карману.
Напротив магазина «Монетка» бордюр, на котором можно сидеть. И что-нибудь продавать. Поэтому его облюбовали местные старушки. В течение лета они продавали зелень, редиску, морковку и листья салата. У нас в городе такая торговля запрещена, но куда без риска?
И вот лето закончилось. Торговое место опустело. Редко-редко кого-нибудь увидишь.
Сегодня в 12 часов на бордюре маленькая сухонькая старушонка разложила «товар»: фарфоровый кувшинчик, несколько салфеток, вязанных крючком, пожелтевших от времени, две книжки Вальтера Скотта. А еще настольная лампа – тоже старенькая, и пара темненьких прихваток.
Я видел ее, когда ходил за молоком.
Вечером, примерно в 16 часов, мне снова пришлось отправиться туда же: забывчивость виновата! Смотрю, сгорбленная старушечья фигурка по-прежнему топчется на одном месте. «Товар» на месте – никто ничего не купил. И не купит, конечно.
Мой пес, мне так нужны твои глаза -
Доверчивые, строгие, как память,
Такие есть в церквях на образах,
Что тихо разговаривают с нами.
Меня ты согревал своим теплом,
Усталых рук касаясь мокрым носом.
Ну как случилось, что твое "потом"
Вдруг оказалось земляным откосом?
Скажи как отыскать твои следы
Через пространства световые годы.
Найди меня, прошу, найди, найди -
Тебе дано ведь это от природы.
Ночами возвращаешься ко мне,
Но, почему-то, исчезаешь утром.
А расставаться вновь трудней вдвойне...
Ах, если бы ты знал, как это трудно.
Автор: Елена Гриценко
Диме исполнилось пятнадцать, когда родители спохватились, что сын уже почти совершеннолетний, а так и не познал деревенского счастья в сознательном возрасте. Дед с бабкой жили далеко, Димка каждое лето проводил то в спортивных секциях, то в детских лагерях, а с родными виделся только по праздникам, когда те сами приезжали в гости.
— Там луга зеленые до горизонта, окушо́к в речке, курица свежайшая под ногами бегает, овощи землей вскормлены, — захлебываясь слюной, расхваливал отец свою малую родину. — С зорькой проснёшься, иван-чая тяпнешь — и на выпас. А дрова, знаешь, как в печке трещат и пахнут? А баньку представляешь себе деревенскую, с веничком дубовым? А что такое настоящая тишина, хочешь узнать? Эх… — пуская слезы, помогал он сыну собраться.
В это утро, выйдя на освещённую ещё звёздами поляну перед домом, он наткнулся на что-то странное прямо посреди этой самой поляны. Странный, продолговатый предмет был закутан в брезент...
Пришел он к своему семидесятилетию, вырастив троих детей. Один. Жена умерла тридцать лет назад, а он...
Он так и не женился повторно. Не сумел, не нашел, не получилось, не повезло… Тут ещё много причин можно написать, но имеет ли это смысл?
Не до того ему было. Два мальчика были скандалистами и драчунами. Он переводил их из школы в школу, пока не попал на одного отличного преподавателя физики, который выяснил, что у его ребят явный талант.
Одна девочка пришла к бабушке в дом. Грустно ей было, еле слёзы сдерживала девочка. Сидит, такая бледненькая, худенькая, и молчит на табуретке у окошка. Она тихая была и скромная, девочка Аля. И не хотела бабушку расстраивать. Да и плакать нехорошо, некрасиво. Надо стерпеть.
Бабушка спрашивала: что случилось? Но Алечка отвечала: «ничего, бабушка, все в порядке!». Тогда бабушка подвинула Але большую миску с горохом - она на суп горох перебирала. И говорит: «ты мне помоги перебрать горошек. Я в огород пойду, а ты горошку пока расскажи все свои беды. Бери по горошинке, перекладывай в кастрюлю из миски, и рассказывай! Тебе легче станет!».
