Публикации канала «Написано жизнью»

Я как раз в кабинете у себя прибиралась, как услышала за окном крик. Да не просто крик, а такой, знаете, молодой, злой, на самой высокой ноте отчаяния. Словно струна лопнула. Сердце мое старое так и екнуло. Гляжу в окно – а это у калитки Клавдии Никитичны, нашей бабы Клавы, дочка ее городская, Иринка, стоит. В курточке своей тоненькой, а лицо перекошено от гнева. - Да как ты могла?! - вопила она, и голос ее срывался. - Я на двух работах пашу, чтобы тебе сюда сумки возить, лекарства покупать! Кормлю, а ты?! Последнюю пенсию, до копеечки, кому-то в трубу спустила! Чужому человеку! На крылечке, съежившись вся, стояла баба Клава. Маленькая, сухонькая, в старом выцветшем платке. Она не плакала, нет. Она просто смотрела на дочку, и в ее глазах, когда-то синих, как летнее небо, плескалась такая растерянность и такая вселенская боль, что у меня у самой дыхание перехватило. Она молчала, только руки ее, узловатые, рабочие, теребили краешек старенького фартука. Будто искали спасения в его вышитых, полинявших васильках. Не выдержала я, накинула плащ, сунула в карман пузырек с корвалолом и пошлепала по грязи к ним. Душа-то не камень, как тут усидишь. Ирина, завидев меня, еще больше распалилась. - Валентина Семёновна, вы посмотрите! Это же уму непостижимо! Отдала все деньги! А на вопрос «кому?» - молчит, как воды в рот набрала! Ей же мошенники звонили, я уверена! Что мне с ней делать? В город забирать, в четыре стены сажать, чтоб глупостей не творила? Смотрю на бабу Клаву, а она будто еще ниже ростом стала, вжалась в старую рассохшуюся дверь. И такая в ее позе была безысходность, такое тихое горе, какое бывает только у самых беззащитных. - Погоди, Ириша, не кричи, - говорю я ей тихо. - Разве так с родными говорят? Зайдем в дом, чайку выпьем, все и обсудим. В избе у бабы Клавы пахло чабрецом и старым деревом. Чисто, прибрано. На окне алоэ разросся, на стене ходики мерно отсчитывают время, которого, казалось, у хозяйки осталось совсем немного. Но Ирина и тут не унималась, ходила из угла в угол, как тигрица в клетке. - Какой разговор, Семёновна?! Она же из ума выжила! Я нашла на комоде квитанцию о переводе. Вся сумма - на чужое имя! А она сидит и молчит! Я присела рядом с бабой Клавой, взяла ее холодную, как ледышка, руку. - Никитична, - говорю тихо, - милая, что случилось? Ты хоть мне скажи, что за беда стряслась? Может, помочь чем надо? Она подняла на меня глаза, полные такой невыплаканной тоски, и прошептала одними губами: - Надо было, Семёновна… Надо… И снова замолчала, поджала губы, будто запечатала свою тайну. После этого Ирина с ней и вовсе говорить перестала. Ходила по дому тенью, злая, обиженная. А баба Клава совсем сникла. Перестала выходить на крыльцо, сидела целыми днями у окна, глядя на мокрые ветки старой яблони. И все чаще я замечала, как она достает из серванта старую, пожелтевшую фотографию, ставит перед собой и долго-долго что-то ей шепчет. А по щекам ее тихонько катятся слезы. Через пару дней Ирина прибежала ко мне, уже не злая, а испуганная. - Семёновна, все, я больше не могу. Она с фотографией разговаривает. Сядет и шепчет, шепчет… Я уже в город звонила, в пансионат. Завтра приеду, буду вещи ее собирать. Это не жизнь, это мучение для нас обеих. Посмотрела я на нее, а у самой сердце кровью обливается. Запуталась девчонка. Хочет как лучше, а делает только больнее. - Не спеши ты, Ириша. Пансионат не убежит. Дай мне с ней поговорить. Наедине. Вечером, когда уже стемнело, я пришла к Никитичне. Принесла термос с ее любимым смородиновым чаем, пирожков с картошкой. Сели мы с ней за стол. Тикают ходики, за окном ветер воет. Она сама достала ту фотографию, на которой стоят две молоденькие девчушки. И она заговорила. Голос ее был тихий, дребезжащий, как старый колокольчик. - Это я… А это подружка моя, Верочка… Мы с ней, Семёновна, как сестры были. Одной краюхой делились, одни секреты знали. Душа в душу жили. А потом… потом я страшное сотворила. Я ее предала. Она замолчала, провела пальцем по лицу на фото. - Нам по семнадцать было. В

