Публикации канала «Рассказы Ждановны»

Тату Глава 55 И у Николаши, и у Майи тоже был переходный возраст, но как-то все проскочило мягче что ли? Или дело в том, что она постоянно была на работе? И дети были более самостоятельны, чем Настя? Было у них, как и у нее, как и у всех общее подростковое неприятие мира, влюбленности, появившиеся проблемы с учебой в школе. Но все как-то быстро устаканилось. Ничего такого страшного Эля не помнила. Или она моложе была, значения особенно не придавала, думала, что такое происходит во многих семьях с детьми. А сейчас, будучи уже в сознательном возрасте она не могла удержаться от контроля за дочкой. А Насте такой контроль не нравился. Но он был ей просто необходим! Эля обмирала со страху, думая каждый раз, что Настя может что - нибудь вытворить, где-то оступиться, заблудиться, что-то сделать не так. Хотелось уберечь ее! Хорошо, что есть Валя и мама, которые приглядывают за ней, они посвящают Насте много времени, но, конечно, менее требовательны, чем она. А сама Эля пропадает с утра до вечера на работе. А что делать? Такое время сейчас, у многих детей родителей почти не бывает дома, разве что у жен каких - то очень уж обеспеченных людей. Но и там все непросто. А она хочет обеспечить им безбедную жизнь, разве это плохо? И люди стали другие, и дети. К примеру, и Николаша, и Майка всегда радовались, соглашались на предложение сходить вместе в цирк, в кино, или просто гулять. Их всегда живо интересовало все, что происходило вокруг. А когда Эля звала в цирк Настю, та отнекивалась. У Эли была уйма всяких возможностей, чтобы предоставить ребенку заниматься какими - то своими увлечениями, но Настя так ничего и не выбрала по душе. Ей интересно было только сидеть за компьютером, общаться в телефоне и гулять со своими друзьями - подружками. А Эле не нравилось их эти бесцельные занятия, шатания по улицам - она сама и ее дети всегда были чем-то заняты! И сколько Эля не искала подход, уговаривала, просила - тщетно. Потом, как перестала звать Настю с собой куда - то, та подумав, сама стала проситься. Когда ее о чем-то спрашиваешь, предлагаешь - она ничего не хочет. Ну, такая она, что с этим поделать? Конечно же, после этого происшествия, Настя была прощена, у Эли сердце просто обрывалось при виде ее слез. Плакала, извинялась. Почему - то именно сегодня ей показалось, что они искренние. Раньше она думала, что нужно потерпеть, и тогда станет все по-настоящему хорошо, и они с Настей будут не просто мамой с дочкой, а лучшими подругами. Наивно все ждала когда ситуация станет идеальной, и все сойдется. Но сегодня ее осенило, что этого никогда не произойдет. Ее жизнь изменилась. И нужно принимать ее такую, какая она есть…Эх, раньше бы это все! А сейчас уже возраст! *** Она и не ожидала, что сразу все будет хорошо, но очень надеялась на это, и ей казалось, что все сложится. Им просто нужно время, и ей и Насте, чтобы привыкнуть друг к другу, перестроиться. У девочки и так своя, очень тяжелая история, и это необходимо было учитывать. Эля много разговаривала с мамой на эту тему, все же Кира Борисовна была ранее педагогом. -Эля, ты сама ее набаловала, - говорила Кира Борисовна, - задаривала ее, покупала, возила везде. Ты что ей, спонсор? А посмотри, вот как ты только отказываешь ей в чем-то - она сразу обижается! Была хорошая мама, а тут испортилась. -Ремня бы ей, - вздыхала и Валя, - жаль мне тебя, Элечка Витальна, ты так для нее стараешься, а в ответ… -Ты хорошая мама, - сказала Кира Борисовна, - а вот Насте нужно пересмотреть свое восприятие, научиться строить отношения, найти способы для выражения своих чувств! С того дня Настя стала вести себя хорошо, Эля воспряла духом – ей казалось, что они смогли понять друг друга и договориться. В их доме воцарился относительный покой. Только вот надолго ли? Эля не знала… *** Когда Николаша уже заканчивал институт, а Майка вошла в подростковый возраст, Эля поймала себя на мысли, что у детей уже своя жизнь. И не так уж сильно она им теперь нужна. А вскоре и вовсе - Николаша привел к ним в дом знакомиться н

Интересные заметки Благодарите судьбу. За супруга, который храпит по ночам - значит, он не у любовницы. За посуду, которую нужно мыть после вечеринки - у вас есть друзья. За одежду, которая становится вам маловата - значит, у вас есть еда. За вашу тень - значит, вокруг вас много света. За гору стирки - значит, вашей семье есть что надеть. За шалости детей - бог вам дал их. За усталость в конце дня - значит, вы ещё можете поработать на славу. За будильник, который будит вас с утра - значит, вы живы! Леонид Митенев

асти появились слезы, когда она вспомнила, как впервые назвала ее мамой. Отчетливо вспомнила. Она вытерла глаза и нахмурилась, вспомнив, как мама ругалась, сердилась, видя ее неряшливые тетрадки, несделанные задания, когда она обманывала. А ведь мама старалась для нее! Бывало, сама она очень сильно обижалась на маму. От случая к случаю. От происшествия к происшествию. Не понимала, за что она ее ругает, что хочет, что ей нужно? Но никогда не было чувства, что мама ругается, потому что она ей чужая, хотя иногда все-таки мелькало в голове у Насти, что родная мама так бы не сделала. Наверное. Но только где она, ее родная мама? Настя поняла, что любит ее. По - своему. Поэтому и ревнует. Потому что раньше она была самая младшая, а теперь появился этот карапуз, и ему стали уделять больше внимания. А ведь на самом деле ей нравилось общаться с мамой, она такая умная, веселая, красивая! Как хорошо было с ней и Майей вместе ходить по магазинам, сидеть в кафе, разговаривать подолгу или дома вечером обсуждать что-то. Мама много работает. А она совсем не думала об этом со своими желаниями и требованиями… Настя вскочила с кровати и выглянула за дверь. Эля сидела в кухне, тупо глядя в окно. Она на цыпочках подобралась к ней, обняла сзади и сказала: -Мама, прости меня…Я не буду так больше говорить никогда…Я на самом деле так не думаю… Продолжение следует...