— Мам, мы с Егором в кино идём, буду поздно.
— Ох, Анютка, не нравится мне это всё. Ну чего он вцепился в тебя, как клещ, других девушек ему мало? Чего он добился в этой жизни?
— Ма, не начинай. Он хороший парень, зря ты так. А то, что у него семья бедная, так это не его вина. Вот он закончит универ, и сам будет строить карьеру, он умный очень. Дети за родителей не отвечают.
— Ну, знаешь ли, легко тебе говорить, выросла в достатке, как ты в бедности с ним жить будешь? Ты ведь привыкла к другому уровню…
— Мам, вспомни себя и папу… Вы ведь оба были бедными, и ничего, поднялись, меня вырастили. Деньги — это дело наживное, главное, с кем жить. Для меня человеческие качества на первом месте. Всё, мамуль, убежала!
Ольга Сергеевна была категорически против отношений дочери с Егором. Ей казалось, что он ей не пара. Её дочка Анечка такая умница, красавица, не для него мама ягодку растила…
Рассвет сегодня сумрачен и тих,
Туман блуждает между влажных сосен.
И птичий гомон по утрам затих.
И понемногу наступает осень.
Рассветный сумрак, сложенный как стих,
И меж ветвей зари далекой просинь.
Недавно крыши, кроны и цветы
Дрожали под зари лучей потоком.
Теперь рассветный блик как луч мечты
В той дымке тает, и клубящим боком
В тумане рдеют бледные цветы,
И солнце всходит тусклым красным оком.
Тень бледную протянет через сад
Осенний луч, позолотив тропинки.
Пусть, кажется, и светел Солнца взгляд,
Но где-то вдалеке видны снежинки
Зимы грядущей, и небесных стад
Причудливы недолгие картинки.
Осенним утром пишутся стихи,
Не грустные, но что-то в этом роде.
Несбывшееся в них как огоньки,
Несказанное снится на восходе,
Непонятое в них, и тень тоски,
И сон, как в засыпающей природе.
Автор: Призрачный
Внутри было чистенько, убрано и возможно именно поэтому бедность сквозила отовсюду. Было видно, что старики на свои копейки стараются дать ребёнку всё, на что они способны...
Мальчик стоял возле машины. Aston Martin DBS.
Сами понимаете, как восьмилетний ребёнок смотрел на это сверкающее чудо техники. А рядом с машиной был водитель в форме, фуражке, сложивший руки за спиной. Важный такой, не подступишься...
А малышу очень хотелось посидеть внутри, потрогать руками, а может... Может, даже сделать снимок на телефон.
К водителю подошла женщина в строгом платье. Мальчик посмотрел на неё и решил – эта победнее будет, одежда-то на ней не очень...
Откуда ребёнку было знать, сколько стоит этот костюм от кутюр?
На связи Таня♥️🙏 Друзья, всем привет)
Тут некоторые владельцы айфонов жалуются🤷🏻♀️ Говорят, что обновили айфоны до версии 27 и у них начались проблемы с входом Макс.
Прямо совсем не могут зайти, только с веб версии (((
Решила вам написать, предупредить так сказать 🤷🏻♀️
У меня у самой айфон, но он постоянно разряжен🤓 поэтому видимо не сработало автоматическое обновление) Я на всякий пожарный у себя отключила автообновление.
В парке Победы много белочек. Идешь по аллее, а они тебя встречают, как дорогого гостя. Смелые спускаются с дерева на дорожку, садятся и смотрят вопросительно. И бывает грустно, если в кармане пусто – нечем угостить лесного зверька.
Особенно радуются дети. С восторгом смотрят, как белочка берет передними лапками угощение, будто маленький человечек, и кушает. Или запихивает за щечки, чтобы спрятать затем в укромном месте.
Многие специально ходят в лес, чтобы полюбоваться лесными красавицами. Их быстрыми движениями, веселым нравом, хвостиками и мордочками. И угощают от всей души.