На этот раз меня отлупили старыми подтяжками, которые носил мой папа. Кстати, папа нас бросил. У него родилась еще одна дочь, и папа решил, что ей отец нужнее, чем мне. Бог ему судья и тысяча чертей, я не в обиде. Он за двенадцать лет ни разу не поднял на меня руку и не позволял этого делать маме. Она «трудилась в поте» лица за пределами его поля зрения. То есть, когда он был в загуле. Катя заболела воспалением легких. Мама не оставила ее одну в клинике, она договорилась с кем-то, что будет весь срок госпитализации жить с ней и спать на полу, на коврике. Шучу. Это я так представляла, что она лежит на коврике, свернувшись калачиком. На самом деле она была с Катей в одной палате, но на разных койках. Во, как подфартило! Катя в восьмом классе. Она тупая и ленивая, а мне надо готовиться к экзаменам. - Помоги сестре, она не понимает задачу по физике. – Мама готовила ужин. - Не могу, у меня алгебра. – Ответила я, закрывшись книгой от хихикающей Кати, рассматривающей картинки для взрослых. И где ж она их достала? Хотя мне плевать. Я никогда не была ябедой. Пусть мама с ней разбирается. Катю не интересуют уроки, ей нравится всякая фигня, запрещенная для подростков. Вдруг за спиной появляется мама. - Это что? Где ты это взяла? – она выхватила пошлятину из рук Кати и бросила на письменной стол. Я кожей почувствовала, что эта дрянь показывает на меня. А потом и головой, спиной, лицом… Утром я шла в школу зареванная. Никогда не прощу Катю за ее подлость. Окончив школу, я поступила в университет. Еще пять лет мороки и навязывания на меня сестру. Как же устала от нее! Ну почему ее мать решила родить ребенка и запить? Где были ее мозги, когда она была с мужчиной?! - У тебя остались деньги от стипендии? Не хватает на выпускной, - мама решила обобрать меня до нитки. - Нет. Стипендия не такая уж и большая. Извини, но у меня нет денег. - Какая же ты бессовестная, - мать не орала. Она спокойно смотрела на меня, сидя на диване, как на кролика – гипнотизировала, а я гладила кофточку. – Вижу, у тебя новая кофточка, а для сестры денег пожалела. - Мама, я купила первый раз за год себе какую-то вещь. Неужели я не заслужила? - Не заслужила. – Она сказала это с такой уверенностью, что я чуть не вспылила. – Вот Катя заслужила. Ей в жизни ой как досталось. А ты всегда вкусно ела и сладко спала. Я? Это ты сейчас о чем, мам? Не о тех ли конфетах, которые Кате нужнее, потому что у нее низкий гемоглобин? Это не о тех ли йогуртах, потому что Катя не любит сметану, а моло́чка ей просто необходима? Мам, ты все это покупала ей, а меня била по рукам, чтобы я не трогала. Потому я здорова, как конь! Выхватив у меня кофточку, мама с улыбкой на лице передала ее Кате, вернувшейся с гулянки, обкуренной, как подзаборный алкаш. Мама с ней строго поговорила и попросила поклясться, что такого больше не повториться. - Я случайно, - Катя смотрела в пол и дула губки. Прямо девочка-пай! Повторилось и не раз. То курила, то выпила, то утром пришла. Мама с ней говорила, говорила… А что толку? Катя глазки опустит, повинится, обнимет маму, а через неделю давай по новой куролесить. Так накуролесилась, что принесла в подоле. Родила, но воспитывать не стала. Повторила судьбу СВОЕЙ матери. Уф, устала. Дорогой дневник, спасибо, что выслушал. Остальное продолжу, как появится настроение. Не забудьте подписаться на наш канал, чтобы первыми читать интересные истории.

а о сестре. Но было поздно, мама уже дома.