Настя, услышав это и мигом смекнув, чем ей это грозит, на миг застыла на месте, замешкалась. Но сдаваться не собиралась. Она вздернула подбородок, повернулась, и пошла в свою комнату. -Эль, ты что? – зашептал Чернядьев, округляя глаза, - правда возьмешь и вернешь ее? Слушай…Хотя…Это был бы выход. Тебе уже за 50, подумай о себе! Дети пристроены, деньги есть. Ну зачем тебе это? -Я уже не знаю, - у Эли настолько сдали нервы, что захотелось с утра уже плеснуть себе конька и выпить! Чтобы нервы успокоить. Хоть немного! -Ты подумай хорошо, - сказал Николай, которому передалось ее состояние,- ладно, мне пора. -Ты же поговорить хотел, - напомнила Эля. -Да не до разговоров вроде сейчас, - смутился Чернядьев. – Когда тут такое… Я хотел сказать, чтобы ты не переживала. Да, Наташка обо всем догадалась, но мы поговорили, я уладил конфликт. -Прекрасно, - сказала Эля безразлично, - и что теперь? Ты можешь беспрепятственно приезжать? Нет, Коль, давай закроем эту тему. У меня достаточно переживаний и без вас. Возраст уже такой, что эти вспышки ревности и претензии мне ни к чему. - Мне важно, чтобы мы оставались друзьями, - подчеркнул Чернядьев, - очень важно. Ты же знаешь, как я к тебе отношусь! -Вот это - то меня и пугает! - Эля встала и отвернулась к окну, - я не могу ответить тебе тем же. Зачем тебе это все? -Я просто буду рядом. И все, - сказал Чернядьев, - без всяких условий. Просто позволь мне это. Он взглянул на часы, поцеловал ее в макушку и вышел из дома. Эля осталась на кухне. Кофе в чашке давно остыл, она механически выпила его. Ну что, приехали? Что теперь делать? Она вытерла ладонями слезы. В кого она превратилась? В назойливую бабку, которая только и твердит: «Вот здесь убери, вот здесь положи, куда ты пошла». Картинка, которая была у нее в голове, начала разваливаться. Она думала, что близость и контакт у них сформированы, но этот ребенок хочет отделиться от нее. Она думала, что они совпали, что все идет так, как нужно, за исключением некоторых происшествий, свойственных детям в Настином возрасте. Оказывается, все не так. У Насти всегда была припасена для нее парочка сюрпризов. И не всегда приятных. *** Настя в своей комнате боролась с сомнениями. Сначала она влетела, стала складывать вещи, а потом села и задумалась. Уехать из дома? В никуда? Она практически не помнила ничего из своей прежней жизни. Как будто родилась сразу пятилетней. Долго-долго не могла понять, что с ней происходит. Какая-то серая пелена окутала и скрывала ее раннее детство. Все в липком тумане, хмурое, злое…Постоянное чувство беспомощности и страха. И все время хочется есть. И плакать. Даже лица своей родной мамы она не помнила, только какие-то глухие отголоски, звуки, слова. А если она вернется в детский дом, то она потеряет маму. Маму, у которой она родилась, когда ей было пять лет. С теплыми руками, поглаживающими ее волосы и убирающие их с лица. С ее запахом, шепотом. Потеряет возможность проводить с ней время. Сестру, брата. Помнила Настя, как первые дни дома, утром лежала в кровати и боялась открыть глаза. Как слезы предательски лились по щекам, как мама вытирала их мягкой ладонью. И сама плакала, а ее слезы падали на Настино лицо. Боль, которая сидела внутри, вырывалась наружу. Настя уселась на кровать и поджала ноги, насупилась. А как мама забирала ее домой? Привезла все новое! От трусов до комбинезона! В этот день Настя оставила прошлое навсегда, а в этой ее новой жизни у нее было все. Кровать и стол, подушки и игрушки, полный шкаф одежды, книги, поездки! Море! Первое время она боялась шевелиться. Старалась меньше говорить и есть, хотя очень хотела, и не могла с собой справиться. Хотела понравиться маме и бабушке, и Николаше с Майей. Старалась не мешать им, потому что не знала, как надо себя вести. И все ждала, когда же будет плохо. А «плохо» не наступало. И мама всегда говорила, что никогда и ни за что не отдаст ее никому! Сказала, что она - её ребенок, а она ее мама. И это решено не ими, а судьбой. А судьбе виднее. На глазах у Н

Тату Глава 54 Эля, когда не стало папы, продолжала звать Киру Борисовну пожить у них. Ну что ей там одной - то? Эля видела, как тяжело мама переживала горе, похудела, постарела вмиг. Единственное, что спасало ее – работа. Хочешь-не хочешь, а надо собираться и идти. -Мам, ну ты же уже на пенсии, я работаю! - говорила ей Эля, - ну неужели мы не проживем? Комната в доме для тебя есть, переезжай к нам! -А вдруг ты устроишь свою жизнь, а тут я, - возражала Кира Борисовна, - я только мешать буду. -Ну, мам, вообще-то у меня еще и дети, - отвечала, смеясь, Эля. – Даже, если и так, то что же мне их отселять? Николаша поступил в институт, Эля гордилась сыном. Он вырос, выше нее уже ростом, такой прямо мужчина! Эти его крохотные усики над губой, мужской голос, серьезный взгляд. И походка, и фигура – вылитый Чернядьев в молодости, Эля иной раз даже пугалась - при взгляде на сына ей мерещился бывший муж. Николаша вырос обстоятельным, неторопливым, с хорошим чувством юмора. Учился прилежно - у него были свои планы на жизнь. Не оставался безучастным к родственникам, летом всегда на пару дней ездил к родителям Чернядьева под Калугу. Ездил с отцом на рыбалку, когда у того было время. Словом, за сына Эля могла не беспокоиться. Майя тоже была самостоятельная. Серьезная девочка у нее растет, радовалась Эля. Майя могла спокойно приготовить себе завтрак. С учебой не было никаких проблем. Глядя на нее Эля невольно вспомнила Роберта. Такая же аккуратная, порой даже педантичная в повседневной жизни. Умела сохранять и отстаивать свою позицию, не поддаваясь внешнему влиянию. Элю поражала ее способность отстаивать и аргументировать свою точку зрения, ее спокойствие, общительность и коммуникабельность. Потом добавилось еще стремление к карьерному росту. Все качества отца и матери причудливо сочетались в девочке. Хоть и маленькая еще, а как генерал она у них. Да она еще и мать порой могла проконтролировать! Сама Эля с удовольствием работала над своими проектами. Все у нее было четко расписано. Магазины были на Владе, которому она доверяла. Оля, ее бухгалтер, тоже уже много лет работала у нее. Эля вспоминала, как замуж ее отдавали всем магазином, как в декрете Оля не засиделась. Эля тогда окончательно поняла, что не ошиблась в ней – она точно такая же, как она. Таким людям доверять можно. Эля вплотную занялась своим дизайнерским агентством. Благо, Виктор Алексеевич подарил ей помещение, теперь она продумывала каждую мелочь там, ей хотелось, чтобы интерьер был безупречным! Все шло хорошо, чего нельзя было сказать о ее личной жизни. Столько лет прошло с того момента, как Роберт ушел. Мама часто сетовала что она, молодая еще женщина, а все одна. Эле не нравились эти разговоры, но потом она уже привыкла, и даже шутила на эту тему. Однако, осознавала, что против природы не пойдешь. Тем более Роберт научил ее, как можно получать удовольствие от любимого мужчины. Только где они, эти мужчины? Первого попавшегося, что ли, брать? Вон их, полно. Но все эти знакомства ей…Бывало, она знакомилась с мужчинами. Но, то ли Роберт задал слишком высокую планку, то ли сама она не была готова к чему-то серьезному, то ли все еще любила Роберта…В общем будущего у этих знакомств и отношений не последовало. Но Эля не отчаивалась, сосредоточилась на детях, маме и своей работе. *** Чернядьев, будучи свидетелем этой сцены, даже замер. А Эля была просто раздавлена. Вот оно. Возмездие. Воспитываешь, вкладываешь, а ребенок говорит тебе «отдай меня обратно». Старалась говорить, договариваться, не давить, быть мягкой, как учили тогда их в школе приёмных родителей. Но всё закончилось тем, что Настя, как вихрь, взяла и смела все границы. Она тяжело вздохнула. -Что же, - стараясь говорить спокойно, сказала Эля, - собирай свои вещи. Хорошо подумай. Возьми все, что тебе нужно и завтра с утра поедем. Но только помни, что твоя жизнь уже не будет прежней. На моря тебя возить никто не будет, покупать вещи и сладости - тоже. Зато будешь жить свободной от всех моих претензий. Собирайся.