Придет человек, принесет что-нибудь. Белочка схватит и спрячет где-нибудь в траве. Появится другой – то же самое. Смотришь, и на душе делается радостно. Добреешь.
Одной даме очень хотелось накопить миллиона два рублей. По возрасту – пенсионерка, и могла бы жить для себя. Но она упорно продолжала работать. Пенсию тратила, а зарплату откладывала.
Составляла список расходов, куда включала все необходимое. И за его рамки не выходила. Рассчитала, что обуви и одежды хватит на всю оставшуюся жизнь. Как многого другого.
Она много думала и поняла, что человеком управляют «избыточные потребности». Прокрадутся в голову и разволнуют душу: хочу то и се. Но если холодно подумать, то поймешь, что ни то и ни се послезавтра (условно говоря) уже не понадобятся. И их можно исключить.
Она мне с жаром о своем «открытии» рассказывала. И я вспомнил, как два года назад в магазине продавщица расхвалила мне куртку. А у меня уже были две. Так вот, я повелся и купил. И эта куртка просто так висит в шкафу: оказалась ненужной.
И эта дама научилась закрывать двери перед носом у импульсивных желаний.
Ее поддерживал спортивный интерес – накопить желанную сумму. Отсюда и дисциплина.
В тридцать пять лет Роман уверенно управлял отделом продаж, носил стильные костюмы, говорил на языке цифр и контрактов.
Его жена Алина работала в медицинском центре и тоже была далека от какого-либо строительства.
Их общий опыт в этой области ограничивался тем, что однажды они переклеили обои в арендованной квартире – и то криво.
Недавно умерла бабушка Романа и оставила ему в наследство участок в тридцати километрах от города.
Супруги поехали посмотреть на него в ближайший выходной. То, что они увидели, сложно было назвать домом.
Деревянная развалюха с прогнившей крышей, темными стеклами и запахом сырости, который ощущался еще на улице.
Участок зарос сорняками почти по пояс.
– Ну и ну, – выдохнула Алина, глядя на останки когда-то жилого строения.
– Здесь… даже умирать страшно.
Роман молчал, но жена хорошо знала этот его взгляд.
Так Роман смотрел на сложности в работе, когда задача казалась невыполнимой, а он уже начинал мысленно дробить ее на этапы.
Сейчас он дробил эту хибару…
Если все навалилось сразу,
Как в каком-то плохом кино,
Вспоминай многократно фразу:
"Всё не вечное под луной."
Если выстоять сил не хватит,
По спине пробежит мороз,
Вспоминай, что за всё мы платим,
И нередко ценою слез.
Даже если всю рвет на части,
Не забудь, что в конце пути
Обязательно будет счастье.
Просто надо к нему дойти.
Собери всю свою усталость,
От которой сдавило грудь...
Всё что там, позади, осталось-
Просто вычеркни и забудь!
Автор: Ира Троц
Снег мокрыми хлопьями налипает на оконное стекло, словно пытаясь заглянуть внутрь человеческого жилища, но не обнаружив ничего интересного, мокрой каплей сползает вниз. Даже здесь, в тепле и уюте квартиры чувствуется уличная сырость и всепроникающий ветер. Сырость и ветер...
Старому коту Митрофану это знакомо. В далеком котячьем детстве ему пришлось испытать на себе и неуютную сырость подвала и злые порывы ветра, от которого нигде не спастись. Оставалось лишь свернуться клубочком на холодном бетонном полу, подобрать под себя лапки, крепко зажмурить глаза и убеждать себя, что скоро будет тепло. Ведь мама не обманывала, когда говорила, что скоро закончится зима и наступит лето. А летом – всегда тепло... Но подвальные сквозняки ерошили редкую шерстку котенка и заставляли его вздрагивать всякий раз, когда легкое дуновение касалось его тщедушного тела.