ь! Держи, Светочка второй подзатыльник. - Встань в угол! Резко развернув меня, мама тычком в спину затолкала мое тело в угол, где стоит пылесос за шторкой. Я споткнулась об него и ударилась губами о край этой пухлой «бочки». Шланг упал, из губы потекла кровь, а мама побежала к орущей благим матом Кате. Та чем-то подавилась и закашлялась. Мама не работала. Время было тяжелое. Работу не найти, а бесплатно никто трудиться не хотел. Папа зарабатывал таксистом. Он катал взрослых днем и ночью. А когда приезжал домой, то отдавал деньги маме. Когда Катя к нам переехала, почему-то папа перестал зарабатывать, как все нормальные люди ( мама). Однажды мама так сильно поругалась с папой, что он уехал и два дня мы его не видели. Мама плакала, не разговаривала с нами, куда-то звонила и просила извинить ее. Папа вернулся. В нашей квартире стало более-менее спокойно. Для мамы с Катей, но не для меня. Я следила за сестрой, чтобы она не влезла рукой в унитаз, не таскала Ваську за хвост, не вылезла на балкон, не взяла спички… Я стала школьницей. Новые знакомства, уроки, кружки, походы, экскурсии, праздники… Господи, сколько всего я пропустила, когда наш класс скидывался на какое-нибудь мероприятие! Да фиг с ними, экскурсиями. У меня даже нормальной Елки не было! Ребята на Новогодний праздник в костюмах пришли, а я, как дура, в том, в чем хожу в школу. Все веселятся, а мне неловко. В нашем классе на праздники (8 марта, 23 февраля) устраивали чаепитие с поздравлениями, а я вновь отличилась. Приходила с пустыми руками, потому что мама не испекла пирог или не купила конфет к столу. Некоторые из ребят начали смотреть на меня косо. Думая, что я прихожу на халяву. Да не нужны мне ваши пироги и пряники, мне общение нужно! Я ничего не ела, даже к чаю не притрагивалась. Со мной не разговаривали, считали меня жадиной. Позже я возненавидела летние каникулы. - Куда собралась? – мама увидела, что я надеваю туфли. - Мы с девочками во дворе погуляем. - Возьми с собой Катю. Спасибо, мама, я только этого и ждала. Кате уже было пять. Да без разницы, хоть десять. Зачем она мне там, в моей компании? Эта стрекоза лезет всюду, а мы спокойно поговорить не можем. Сует свой нос в каждую дырку, а мне потом отвечать. Сегодня она выбила молочный зуб, снизу. Я не испугалась вида крови и орущую Катю, я боялась, если выйдет мама. Но она не просто вышла, она вылетела из подъезда, как соседская овчарка, спешащая перепрыгнуть через препятствия. - Ты куда смотрела? Ты же старше! Должна присматривать за младшей сестрой! Не узнав, почему Катя кричит, мама отлупила меня при подругах. Спасибо, мам, я до сих помню напуганные глаза девчонок, когда ты орала, как сумасшедшая, и била меня по заднице. Моих подруг никто никогда не лупил. Поэтому им не понять, почему я не заплакала. Привыкла. Мне уже тринадцать. Кате – десять. - А я маме расскажу, что ты губы красила, - противная Катька просунула голову в ванную и увидела, как я пробую пользоваться косметикой. - Брысь отсюда, - я вытолкала ее рукой в лоб. - А я все равно расскажу, как ты лазила в мамину косметичку. - Отвали. - А еще я скажу, что у тебя в портфеле сигареты, как у папы. - Попробуй только. Эта дрянь опять шарилась в моей сумке. - Бе-бе-бе! Расскажу, расскажу, расскажу! Это мелкое чучело выскочило на балкон. Смотрит на меня через стекло, кривляется. Надоело! Честное слово, надоело терпеть выходки какой-то малолетней обезьяны. Я закрыла дверь и оставила эту макаку мерзнуть. На целый час! Ничего переживет, на улице не так холодно. Всего-то плюс десять. Я собралась в магазин. Катя стучала, звала меня, но мне было по барабану. Не умеешь себя вести, перевоспитывайся. Взяла деньги, оставленные мамой, и ушла за хлебом. В магазине встретилась с подругой, мы решили угоститься мороженым за ее счет (мама никогда не давала без сдачи, считала каждую копейку), съездили в гости к Машке, посидели у нее минут двадцать, потом решили дойти до дома пешком. Мы жили в одном подъезде, но на разных этажах. Подходя к двери своей квартиры, я вдруг вспомнил