ногда обижали старшие, но это ерунда. Наверное. А тут пришла какая-то тетка, которая тебя забирает навсегда в мир, где все по-другому. При этом считает, что тебе с ней должно быть лучше. С чего бы?Настя тогда думала, что с ней будет лучше, но все равно ей было тревожно. Потом, когда приехали сюда, она должна была считать ее мамой, а она ее – дочкой, любить ее, принимать ее детей. Как какая-то игра! Ненастоящая! А вдруг ее собственная мама уже вышла на свободу? А вдруг ей было бы лучше с ней? Чем в этом «дворце», где ее постоянно шпыняют, ругают, учат, контролируют, заставляют делать эти ненавистные уроки. Да. Конечно, мама возит ее на море, покупает вещи. Но она просто должна это делать! В качестве извинений за свои вечные придирки! Настя вздохнула. Разве это жизнь? Ей хотелось, чтобы новая мама ее просто любила. А она ее, похоже, ненавидит! Настя настолько накрутила себя, что, повинуясь порыву, выскочила на лестницу и крикнула: -Раз я такая плохая, то сдайте меня обратно в детский дом. Я туда хочу! Заколебала! У подружки переночевать нельзя! У Эли в этот миг руки опустились, она поймала себя на мысли, что почти к этому готова! Сколько можно биться в закрытые двери? Хотела хорошую жизнь ребёнку подарить, а в итоге испортила жизнь себе. Да, добрых намерений не всегда достаточно. Видимо, есть дети, которые не ценят хорошего отношения к ним, и с таким уровнем внутренней травмы, которую не может исцелить просто «хорошая семья». Продолжение следует...

рнядьев, - поехали - ка по поселку поездим, может, найдем. Ты в полицию звонила? -Да! – Эля одернула руку. Она уже не могла держаться. Ребенок не ночевал дома, а она вчера только заглянула в спальню, не проверила! Ее всю трясло. Николай нервно барабанил пальцами по столу. – Ну вот где она? Она накинула спортивный костюм, влезла в кроссовки, и они с Николаем поехали по поселку, Эля вглядывалась во всех прохожих, они заехали даже в лес. Раннее утро, все нормальные дети еще спали. Народу нет! А вдруг с Настей что-то случилось? А она даже не знает где ее искать! От этого ужаса Эля даже замерла, не в силах сказать ни слова. -А может, она у кого - то из подруг? – предположил Николай, - есть у тебя контакты? Давай позвоним? Сначала Эля радовалась, что у Насти появились подружки. А то все с мальчишками водилась. А эти мальчишки…Она с содроганием вспомнила про пожар. -Поехали домой, - устало сказала она, - чего просто так мотаться? А вдруг она уже дома? Они вернулись домой. Эля побежала в ее комнату, стала искать номера подружек, может, где-то записаны. Но, видимо, все было у Насти в телефоне. Да и разве что - то можно найти в ее бардаке? Эля, опустив руки, спускалась с лестницы. В этот момент осторожно открылась входная дверь, и в нее с опаской вошла Настя. -Ты где была? - крикнула Эля не сдержав эмоций, – ты где ходишь? Я тут уже с ума схожу! -Я у Ангелины ночевала, - со страхом сказала Настя, - мы проспали, и я… -Ты почему ничего не сказала? – кричала Эля, - как ты могла? У меня сердце тут останавливается! Почему мама Ангелины не позвонила мне? -А я не сказала, думала, вернусь тихонько утром, и ты не узнаешь…- прошептала Настя. Эля подлетела к дочери и влепила ей звонкую пощечину. Настя дернулась и схватилась за щеку. -Нахалка! Неблагодарная потребительница! – вырвалось у Эли. -Эля, - окрикнул ее Чернядьев, - прекрати! Настя, оглушенная ударом с ужасом посмотрела на Элю. Та выпрямилась. Что она делает? Она никогда никого не била! -Настя, - начала, было, она. Но Настя, ощетинившись, как еж, крикнула: -Отстань! Вы мне не родители, чтобы меня бить! – и, убежав в свою комнату, с грохотом закрыла дверь. Эля бессильно рухнула на стул и заплакала. -Ну ладно тебе, - успокаивающе сказал Николай, - лучше позвони в полицию, дай отбой. - Она была такой спокойной и очень скромной! - рыдала Эля, - даже запуганной. Но как только она адаптировалась и поняла, что теперь у неё появились возможности, её понесло! Как будто подменили дите! Та тихая, послушная девочка исчезла! Вместо неё появилась вот эта нахалка, которая постоянно спорит, ленится, нарушает все договорённости, врет! Это как вот взять, уйти из дома, не предупредив, и вернуться утром! Чем старше она становится, тем невозможнее с ней! Николай, вздохнув, налил себе кофе. Приехал поговорить, называется. Ясное дело, ей не до разговоров. Хорошо еще, что девчонка нашлась! - Ты сама выбрала ее, - сказал Николай, отхлебнув из чашки, - мы же тебе говорили все. Что теперь остается? Николаша был просто ангелом! А вот наша Алиска тоже чудила в ее годы, всякое было. Ничего, воспитывали! -Я ударила ее, - сквозь слезы сказала Эля. -Ничего страшного! – усмехнулся Николай, - это в терапевтических целях. Может, до нее хоть так дойдет? *** Настя, надувшись, сидела в своей комнате. Щека горела. Она была в бешенстве. Такого от матери она не ожидала! Ну забыла она предупредить! Делов - то! Что за это, бить? Настя даже всплакнула от обиды. Почему - то вспомнился детский дом. Хоть и жила она там всего год, и мало что помнила… Помнила детей, с которыми играла. Строгий режим. Не ешь в обед - ставят в угол. Сама Настя всегда ела без всяких уговоров до сих пор. Валя, вон, даже порой смеется над ней, потому что она, в свои 12 лет была довольно плотной. Валя все говорила, что мама занимается спортом, а она нет, а ей бы не помешало. Да пошли они все! Ходить на беговой дорожке часами! Скука! Мысли ее снова вернулись к детскому дому. Лучше бы жила она себе спокойно там, ждала СВОЮ маму! Ну да, и

