Рассказы Ждановны
MAX ·
Настя, услышав это и мигом смекнув, чем ей это грозит, на миг застыла на месте, замешкалась. Но сдаваться не собиралась. Она вздернула подбородок, повернулась, и пошла в свою комнату.
-Эль, ты что? – зашептал Чернядьев, округляя глаза, - правда возьмешь и вернешь ее? Слушай…Хотя…Это был бы выход. Тебе уже за 50, подумай о себе! Дети пристроены, деньги есть. Ну зачем тебе это?
-Я уже не знаю, - у Эли настолько сдали нервы, что захотелось с утра уже плеснуть себе конька и выпить! Чтобы нервы успокоить. Хоть немного!
-Ты подумай хорошо, - сказал Николай, которому передалось ее состояние,- ладно, мне пора.
-Ты же поговорить хотел, - напомнила Эля.
-Да не до разговоров вроде сейчас, - смутился Чернядьев. – Когда тут такое… Я хотел сказать, чтобы ты не переживала. Да, Наташка обо всем догадалась, но мы поговорили, я уладил конфликт.
-Прекрасно, - сказала Эля безразлично, - и что теперь? Ты можешь беспрепятственно приезжать? Нет, Коль, давай закроем эту тему. У меня достаточно переживаний и без вас. Возраст уже такой, что эти вспышки ревности и претензии мне ни к чему.
- Мне важно, чтобы мы оставались друзьями, - подчеркнул Чернядьев, - очень важно. Ты же знаешь, как я к тебе отношусь!
-Вот это - то меня и пугает! - Эля встала и отвернулась к окну, - я не могу ответить тебе тем же. Зачем тебе это все?
-Я просто буду рядом. И все, - сказал Чернядьев, - без всяких условий. Просто позволь мне это.
Он взглянул на часы, поцеловал ее в макушку и вышел из дома.
Эля осталась на кухне. Кофе в чашке давно остыл, она механически выпила его. Ну что, приехали? Что теперь делать? Она вытерла ладонями слезы. В кого она превратилась? В назойливую бабку, которая только и твердит: «Вот здесь убери, вот здесь положи, куда ты пошла». Картинка, которая была у нее в голове, начала разваливаться.
Она думала, что близость и контакт у них сформированы, но этот ребенок хочет отделиться от нее. Она думала, что они совпали, что все идет так, как нужно, за исключением некоторых происшествий, свойственных детям в Настином возрасте. Оказывается, все не так. У Насти всегда была припасена для нее парочка сюрпризов. И не всегда приятных.
***
Настя в своей комнате боролась с сомнениями. Сначала она влетела, стала складывать вещи, а потом села и задумалась. Уехать из дома? В никуда?
Она практически не помнила ничего из своей прежней жизни. Как будто родилась сразу пятилетней. Долго-долго не могла понять, что с ней происходит. Какая-то серая пелена окутала и скрывала ее раннее детство. Все в липком тумане, хмурое, злое…Постоянное чувство беспомощности и страха. И все время хочется есть. И плакать.
Даже лица своей родной мамы она не помнила, только какие-то глухие отголоски, звуки, слова. А если она вернется в детский дом, то она потеряет маму. Маму, у которой она родилась, когда ей было пять лет. С теплыми руками, поглаживающими ее волосы и убирающие их с лица. С ее запахом, шепотом. Потеряет возможность проводить с ней время. Сестру, брата. Помнила Настя, как первые дни дома, утром лежала в кровати и боялась открыть глаза. Как слезы предательски лились по щекам, как мама вытирала их мягкой ладонью. И сама плакала, а ее слезы падали на Настино лицо. Боль, которая сидела внутри, вырывалась наружу.
Настя уселась на кровать и поджала ноги, насупилась. А как мама забирала ее домой? Привезла все новое! От трусов до комбинезона! В этот день Настя оставила прошлое навсегда, а в этой ее новой жизни у нее было все. Кровать и стол, подушки и игрушки, полный шкаф одежды, книги, поездки! Море!
Первое время она боялась шевелиться. Старалась меньше говорить и есть, хотя очень хотела, и не могла с собой справиться. Хотела понравиться маме и бабушке, и Николаше с Майей. Старалась не мешать им, потому что не знала, как надо себя вести. И все ждала, когда же будет плохо. А «плохо» не наступало. И мама всегда говорила, что никогда и ни за что не отдаст ее никому! Сказала, что она - её ребенок, а она ее мама. И это решено не ими, а судьбой. А судьбе виднее. На глазах у Н