- Она твоя сестра! Ты должна! - кричала мама - Ты не могла ее остановить? Почему все в этом доме должна делать я? Почему ты сидела и смотрела, как Катя портит обои? Надо было забрать у нее фломастеры! - Мама, но ты же сказала дать ей порисовать… - растерялась я. - А своих мозгов нет? Она мне не родная, а двоюродная. Родители забрали ее к себе, потому что сестра моей мамы пила по-черному. Тетя Анжела пила и шлялась, искала себе мужа, а ее единственная дочь сидела одна дома, голодная и пугливая. Раньше я всей душой желала, чтобы у меня был брат и сестра, но с появлением Кати поняла, лучше быть одной, чем иметь надоедливую сестренку с капризным характером. Катя младше меня на три года. Мне было пять, когда ее привезли к нам. Мама оформила опеку. Но в то время я не понимала, что это означает. Опека – для меня это слово представлялось, как печь пирожки, например. Итак, Катю поселили в мою комнату. Поставили кроватку напротив моей, положили ее одежду в мой шкафчик, игрушек у нее не было, даже элементарных детских книжек. Только две погремушки, доставшиеся от меня в наследство, сломанный трехколесник, грязный плюшевый мишка и соска. Первые два дня мне было безумно жаль ее. Она плакала, звала маму, пугалась любого громкого звука, вздрагивала от шума воды, дверного звонка и боялась трогать моего кота Ваську. Я просыпалась от ее ночного плача и садилась рядом с мамой, когда та укачивала Катю на руках, напевая колыбельную. Эту колыбельную мама когда-то пела и мне, а когда я стала старше, время колыбельных прошло. - Мама, спой песенку, пожалуйста, - попросила я однажды, когда мама принесла Катю из ванной, замотанную в банное полотенце. - Спи. Я сейчас ее одену и заберу к себе. Что-то она подкашливает. Чтобы ты не заразилась, будешь спать сегодня одна. Положила на свою кровать Катю? А мне никогда не разрешали, потому я уже большая, по словам мамы. Да и папы тоже. Утром я проснулась, а мама кормит Катю пюрешкой. Я просто обожаю пюрешку! Яблочную! - Не трогай, это для Кати. Она плохо кушает, ей нужно набираться сил. – Отрезала мама, когда я достала из шкафчика баночку с детским питанием. – Ей сейчас нужно привыкать к нормальной еде. Постепенно. И понять, есть ли аллергия на какой-то продукт. Детское питание стоит очень дорого. А ты уже большая. Хорошо, большая, так большая. Я ушла в комнату, переоделась, перебралась в спальню родителей (у нас была двушка) и включила телевизор. - Выключи! Кате нужна тишина! Хорошо, выключила. Стало скучно. Я достала с полки электронную игрушку. Мне ее на день рождения подарили. Волк ловит яйца, называется. Она со звуком. Звук такой малоприятный, тонкий, а когда яйца разбиваются, то еще и раздражающий. - Я же просила тишины! – мама закричала, и я услышала в ее голосе грубые нотки. – Сколько можно повторять? У Кати сейчас трудный период! Это потом я узнала, что у мамы тоже трудный период. Наш папа решил завести подружку, чтобы было не так скучно. Видимо, ему больше повезло с подружкой, чем мне с сестренкой. Папа поздно приходил домой. От него пахло духами, как говорила мама. Не мне говорила, я слышала, когда они закрывались в кухне. Ну пахнет и пахнет, что тут такого? Это же не мочой, когда Катька в штаны надует? Мама с папой ссорились, я подслушивала, а Катя в это время рисовала фломастером… на обоях. Мама несколько раз предупредила Катю, чтобы она этого не делала, но в конечном итоге попало мне. - Ты не могла ее остановить? Почему все в этом доме должна делать я? Почему ты сидела и смотрела, как Катя портит обои? Надо было забрать у нее фломастеры! - Мама, но ты же сказала дать ей порисовать… - растерялась я. - А своих мозгов нет? На тебе, Светочка, подзатыльника, если ты такая невнимательная к сестренке. Я заплакала. Убежала в комнату и громко захлопнула дверь. Мама ворвалась в мою святая святых и «наградила» шлепком по заднице, чтобы я больше не стучала дверью. Я завопила так, что Катя решила меня поддержать. Она закричала, и мне опять попало. - Видишь, до чего ты ее довела своими криками? Катю нельзя пугат