Тату Глава 53 Наутро, после злополучной встречи выпускников, Эля проснулась от телефонного звонка. Даже не открывая глаз, она пошарила по постели, взяла трубку: -Да… -Это я, - раздался голос Чернядьева, - привет! Ну ты как? -Да все нормально, - Эля протерла глаза, - а что? -Заеду на кофе? – без предисловий спросил Чернядьев, - поговорить надо. -Бооже…- протянула она. Какие разговоры? Эля окончательно проснулась. Сколько же время? 9 утра! Он что, с ума сошел? Какая необходимость звонить в такую рань в выходной день? Натусик там, что ли, достала его? Накипело, наверное. Эля надеялась, что она хотя бы не выгнала Николая из дома. - Ой, нет, Коль, - сказала она осторожно, - после вчерашних воплей будет лучше, если мы будем видеться как можно реже. Сын вырос… -А как же наша дружба? – быстро спросил Николай. -Не знаю теперь, - сказала Эля. – Коль, как выяснилось, твоей жене это не нравится. Мне только этих склок не хватало! -Я все объясню, - сказал Николай, - я скоро буду. Проще было согласиться, чем объяснять, почему нет. Как в анекдоте, усмехнулась Эля про себя. Ну что же, приедет, и она ему все популярно объяснит. Ей самой было неприятно от всей этой ситуации! -Ладно, - сдалась она, - приезжай, поговорим. Эля умылась и вышла из спальни, по пути заглянула к дочери. Было темно, Настя еще спала. В комнате, как обычно, был бардак. Эля со вздохом закрыла дверь. Солнце заглядывало в дом, было тихо. Такое умиротворение! Валя взяла выходной, чтобы навестить сестру. Она спустилась по лестнице, достала из холодильника молоко и яйца, приготовила завтрак, сварила кофе. Одной завтракать не хотелось. Да и потом снова готовить… -Настя! - громко позвала она снизу, - идем завтракать! В ответ была тишина. Не дозвавшись ее, Эля пошла будить. -Насть, - она потрогала одеяло. Оно оказалось каким-то слишком мягким, Эля в страхе откинула его…На кровати лежали вещи, заботливо укутанные и укрытые, а самой Насти не было! Элю словно водой окатили! Где она? Она не ночевала дома? *** Да, приемному ребенку нужно отдать в 10 раз больше заботы, чем родному, поэтому стоит хорошо подумать, прежде чем решиться на такой шаг. Но что она делала не так? Она все делала по – человечески! Настя ни в чем не была ущемлена! Подростковый кризис в действии! Только рановато что-то он начался! Эля пыталась вспомнить, когда они нормально общались, без криков, ругани. Настя спорила, протестовала, хотела делать всё по-своему. Как надоели эти ссоры, непонимания, притирки. Волнами выплескивалась злоба и боль. Эмоционально Эле было тяжело. И возраст уже не юный. Сил не хватало! Эля ругала себя, что как родитель допустила много ошибок - слишком переживала за учебу, ругала Настю, критиковала, поучала. А с другой стороны, как иначе? Совсем свободу дать, и потом искать ребенка Бог знает где? Учеба всегда была их больным местом. Как и бардак в комнате. В Школе приемных родителей им говорили, что первое время, когда ребенок дома, не стоит налегать на учебу, главное построить теплые эмоциональные отношения. Так и было. У них же было все хорошо, Настя была очень привязана к ней. А теперь начала «оперяться». Страхи исчезли! Вроде она и не давила на нее особенно. Хотя, может ей так просто казалось? Но она хотела, чтобы ребенок не отставал! Ни по жизни, ни в знаниях. Настя ведь двух слов связать не могла! Она дала ей все: были занятия с логопедом, многочисленные наверстывания, развивающие занятия. Наверное, это и создавало напряжение. Но взамен она давала ей больше! Эля понимала, что привязалась к Насте, переживала за неё, ломала голову, как лучше поступить и как ей помочь. А ей все равно. Наверное, такая ноша оказалась не по плечу Насте. А есть у нее вообще потребность в семье? Она считает, что ее тут чуть ли не порабощают! Контролируют, заставляют! Забывая в то же время обо всем хорошем, что делает для нее приемная мать! И принимая это как должное! Может, вообще не нужно было говорить ей, что она не родная? Было бы проще! -Эль, ты успокойся! – взял ее за руку приехавший Че

Интересные заметки «Годовщина», которая пахнет пылью и безнадегой ️Картина Валида Эбейда пронизана ледяным холодом, несмотря на тёплые тона стен. Это не праздник, а «юбилей» союза, в котором молодость стала заложницей обстоятельств. Перед нами классический сюжет неравного брака, но перенесённый в суровую прозу бедных кварталов. Женщина в чёрном платье кажется тенью самой себя. В её позе — безмолвная покорность и глубокое отторжение происходящего. Для неё эта дата не торжество, а очередной виток заключения в комнате с облупившейся краской. Напротив стоит её муж: в нём нет злобы, лишь тяжёлая печать лет и быта, окончательно придавившая хрупкий мир его жены. Он — скала, о которую раз за разом разбиваются её мечты. Самый беспощадный акцент композиции — маленькое свадебное фото над кроватью. Когда-то на нём они, возможно, старательно изображали счастье по требованию традиции. Сегодня же между ними зияет невидимая стена, которую не скроет даже потускневшее золото старой рамки. Валид Эбейд пишет не просто материальную нужду, а эмоциональное оскудение. Две жизни заперты в годовщине, которая не приносит радости ни одному из них. И всё же вопрос остаётся: стоит ли сохранять такой брак ради призраков традиций и статуса?

зями. У нее есть чему поучиться! -Ты так говоришь, как будто у меня учиться нечему, - ответила уязвленная Эля. -Я вовсе не это имела в виду! – с жаром сказал Майя, - я же говорила тебе о своих планах! Римма очень помогает мне. Я закончила институт, я хочу стать нотариусом, а добраться до таких высот самостоятельно очень сложно. Я принимаю ее помощь! -А зачем ей это? – не понимала Эля, - если бы еще брат или сестра, а то она… -Не знаю, - пожала плечами Майя, - меня волнует только моя карьера. И ей, похоже, это нравится. -Неудивительно, - сказала Эля, - ты сама пунктуальность, усидчивая, принципиальная. Такая же, как твой отец. Продолжение следует...

л заехать за ней, но Эля отказалась. И Чернядьев, и Натусик были ее сокурсниками, и собирались присутствовать тоже.. Эля надеялась, что встреча с бывшей подругой не омрачит их вечер. Но она ошибалась. *** -Ковалевская! – радостно приветствовала ее Юля и громко крикнула, привлекая внимания всех, - товарищщи! Ну-ка, посмотрите! Наверное, Элька - единственный человек, узнать которого легко! Эля смущенно взглянула на Юлю. Все взгляды присутствующих были прикованы к ней. -Ну ладно тебе, Юль, - Эля отмахнулась, и принялась обниматься с бывшими сокурсниками. Господи! И правда, мало кого можно узнать! Кто эти взрослые мужчины с животиками? Неужели это ее бывшие сокурсники? Эле не верилось. Да. Им всем уже за 50! И она тоже совсем уже не майская роза. Конечно, правильный макияж, питание и спорт делали свое дело. Все же, фигура определенно имеет значение! Это она еще двоих детей родила еще! Вечер продолжился в легкой атмосфере. Как будто и не было этих лет…Все наперебой рассказывали что-то, спрашивали, пели в караоке, танцевали. Столько лет они не виделись! Эля задумалась, а когда они встречались в последний раз? Выходило, что около 15 лет назад! 15! Но тогда Майка была маленькая, она только заехала, немного посидела и вернулась домой. Эля смеялась вместе со всеми. Разливалось вино, ведущий приглашал их на какие-то конкурсы. Получилось, что участвовать в одном из них они вышли с Чернядьевым. Эля обернулась от того, что ее словно прожигало насквозь. На нее, не мигая, злобно смотрела Натусик. Позже, когда она вышла в коридор, та догнала ее, и резко схватила за руку. -Ты…- с тихой яростью сказала она, - отвали от моего мужа, слышишь? -Чего? - У Эли просто челюсть отвисла. -У нас только все наладилось! – прошипела Натусик, - пока ты не лезешь, у нас все нормально! -Я вас поздравляю! – сказала Эля, пытаясь обойти ее, - извини, мне надо идти. -Куда же ты торопишься? – ехидно спросила Натусик, - в свою холодную постель? Или к своей бедной сиротке? Я знаю, что он ночевал у тебя! Ты только и можешь, что спать с чужими мужьями! То с Колей, то с Робертом своим… -Кто бы говорил! - ввернула Эля, - кстати, меня ТВОЙ муж не интересует! -Ты хищница! – сказала Натусик, - и убери свои когти от Николая, поняла? -Наташ, ты выпила. Ты не в себе, - Эля краем глаза увидела, что к ним уже спешил Чернядьев. -Ты сука! – выплюнула Натусик, - тянешь из него все! Это же надо! Так себя поставить! Мы уже замучились платить эту ипотеку, пока твой сынок живет себе спокойно в собственной квартирке! -Это было решение Николая, это и его сын! - Чернядьев быстро отодвинул Натусика, взяв за плечи: -Успокойся, слышишь? Хватит истерить! Эль, - он посмотрел на бывшую жену, - позже поговорим. Эля кивнула. Так, сумочка с ней! Она забрала в гардеробе шубу, вызвала такси, и уехала, не прощаясь. Не хватало ей еще разборок их чертовых. В доме не горел свет, Эля по пути заглянула в комнату Насти, удостоверилась, что та спит, и тихонько пробралась в свою спальню. Сняла платье, приняла душ, и с удовольствием растянулась на кровати. Зачем ей вообще какие - то мужья, тем более мужья подруг? Ей и одной неплохо! *** В отпуск с ними полетела Майя. Они лежали на шезлонгах у моря, потягивая коктейли. Настя плавала. - Мам, а у меня новости, я выхожу на новую работу, - сказала Майя. – Римма устроила меня стажером к ней, и я уже сдала экзамен. Решение есть. Поработаю год, и потом сама буду нотариусом! Покажу себя в деле. Римма будет продолжать продвигать меня, она ищет себе замену. Эля едва не выронила стакан: -И ты не сказала мне? – воскликнула она. -Ну, у тебя и так забот хватает, - сказала Майя кивнув на Настю, - и я не хотела говорить раньше времени, пока все не станет окончательно ясно. - Ты все еще общаешься с ней? – несколько расстроенно спросила Эля, - разве ты не могла посоветоваться со мной? - Ну, мам! - Поморщилась Майя и отставила в сторону стакан, - что за обиды? Прошло столько лет! И почему бы мне с ней не общаться? Она умная, волевая, решительная, со свя

Тату Глава 52 Но отказываться от сына и внука из-за Насти Эля не собиралась! Настя была наказана. Эле пришлось серьезно поговорить с ней. Ее напугало такое отношение к маленькому внуку. Для Насти, возможно, требовалась не столько кара, сколько понимание и помощь в проработке ее детских травм и чувства отверженности. Только так можно было бы, наверное, исправить ситуацию. Вместе с этим Элю глодало чувство вины. Впервые за все время пребывания Насти в их семье она задумалась о правильности своего поступка. Какой же эгоизм тогда двигал ей! Хочу ребенка - и все! Свернула горы – взяла… Правильно Валя однажды сказала, что, мол, лучше бы вы, Элечка Витальна, мужика себе нашли! Эля тогда на нее даже обиделась, а сейчас поняла. С взрослым человеком проще договориться. Да и то, что мужа у нее нет… Возможно, если бы у Насти был отец, она бы по - другому себя вела. Сама - то она росла в полной семье, и авторитет отца был безоговорочным! Но отца она предоставить Насте не может… - Эээ, мам, - сказал ей Николаша по телефону, - ты, если захочешь увидеть внука - приезжай к нам. Аня больше не хочет везти его к тебе. Напугала ее Настя. Эля расстроилась. Сын, безусловно, был очень деликатен, но как же неприятно это прозвучало! Причина такого сильного негатива Насти к Данечке крылась, скорее всего, в том, что Настя, зная, что она приемная, боролась с чувством неполноценности, с ощущением, что она не такая, как «родные» дети, и боялась, что появление внука окончательно отодвинет ее на второй план. Что ее место в сердце матери займет кто-то другой, более «законный» и родной. А этого она допускать не хотела! Ну должна же она понять в конце – концов, что ей ничего не угрожает? Внук это внук, а дочь это дочь! -Уж больно много времени ты с ним проводишь, сюсюкаешься! - эти слова Насти были просто криком души, отражающим ее боль и обиду. – Со мной ты никогда так не делала! -Ну, возможно, потому что ты не хочешь откликаться на хорошее! – сказала Эля. – Закрываешься, дерзишь! Ничего не хочешь! Эля понимала, что подобные чувства Насти, какими бы пугающими они ни были, являлись следствием не злобы, а глубокой боли и неуверенности. Ее любовь к внуку вызывала у Насти не радость, а жгучую зависть. Эта ревность, которая принимала самые уродливые формы, заставляла Настю желать зла тому, кто, казалось бы, должен быть дорог и ей. Они же семья! *** Эля с особенной тщательностью собиралась на встречу. Она была вся в предвкушении. Интересно, как выглядят ее сокурсники? Сама она постоянно занималась спортом, держала себя в форме, и сегодня хотела просто всех поразить! Даже Валя все подтрунивала над ней: -Все занимается она, Господи! И не жаль себя? -Валя, движение – жизнь! - отшучивалась Эля, крутя педали велотренажера. Настю это не интересовало. Ни в какие кружки она категорически ходить не хотела. Никаких хобби, кроме телефона и компьютерных игр у нее не наблюдалось. Спортом занималась только на уроках физкультуры, потому что никуда тут не денешься. Единственное, что у нее было из спорта - та самая секция борьбы. -Ты куда - то идешь? - с некоторым беспокойством Настя, прислонившись к косяку двери ее комнаты, оглядывала мать. Эля выглядела очень эффектно в красивом платье синего цвета, которое очень шло к ее глазам. Волосы она убрала наверх, в уши вдела длинные красивые серьги, подчеркивающие ее шею. Достала из шкафа короткую шубку. -Я иду на встречу выпускников, - сказала она, - ты сегодня с Валей. Бабушка приболела. -А ты надолго? – спросила Настя. -Не знаю, - ответила Эля, - но, скорее всего, вернусь поздно. Раньше Настя ни в какую не хотела отпускать ее никуда. Переживала. А теперь даже радовалась. Компьютер или телефон весь вечер будут в ее распоряжении! Никаких материнских проповедей! И сегодня суббота, а значит, никаких уроков! Это ли не счастье? Эля иногда намеренно давала ей послабления, чтобы не вызывать ненависть к учебе. -Веди себя хорошо, - сказала Эля, вызывая такси. Настя кивнула и удалилась в свою комнату. Вообще-то, Чернядьев предложи

дети уехали, Эля, догадывающаяся о том, что Настя сделала это специально, спросила напрямик: -Зачем ты это сделала? От ответа Насти у нее застыла кровь: - Вот бы он умер! Всем бы легче стало! Эта мысль, ужасающая в своей откровенности, раскрывала глубину ее ревности и отчаяния. А Эля подумала, что глубокие эмоциональные раны дочери никуда не ушли, и могут проявиться в самых неожиданных ситуациях. Продолжение следует...