6.50 Будила сына. Включила чайник 6.55. Будила сына. Сделала яичницу. 7.05 Будила сына. Уснул в туалете. 7.35 Ушёл в школу. Вернулся. Забыл сменку. Ушел в школу. 8.32 Прислал SMS. Забыл футболку на физ-ру. Просил принести. 9.05 Вышли с мелким из дома. Гулять по утрам полезно. Особенно в минус девятнадцать. Отнесли футболку. 12.35 Звонила сыну — сказать, чтобы не задерживался после школы. На улице минус восемнадцать. На тренировку к двум. Не брал трубку. 12.40 Звонила сыну… 13.10 Одела мелкого. Пошли искать. Гулять полезно. Особенно в минус восемнадцать.. А! Я говорила уже. 13.20 Нашли у школы. Катался с горки. Выступал в роли ледянки, излучал счастье. Обещала себе не орать. Не выполнила обещание. 13.30 Дома. Оказалось, что тренировку перенесли на 15.00, не понимал претензий. Сориентировался, изображал раскаяние. Был убедителен. Пила валерьянку. Было стыдно. 13.50 На вопрос про оценки, порадовал пятёрками по английскому и физкультуре. 14.00 В электронном дневнике обнаружена оценка за контрольную по английскому 2/5. Изображал раскаяние. Не хотел расстраивать мать. Был убедителен. Пила валерьянку. Испытывала уныние и грусть. 14.30 Дала деньги на проезд, телефон, варежки (перчатки утеряны дважды), выпроводила на тренировку. 17.30 Ходили с мужем и с мелким по магазинам. Звонила старшему на сотовый. Был недоступен. Звонила на домашний. Не брал. И так шесть раз. Испытывала тревогу… Да твою же мать!!! 18.10 Приехали домой, обнаружили на парковке. Почти снеговик. Потерял ключи. Телефон сел. Испытала облегчение и желание убить. Но облегчение больше. 18.30 Узнала, что внутри пластикового корпуса гантелей насыпан песок. Был насыпан. Любознательный сын изображал раскаяние. Не очень убедительно. Пылесосил светло-бежевый ковер с длинным ворсом. 19.00-21.00 Делали уроки. Без комментариев. Как-нибудь отдельно напишу. 21.10 Жёг в туалете туалетную бумагу, оплавил стульчак. Отрицал. Перед лицом железных доказательств сдался. Раскаяния не изображал. Утратила способность испытывать эмоции. Дала мужу валерьянки. 22.00 Лёг спать. Не пошла целовать перед сном. Я тоже человек, имею право обижаться. 22.03 Пошла целовать перед сном. Яжемать. Я не имею права обижаться. 22.30 Пришёл сказать, что на завтра задали доклад по музыке про романс. 23.00 Слово «романс» пришло к нам из Испании, где первоначально обозначало стихотворение на испанском («романском») языке, рассчитанное на исполнение с музыкальным сопровождением… 1.00 Поставила будильник на 6:30. автор Татьяна Болдырева

— Мам, Игорь меня бросил. Сказал всё! Развод и девичья фамилия!!! — Да ты что?! Почему? — Так всё из-за губ этих! — Правда? — ДА! Мама, что мне делать??? — Отец, смотри что твopится-то! Игорь-то нашу красавицу бросил! — Ну-ка, ну-ка... ё-моё мой лысый череп! Это чего с тобой, доча? Ты же на рыбу похожа из мультика... ну этого старого... "В море ветер, в море буря. В море вoют ураганы". — Папа! Мама чего он меня дразнит?! — Толя ты дурак что ли? Ребёнку и так плоxo! Ревёт сутки нaпролёт, уже голова болит! — Судя по всему с гoловой-то плохо давно... — ПАПА! — ТОЛЯ! — Да всё-всё, pыба моя... — ПАПА! — ТОЛЯ! — Молчу уже. Чё говорит? — Кто Игорь? Говорит я себя испортила! — Так правильно говорит. Факт. — Я же не виновата! Доктор просто немножечко перecтарался. Говорит скоро всё в норму придёт! — Когда говорил то? — Две недели назад... хны! Лучше стало! — Ё-моё! Хорошо, что мы на даче жили, а то я бы не перенёс такой красоты. — ПАПА! — ТОЛЯ! — В последний раз было. Умолкаю. Я вообще пoeсть пришёл. — Бери ешь! Доча ну зачем так то? — Мам, так все ходят! Увеличивают и ничего! Всем нравится. Как у голливудских звёзд! — Ужаса? Кхм, каких только извратов не встретишь. — ПАПА! — ТОЛЯ! — Дорогая, соль подай. — На и заткнись уже! — Спасибо. Доча, Игорёк поди cиськи просил увеличить? — Ну да. Но губы дешевле. — Сэкономила значит... А размер почти как... — ПАПА! — ДА ТОЛЯ, ТВОЮ МАТЬ! — Доча, успокойся всё наладится! Да ведь, отец? — Ага! Кря-кря! — ПАПА! — ТОЛЯ! НУ ВСЁ ТЫ ДОСТАЛ! У ДОЧЕРИ ГОРЕ С ГУБАМИ, А ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ! — Ты чего кидаешься? Не с губами у неё, а с головой! — Ну всё-всё, милая, папа ушёл. Иди сюда обниму тебя. — Мам, что делать то будем? — Что-что... Слушай может к бабке Пилагее съездим? — Зачем? — Помнишь, когда ты маленькая была, она тебе гной из опухшей коленки выпускала... — НУ МАМА!!!)))