яблочные огрызки, игрушки, недоеденные булки, пуговицы, разливалась из бутылки вода. Эля сначала отчаянно боролась с этим, нещадно ругала Настю, пытаясь привить ей хоть немного опрятности. Ну как так можно жить? Это же настоящий хлев! - Положи вещи в стирку, если они грязные, или на стул, если еще наденешь! – говорила она, - если увидела пятно – не надо прятать вещь в шкаф! Настя страдальчески закатывала глаза и надевала наушники. -Убери тут все! Вещи не могут лежать на полу! – выходила из себя Эля. - Почему? - невинно распахивая глаза, спрашивала Настя. - Потому что они пачкаются, ты по ним ходишь! – отрезала Эля, - а в комнате вообще полный бардак! -А мне так нравится! - заявляла Настя и демонстративно поворачивалась к матери спиной. Дескать, разговор окончен, иди, чего тебе еще надо? -Но так же нельзя! – не унималась Эля. - Потому что я тут тоже живу, а мне этот бардак совсем не нравится. - Ну ты не заходи ко мне в комнату и все! - парировала Настя. - Убирай, я сказала! - уже кипела Эля. - Нет! Я не хочу! Если тебе мешает - сама убирай! А я не уборщица! –вспылила Настя. -Бардак навести ты мастерица. А убираться не хочешь, - сказала Эля. – Я тоже не уборщица! - Ну тогда убирать некому! – пожимала плечами Настя. Эля едва сдерживалась. Никогда у нее такого не было! Дети были послушные. Видели, как она работает, старается для них, все понимали. Николаша так вообще взял над ней «шефство» тогда, когда Роберт ушел. Видя ее в депрессии, даже макароны, бывало, сам варил, кормил ее и Майку. Эля уже махнула рукой. Нравится ей - пусть живет в свинарнике. Валя робко пыталась помочь: -Элечка Витальна, ты не переживай, я приберу! -Нет, - сказала Эля, - пусть живет так. Может, «проймет» ее когда-нибудь. -Радоваться должна, - грустно вздыхала Валя. – Мать работает, возит по морям, вещи какие покупает. Ведь взяли ее, живет в таком доме! Радуйся, дурочка, и благодари. Нет, еще права качает! Эххх…Неблагодарная… Эля про себя решила, что больше никаких новых вещей у Насти не будет. Раз она не ценит то, что для нее делают - пусть ходит в пятнах. Убиралась Настя только тогда, когда к ней должны были прийти подружки. Эля внутри себя радовалась. Значит, понимание все же есть. Было нелегко. Отчаянная она, конечно, не предусмотрела, что в таком возрасте, как у нее уже, будет нелегко с подростком. Но как-то надеялась, что справится. С ней дети, мама. Вот и Николаша положительно влиял на Настю, но теперь там ребенок, они редко приезжают. Опять же, из-за Насти… Да уж, когда родился Данечка, было тут у них! Настя ревновала Элю к внуку. Анюта перестала к ним ездить, а если и приезжала, то не оставляла Даню даже на секунду, боясь, что Настя навредит малышу. Настя смотрела на Элю, которая нянчила внука с ненавистью! Рождение ребенка, казалось бы, должно было принести радость и укрепить семейные узы, но для Насти оно стало катализатором для проявления темных чувств, которые долгое время таились в ее душе. Когда приезжали Николаша с Аней с малышом, даже атмосфера в доме становилась напряженной. Эля радовалась визиту детей, а Настя видела в этом угрозу. Ее внимание, любовь и время, которые раньше принадлежали только ей, теперь были сосредоточены на новом члене семьи. Для Насти, которая, возможно, и так чувствовала себя не до конца принятой или обделенной вниманием, это стало невыносимым. Страх и недоверие со стороны взрослых лишь усугубили ситуацию. Опасения, что Настя может причинить вред ребенку, были настолько сильны, что ей боялись доверить даже самые простые задачи, не давали даже подержать малыша. Это, вероятно, стало для Насти последней каплей, подтолкнув ее к роковому поступку. Однажды Настя все же упросила Аню покормить малыша. То ли подняла бутылочку как-то высоко, но ребенок захлебнулся, поперхнулся, закашлялся и посинел. Паника, страх за жизнь малыша охватила всех. Больше всего напугало Элю то, что Настя с каким-то удовлетворением смотрела, как они все бегали, переворачивали Данечку, похлопывали по спинке. Уже потом, когда

Тату Глава 51 Валю выписали. Эля уже думала, что после этого она к ним не вернется. Она навещала ее в больнице, купила нужные лекарства, потому что чувствовала себя виноватой в этой ситуации. Без Вали она была как без рук! Та убирала в доме, готовила, когда Эля задерживалась, забирала Настю из школы. А Настю нужно было забирать! Она, конечно, могла бы дойти и сама, но Эля переживала, как бы ее ноги не унесли ее куда подальше. Чужие мысли же не прочитаешь! А что там, в этой голове творится? Никому не известно! Но, слава Богу, Валя вернулась к ним, Эля была счастлива. Работу же никто не отменял, хотя устала она уже до чертиков так мотаться. Ей уже не 30 и даже не 40 лет… Но деньги сами себя не заработают - дом нужно содержать, одеваться, питаться! И вскоре предстояли каникулы – они уже взяли путевки. К ним в этот раз собиралась присоединиться и Майя. Вместо няни Валя стала Элиной помощницей во всем. Разумеется, Эля поощряла ее. Постоянно дергать маму было уже неудобно, хотя Кира Борисовна, видя, как работает дочь, охотно помогала ей: -Я все равно на пенсии, что мне делать? - говорила она, - пока Валечка восстановится, забирать ее буду. Но не знаю, Элечка, все же ребенок она необычный. Много разговариваю с ней, вроде кивает, понимает, а все одно что-нибудь как выкинет. Тогда запретила ей смотреть мультики, так она пообещала меня зарезать! -Ну, наверное, все сегодняшние дети такие, - ответила Эля, - ты видишь, в какой семье она росла, кто знает, может, что-то что в ее памяти и осталось! Может, она видела, что сделала мать… Конечно же, Эля рассказала маме о той встрече с директором детского дома. Кира Борисовна тогда просто в ужас пришла. Эля ехала с работы домой, когда у нее зазвонил телефон: -Элька! Ковалевская, - раздался в трубке голос, который показался знакомым, - кое-как тебя нашла! Наташка Чернядьева твой номер дала. -Эээ…мм… – Эля никак не могла узнать голос. -Это Юля Кротова, ты чего? Забыла всех совсем! – Эля вспомнила. Аня была ее сокурсницей. – Мы хотим собраться встретиться, 25 лет прошло, как институт закончили. Ты придешь? -Юлька, привет, - наконец поняла Эля и обрадовалась, - слушай, это здорово! А когда? -Хотим в «Жар – птице» собраться 29 - го, будут все! – сообщила Юля. Эля судорожно пыталась вспомнить, занята она в этот день или придется его освобождать. Но так захотелось пойти! Она и так мало с кем видится из-за своей занятости! Круг ее общения небольшой. Даже свой юбилей она пышно не праздновала, предпочла улететь в Турцию с Настей и Майей. Потом посидели, конечно, дома немного. Мама с мужем, дети, да Чернядьев приезжал. С этой работой она вообще обо всем забыла! -Да, конечно! - твердо заверила она Юлю, - спасибо, что позвонила, я буду обязательно! *** Три года спустя Борьба продолжалась. Борьба была во всем. Наступал переходный возраст. Настя росла и все больше и больше показывала свой характер. А он отнюдь не был простым! У нее появились подруги, которые, по мнению Киры Борисовны, плохо влияли на нее. А Эля, наоборот, смеялась и считала, что именно Настя может плохо влиять на них. Вот живет человек рядом, и ему кажется, что жизнь устроена легко и весело. Только устроена чужими руками для нее, мама платит за все. Остается только жить, радоваться, покупать себе что-то. Плата одна - хорошо учиться. Настя это уяснила, но не очень справлялась, все ее «тройки», в основном, были из-за лени и необязательности. То забыла, то поленилась записать. Получалось, что прав у Насти полно, а обязанности были минимальны. Но Настя своим поведением требовала безграничного расширения прав и абсолютного уничтожения всяческих обязанностей. Если уж сняла платье, то кинула на стул или прямо на пол. Эля покупала ей вещи регулярно - девочка же. А девочки должны хорошо одеваться. Когда она просила о чем-то новом, Эля не могла отказать. Вещи Настю радовали, но недолго. Но вскоре все они оказывались на стуле, были «приткнуты» в шкафу сбоку, обзаводились жирными пятнами. На полу могли валяться диски, бумага, карандаши,

Интересные заметки После 50 лет брака я однажды внимательно посмотрел на свою жену и сказал: «50 лет назад у нас был маленький дом, старенькая машина, мы спали на диване и смотрели маленький черно-белый телевизор, но зато каждую ночь я ложился в одну кровать с красивой 19-летней девушкой. Сейчас у меня огромный дорогой дом, много дорогих машин, огромная кровать в роскошной спальне, телевизор с широким экраном, но я сплю в одной кровати с 69-летней женщиной. Я начинаю сомневаться в своем браке». Моя жена очень разумная женщина. Она не обиделась и не ругалась. Она просто предложила мне найти себе 19-летнюю девушку, а она уже позаботится о том, чтобы я снова жил в маленьком домике, спал на продавленном диване и смотрел черно-белый телевизор. Ну, разве женщины не великолепны? Они, правда, знают, как решить все проблемы своих мужей! Роберт Де Ниро

тояли Анины родители, Чернядьев с Алисой. Натусика не отпустили с работы. На самом деле Эля знала, что та просто не хочет с ней встречаться, и всячески избегает этого. После случившегося Эле и самой не хотелось видеть ее. Чернядьева бы с его влюбленным взглядом как-то вынести! Ребенка решили назвать Данечкой. Традицию Чернядьевых называть сыновей Николаями Эля не одобрила. Сколько можно-то? -Николаш, пора закончить эту традицию, - сказала Эля, - одни Николаи! -Мы и решили назвать Даниилом, - сказал Николаша, - Аня так хочет. - Деды-то не приедут? – спросила Эля, осматриваясь вокруг. - Нет, куда им! – ответил Николаша, - но фото им послал. Дед немного расстроен из-за имени, уж не знаю, почему им это так важно, а вот бабуля сказала, что все равно - лишь бы здоровенький был. Николаша ушел за Аней и малышом. Приехала Майя. -Я ненадолго, мам, - сказала Майя, - только взгляну на малого и уеду. Мне нужно в институт. -А Макс? – спросила Эля, немного волнуясь. В последнее время Майя всегда приезжала одна. Все ли у них там в порядке? Спрашивать удочери неудобно. Сама расскажет, если что. Может там не ладится что-то… -Он на работе, - спокойно сказала Майя, - ой, смотри, идут! Гордый Николаша вынес Данечку. Аня с букетом вышла за ними. -Ну слава Богу! - выдохнула Эля, забирая у Николаши сверток с малышом, - вот он, наш сладкий мальчик! -Дайте посмотреть скорее! - сгорала от нетерпения Майка. Все родственники потянулись смотреть. Только Настя осталась стоять чуть поодаль, и безучастно смотрела на все происходящее. Аня немного усталая стояла рядом с мужем и улыбалась: -Ну как ты? – спросила Эля, - выглядишь замученно. -Да в целом ничего, - призналась Аня, - не думала, что это будет так больно. -Детки нелегко даются, - ответила Эля и прижала Аню к себе. Потом сняла со своей руки тяжелый золотой браслет и надела ей. -Спасибо тебе за внука! – расстрогалась она. К рождению Данечки она купила молодым кроватку для ребенка, какую-то особенную, такую, как хотела Аня, сватья подарили коляску - чистый «джип», просто вездеход! Эля вздохнула – ее дети такого не знали. Все течет, меняется, не успеваешь за всем. Детские вещи – какой-то космос сейчас! Раньше столько всего не было! Прорезыватели, ниблеры, развивашки всякие. Накупили внуку всего! Хорошо, что возможности есть! Вот уже и ее Николаша стал папой! Настя угрюмо топталась возле бабушки. Ей не нравилось такое всеобщее внимание к ребенку. Какой-то страх взял ее. Это что же теперь, мама про нее забудет? На ее глазах выступили слезы. -Ты чего это? - спросила у нее подошедшая Эля, - смотри, кто у нас родился! Малыш! Данечка! -Зачем он нам? Ты теперь его будешь любить? – спросила Настя, затаив дыхание в ожидании ее ответа. -Ну конечно!- засмеялась Эля, - Даня мой внучок! Наш новый родственник, член семьи. А ты теперь тетя! -А меня…Меня кто будет любить? – прошептала Настя, стискивая руки. -Настя, - Эля обняла ее, - вот ты о чем. Не переживай. Ты моя дочка. Никто тебя не бросает... Настя с облегчением вздохнула и тыльной стороной руки вытерла слезинку. -Никогда не бросишь? – она посмотрела на Элю своими ясными глазами. -Нет, конечно, - Эля прижала ее к себе, - успокойся. Все будет как раньше. -Ну что, родственники? – спросил Николаша, - все к нам, немного отметим? -Колюнь, я - пас, - сказала Майя, - мне нужно ехать! Поздравляю еще раз! Коля кивнул, обнял сестру, чмокнул в лоб, Майя уехала, а все остальные стали рассаживаться по машинам. Продолжение следует...