Моя тетя Люба Когда она умерла, меня не было в городе. Это случилось внезапно, тетя Люба не собиралась умирать, наоборот, она собиралась праздновать свой 80-летний юбилей, мы с ней обсуждали платье, в котором пойдем на банкет. Она вдруг тогда сказала ни с того, ни с сего: «Ну, вот в нем меня и похороните!» Любовь Соколова, народная артистка СССР, всесоюзная мама, как ее называли еще при жизни, она переиграла всех мам, матерей и мамочек, ни разу не повторилась при этом. Могла бы сыграть и главные роли, и ей предлагали, но была семья, сыночек, которого она поздно родила и не хотела от него уезжать надолго. Поэтому соглашалась на эпизоды и чтобы съемки были в городе. И еще: она не сыграла ни одной отрицательной роли. Это было принципиально. Отказывалась наотрез и категорически, никакие гонорары не могли изменить этого решения. Но и без них она снялась почти в 400 фильмах. Ее любили и режиссеры, и зрители. Когда она выходила на сцену на концертах или фестивалях - кланялась в пол. Да, прекрасные были времена! Народным артистам Советского Союза можно было позвонить, договориться о встрече. И не через пресс-секретарей, пиар-директоров и прочей челяди, а запросто,напрямую. Это сейчас актеришко сыграл в одном сериале – а поди ж ты,уже звезда! А тетя Люба ходила по улицам, останавливалась, когда ее узнавали, со всеми говорила, сочувствовала, жалела. Хотя саму ее жизнь не жалела ни капельки, а била наотмашь с поразительной регулярностью. Сначала умер от голода любимый муж в блокадном Ленинграде, потом сама чудом выжила, училась, работала в театре и жила в подсобке под крышей, вышла замуж за известного режиссера, о романах которого судачила вся Москва, сына родила, талантливого, красивого, но он ушел в мир иной в 26 лет… Осталась одна, но не стала ни злобной старухой, ни алкоголичкой, ни сумасшедшей. Ольга Белан

ольствием стала работать девушка в детском доме. Она жила с мамой Аней, хотя государство выделило им с братом жилплощадь. Наташа и Сашка нашли своё счастье, они создали семьи, но никогда не забывали свою маму Аню. Всё лето помогали ей в огороде, привозили внучат погостить, отведать самых вкусных ягод и яблок. И Анна чувствовала себя счастливой, не одинокой. А излишки яблок со своего сада, женщина всё также относила в детский дом ребятишкам. — Пусть едят на здоровье. Витамины, такие вкусные… Особенно поздние – наши любимые…

Анна Фёдоровна работала поваром в детском доме. Устроилась она туда потому, что жила совсем рядом, в окошко видна работа. Поварам и без того рано на работу, а тут работа близко – не так рано вставать. Небольшой частный дом, доставшийся Анне от тётки, был окружён богатым садом. Чего только не было в нём: и кусты крыжовника и смородины, и длинные гряды с клубникой, и сливы разных сортов. Но особенно вкусными были яблоки. Среди десятка взрослых яблонь Анна Фёдоровна любила зимний сорт. Поздние яблочки, неизвестного названия, были желанны, потому что созревали до конца уже только зимой, лёжа в сухом погребе под кухней. Мужа у Анны не было. Не получилось выйти в своё время замуж. Был у неё «муж выходного дня», чужой муж одно время, больше потому, что Анне так хотелось дочку. Но и тут судьба обделила её. Не получилось забеременеть и родить. Так и прошла молодость, а потом уже Анна свыклась с мыслью, что детей у неё не будет. Может ещё и поэтому потянуло её работать поближе к детям. Анна Фёдоровна всю дyшу вкладывала в работу. Богатый урожай ягод, яблок со своего сада она несла вёдрами на работу. Варила компоты, раздавала свежие ягоды детям полакомиться. — Куда мне одной-то? – говорила Анна. – Я тут поем, дома почти и не готовлю. Но варенье люблю, особенно зимой у самовара… Дети любили повариху, старшие девочки приходили к ней на кухню помогать мыть посуду, а Анна Фёдоровна учила их готовить салаты, печь печенье. Многие дети были в детдомах при живых родителях, лишённых родительских прав. Некоторые лишь сирoты. Такой парочкой были Наташа и Саша. Наташа – симпатичная девочка с тёмными глазами и милой улыбкой, попала в детдом в десять лет. Некоторые из бездетных пар, желающих усыновить ребёнка, присматривались к девочке. Но, узнав, что она с пятилетним братиком, останавливались… Разлучать детей было нельзя. К тому же Сашка был косой на один глазик. В детдоме его готовили к oпeрaции. Анна Фёдоровна к каждому Новому году приносила всем детям свои поздние яблоки. Яркие, румяные, крепкие, они словно набирали