Тату Глава 50 -Господи, Эля, что же это такое? Ведь ни один ребенок, включая тебя, такого не делал у нас, - с ужасом сказала прибежавшая по звонку Эли, Кира Борисовна, - ведь она чуть не сожгла дом! В подвале все пропахло дымом, закоптился потолок, но, слава Богу, никаких серьезных повреждений не было. -Кира, ну не нужно утрировать, - добродушно сказал Евгений Михайлович, - ну ребенок, дите же, мир познает… -А если бы Эля осталась без дома? – возразила Кира Борисовна мужу, - это не шутки, Женя! -Ладно вам, не нагнетайте, - ответил он, - завтра с утра приду прибрать там. Что же теперь, убивать ее что ли? Эле было нечего сказать. Она была вне себя! Хотелось отшлепать Настю так, чтобы она даже думать о таком боялась! -Иди в свою комнату, - строго сказала она девочке, - сделаешь уроки, тогда меня позовешь. Настя побоялась возражать, нехотя повиновалась и стала на цыпочках подниматься по лестнице. - И теперь ведь и не откажешься от нее, - вполголоса сказала Кира Борисовна, качая головой. – Вечно с ней какие-то проблемы! А ты уже и квартиру ей купила. Куда ты так спешила? -Мам, ну это вклад в ее будущее. И потом как это «отдать», ты что? – ошарашенно ответила Эля, - она уже моя. Сколько она уже живет у нас, привыкла. Придется набраться терпения и воспитывать! -Конечно! – согласился Евгений Михайлович, - все были детьми. И не такое творили… Настя, еще не успевшая дойти до комнаты, подслушав это, осела. Как это «отдать», куда, зачем? Она только сейчас поняла, чем ей может грозить это «отдать»! Ближе мамы у нее никого нет! Подхватившись, она пулей слетела с лестницы, и, подбежав к Эле, с размаху влетела в нее, обняла: -Мама, не отдавай меня, - рыдала она. - Я не буду больше баловаться! Я не виновата, что Валя заболела, я не хотела! Элины чувства к ней и так были в постоянном раздрае: от ненависти до любви, от желания прибить до душераздирающей жалости. А тут еще все это… -Ну что ты, успокойся, - обняла ее Эля, - никуда я тебя не отдам! Но обещай мне думать, прежде чем что-то делать! И советоваться! Настя плакала и кивала. Кира Борисовна только горько вздохнула -Построже нужно, Эля, - негромко сказал она. Эля кивнула. *** Эля не знала, как Чернядьев объяснил свое отсутствие жене. И знать, в общем-то, не хотела. Это была ошибка, которую не стоило принимать всерьез. А вот Чернядьев, видимо, думал иначе. После той ночи к Эле зачастили курьеры с доставкой цветов. Он часто звонил, предлагал встретиться. Но Эля настойчиво отказывалась. Любовь у него проснулась, а ей - то что с этим делать? Ну было у них, и что теперь? Было и было! Нет, Николай должен понять, что их связывает только дружеское общение! Но обижать его резкостью тоже не хотелось. Надо как-то объяснить доходчиво! Вообще, недостатка в мужском внимании у нее не было. Постоянно кто-то пытался познакомиться, окружить вниманием и заботой. Но Эля твердо отказывала всем. У нее со временем появились и свои требования. Если и выбирать - то самого достойного. Мужчина рядом должен быть равный по достатку, с чувством юмора, солидный, со своими целями и интересами, трудолюбивый, увлеченный своими проектами. Возможно, уже с опытом семейных отношений - у нее двое детей, человек должен понимать, что такое семья и дети. И конечно, верный. Хотя это, наверное, из области фантастики! И, чтобы никаких замужеств – ей есть чем рисковать. Но такого найти невозможно! Хотя, может, к пенсии и найдет. Как мама, например. А сейчас ей все эти заигрывания ни к чему. Она такая, какая есть, со всеми своими достоинствами и недостатками. Подстраиваться под кого-то она не будет! А пока только работа и дети давали ей ощущение счастья. Погружаясь в свои строительные проекты, Эля уже чувствовала, что это точно её. Элин творческий потенциал раскрывался всё ярче и ярче. *** Несколько месяцев спустя Эля с Кирой Борисовной в радостном возбуждении стояли у родильного дома. У нее родился внук! Какое же счастье! И как невероятно! У нее – внук! Все кажется, что ты молодая, а тут раз – и внук! Рядом с

алась, стоя в пробке. Только услышав от Вали, что все уже в порядке, она смогла немного расслабиться. Ух, как ей хотелось отвесить Насте оплеуху! Но, когда она добралась, наконец, домой - ей пришлось вызывать «скорую», потому что Валя хваталась за сердце. Ее увезли в больницу. Кира Борисовна узнав о случившемся, тут же пришла к ним. Настя, надувшись, стояла в углу… Продолжение следует...

полностью уверена в завтрашнем дне, когда они жили вместе. А в остальном… Таким был только Роберт. А Чернядьеву до него ох, как далеко. Но в глазах Николая читалась любовь, сильная любовь, и это очень пугало Элю. И эту любовь он держит в себе половину своей жизни, и даже будучи женатым! Но в последнее время она чувствовала настоящую заботу от мужчины, которая выражалась не словах, а в действиях только от Чернядьева. В чем- то он напоминал ей отца. Поддерживал в ней какое-то чувство защищенности, которую дает именно родительская любовь. Никогда она уже не сможет расслабиться, даже на какое-то время, с грустью думала она. Никогда не сможет больше поверить мужчине. Оборвалось что-то внутри. Она не хочет больше любить так сильно! Потому что это очень больно. Она потухла. Выгорела как спичка, осталась только физиология, которая вчера прорвалась наружу. Роберт смог погасить в себе чувства к ней. Эля даже завидовала ему! Он смог это сделать, а она нет. И ещё много лет она это чувство в себе убивала, делая всё, чтобы забыть его. Эля заметила явные неприятные перемены и в себе. Стала более жесткой, требовательной. Она подсознательно полностью закрыла для себя тему мужчин и любви. За ее плечами два брака, счастлива она была только в одном из них, но потом осколки этого «счастья» долго и безжалостно резали ее. Отношения с мужчинами приносили больше боли, чем радости. И зачем тогда ей это? Никаких больше замужеств. Боль, испытание, чувство собственной неполноценности, как женщины. Эти измены… Бог с ним, с Чернядьевым, но больше такого не повторится. Эля чувствовала, что дико устала. В последнее время у нее часто возникало такое чувство, будто она, как тот Сизиф, тащила тяжеленный камень в гору. Камень из огромной ответственности, желания контролировать всех и вся. Но какой же тяжелый этот чертов камень! У нее уже нет сил, раз она так сорвалась! Она никогда не была похожа на принцессу, выращенную в теплице, если она бездействовала - ей было скучно. Все время стремилась покорять новые, неизведанные высоты, и желательно самостоятельно, без какого-либо начальства! В ее жизни сейчас были три самых близких ей человека - мама, сын и дочь, присутствие которых всегда наполняло её сердце теплом и радостью. Они были ее опорой! И только они! Ладно, хватит этих сентиментальностей, подумала про себя Эля, услышав как внизу подъехала машина Чернядьева. Дети вернулись домой, Эля пошла встречать их. Голова вроде бы успокоилась. Нужно было возвращаться после этой небольшой передышки в свою обычную жизнь. Эля надеялась, что Николай все поймет. Общение они не прекратят, но повторений вчерашних событий точно больше не будет. *** Настя умудрилась довести Валю, человека, казалось бы, с «железными» нервами, до сердечного приступа. Валя проводила с ней больше времени, поскольку Эля весь день была на работе. Вале приходилось терпеть постоянную лень, слушать небылицы, нежелание принимать правила, которые есть в семье, уговаривать, объяснять по сто раз. Валя была очень терпеливой женщиной, и Эля никогда не слышала, чтобы она на кого-то кричала, а вот Насте удалось вывести ее из себя. Это было последней каплей. Поскольку в доме Эли плита и отопление были от электричества, спичек у них не водилось, а Настя, которая дружила только с мальчишками из своей секции борьбы, от кого-то из них их получила. Сначала они сложили костер за поселком в лесу, а вернувшись, Настя устроила пожар в подвале дома, пытаясь сложить свой «костер». Валя до смерти перепугалась сама, когда увидела дым в гостиной. Она в ужасе кинулась на улицу, затем поняв, что дым идет из подвала, побежала туда, обнаружив там испуганную и подвывающую Настю. Думая, что если сейчас она «проморгает» ребенка - ее потом за это посадят, Валя кинулась на помощь. С огнетушителем, стоявшим в углу, она не смогла справиться. Она вытолкнула Настю на улицу, быстро, как только могла, набрала воды и затушила «костер». Настя ревела, а Валя ругалась, на чем свет стоит. Эля после ее звонка ехала домой, она вся издерг