самый вкус и сахар к этому времени. И уже не были такими твёрдыми, как осенью. Дети обожали яблоки и благодарили Анну Фёдоровну. Наташа и Сашка тоже полюбили повариху, пожалуй, даже больше остальных ребят, потому что Анна жалела эту парочку, которой не находилась приёмная семья. Наташа и Сашка прибегали в столовую при любом возможном случае. Но тогда, когда «мама Аня» не очень была занята. Так уже звал маленький Сашка Анну Фёдоровну за сладкие угощения, чай, бутерброды и печенье. И конечно, за доброту и ласку. Наташа под руководством Анны уже научилась готовить самые простые блюда для обеда и мечтала только о профессии повара. Анна очень скоро так полюбила брата и сестрёнку, что втайне желала им не быть усыновлёнными. А потом узнала, что Наташа уже и сама отказывается от усыновителей. — Ничего, успокаивала она Наташу. И в детдоме вам неплохо, ведь правда? Тебе, Наташенька, уже скоро школу заканчивать, ты взрослая, а за Сашкой я тут присмотрю, уж ты не волнуйся. Когда Наташу выпустили из детдома, она пошла учиться на повара в училище. Каждый вечер Наташа приходила навещать Сашку, но он всё равно очень скучал. Анна Фёдоровна видела, как братик сидит у окна и дожидается Наташу, глядя на ворота… Договорившись с директором, Анна Фёдоровна стала брать Сашу к себе домой после работы. Мальчик ночевал у Анны теперь каждый раз, когда Анне не нужно было рано вставать на работу. Она работала посменно. Наташа была рада этому. Она тоже приходила к Анне Фёдоровне, а через несколько дней уже осталась ночевать в доме «мамы Ани» и больше не уходила. Теперь троица практически жили все вместе. Саша только днём был в детдоме, а вечерами возвращался домой. Какое счастье было в глазах мальчика, когда он поднимался по ступенькам крыльца, а там уже Наташа встречала их с работы. В доме было и чисто, и пахло тёплым печеньем и варенье было на столе из любимых поздних яблок… Когда и Саша поступил в училище, Анна вышла на пенсию и уступила своё место Наташе. С удов

Пошла я значит в нашу поликлинику к терапевту на прием. Заняла очередь, жду. Все между собой переговариваются: Ну у кого, что болит и так далее. Сидят одни бабки, ну и несколько молодых женщин. А среди нас мужик лeт copoкa cидит мoлчa, пoгpужeнный в cвoи мыcли. Mужик тaкoй, знaeтe, кoтopыe вooбщe нe бoлeют, и в бoльницу зaглядывaют тoлькo зa лeкapcтвaми для мaмы, и тo нe cвoeй. "Бaбкa-xoчу-вce-знaть-пpo-вcex" дepгaeт мужикa зa pукaв. Moл, a у вac чтo? - A чтo у мeня? - cлeгкa пугaeтcя мужик. - Сынок, а у тебя что, на что жалуешься ? - Ha жeну. C утpa дo вeчepa нa paбoтe, зaбыл, кaк выглядит. - A чтo, вpaч oт этoгo пoмoгaeт? - удивилacь бaбкa. - Xopoший вpaч oт вceгo пoмoгaeт - улыбнулcя мужик. "Hoмep 31 в кaбинeт нoмep 4" - пpoпeл мeтaлличecкий гoлoc из пoд пoтoлкa, и мужик уcтpeмилcя. Пo идee, пoлoжeнo 10 минут нa кaждoгo пaциeнтa. Этoт здopoвый лocь тopчaл в кaбинeтe минут 30. A кoгдa выxoдил, зaкpывaя двepь, oбepнулcя и пpoизнec: - Bce, жду тeбя дoмa, нe зaдepживaйcя. И выбeй ceбe нaкoнeц oтпуcк! Бaбки в aутe, нo мужик шуcтpый был, нe дoгнaли cтapыe eгo)

Недавно была свидетелем случая. Сидит на лавочке пожилая женщина, рядом на лавочке лежит собачуха. Мимо чапает тетка и как прицепится к бабульке. И лапы у собаки грязные, и поразвели тут псин, на лавочку не сядешь, грязь и шерсть, страх и ужас. Смотрю, и другие подтянулись бабульку стыдить... ️ А на предыдущей лавочке прыгали два ребенка с не менее грязными лапами, но... Рядом с ними сидел и втыкал в телефон папаша амбалистого типа, а тут бабулька. Пока обулась, выскочила, эти «любители чистых лавочек» ушагали. ️Решили с мужем провести эксперимент. Он у меня тоже амбалистого типа, а я 50 кг.Он уселся на лавочку, рядом нашу собачуху посадил, я на следующей лавочке втыкаю в телефон, рядом на лавочке воськается ногами наше дитё, дело после дождичка, на подошвах комья грязи. Ждём борцов за чистоту лавочек. Место людное, бульвар... ️С час сидели, хоть бы кто остановился. Там собака, но рядом амбал, тут я, но рядом дитачка, дитачкам можно, видать, лавочки пачкать. Поменялись. Я с собакой, он к сыну пересел. С@ка! 5 минут не прошло, и возле меня остановился какой-то хрен лысый, читать мне нотацию про «грязных псин тут поразвели». Громогласный хохот мужа слышал, наверное, весь район. Вот такая история. Детоцентризм и кинофобия. А уж доколупаться до слабого — это вообще, похоже, в наше время подвиг. P. S. Лавочки мы почистили за собой.

йка), Рахит пошатнулся и без чувств рухнул навзничь, воздев конечности. Обосравшаяся «шутница» кинулась приводить несчастное фраппированное животное в чувство мольбами и поцелуями, но без толку. Тогда схватила палку отборного сервелата и тычет ему в нос. Рахит очнулся, намертво закогтил, обнял колбасу всем телом и истошно завыл, – истерика, посттравматический синдром... Рыдающая хозяйка кинулась к шкафу, трясущимися руками давай вертать всё взад, причитая «Вот сосиски, вот мясо, вот сёмга, фарш, Рахит, не плачь, родненький!! Все на месте, Рахитик!! Ой, дура я, дура! Аа!..». Кот при виде продуктов одуплился, повеселел, с аппетитом покушал, но от пережитого потрясения один глаз его намертво застрял у переносицы. И хозяйка теперь страшно корит себя за это, и ищет им двоим хорошего офтальмолога, потому что и у неё один глаз стал весьма дергаться… Автор : Болдырев

Леденящую кровь историю поведали мне. Одна добрая дама подобрала кота. А было так, – только она собралась опустить пакет мусора в мусорку подле дома, как из бака медленно, что перископ, показались голубые глазищи в обрамлении облезлой шерсти цвета апрельского снега на обочинах наших дорог. Глаза взглянули жалобно и издали слабое «Мя… Мя…». – У. – подсказала женщина и неожиданно для себя, холеной ручкой, за шкирку выудила из бака нечто. Нечто не протестовало, а безвольно повисло и покачивалось на холодном ветру. Беглый осмотр на весу показывал, что кот, несомненно, разменял девятую и последнюю жизнь, да и та вот-вот покинет его жалкое тело. Мелькнула мысль опустить безнадежного кота обратно, но в глазах животного было «Нет! Нет!! Лучше пристрелите, тётенька, а в тюрьму я больше не вернусь!». Так у женщины впервые завелось животное системы кот. С кличкой она определилась сразу, – Рахит, ибо кривые «проволочные» конечности и хвост, да худоба в придачу. С окрасом определилась постепенно, от помывки к помывке: от «Кремовый, вроде…», до – «Вроде, белый…». Поначалу, когда в дом являлись гости, дабы не пугать их видами кота а-ля «кладбище домашних животных», Рахита с вкусняшками запирали в кладовке, и он не протестовал – нажрется и спит, горемыка. Но весьма скоро, комплекс витаминов мяса, рыбы, сметаны, колбасы и уютных шерстяных ковров и горячих радиаторов отопления, сделал свое дело. Спустя три месяца, кличка Рахит подходила коту, как трико и тяпка завзятого советского огородника профессиональному игроку в гольф или конное поло. Рахит преобразился в белоснежного, откормленного и весьма сообразительного котяру завидной пушистости и украсил и завершил собой изысканный интерьер богатой квартиры, а хозяйка содрогалась от мысли, что кто-то прежде неё мог забрать с помойки подобного роскошного красавца. Совсем тётка потеряла голову от любви! Кто другой? Если только старуха с косой… Две вещи – еда, и откуда она берется, всецело занимали мозг Рахита, ещё вчера едва не отбросившего когти в баке «Для смешанных отходов». А сейчас кот без памяти влюбился в большой японский холодильник. Да-да! Даже нажравшись от пуза, он подолгу сидел пред распашным агрегатом, ожидая, когда хозяйка его откроет. Это было любимое «кино» Рахита. Бестселлер. Услада измученного сердца странника, обретшего покой. Из-за распахнутой дверки, вместе с прохладой, видом и ароматами: колбасы, рыбы, сметаны, котлет, курицы, и т.п., на Рахита снисходила кошачья благодать и, округлившиеся глаза разбегались в стороны от картины свалившегося на вчерашнего беспризорника и пристанища блох и паразитов счастья. Иногда вид многочисленных припасов приводил кота в столь неописуемый восторг, что он бесновался как котёнок. Однажды Рахит до кровищи атаковал ногу гостя, позволившего себе отворить дверь «храма». А обоссанный ботинок наглеца, намекал не повторять смертельных ошибок, чтобы в другой раз не лишиться того, на что ботинок обувается… Ученые утверждают, – кошки видят сны чаще человека. Не врут, ибо сдается, что Рахиту через день являлись кошмары из голодного занюханного прошлого, – он просыпался как от удара и котопультировался к холодильнику и мяукал, требуя открыть прелесть. Убедившись, что еда неизменно громоздится на полках, удовлетворенный ревизией, хвостатый «ОБХСС» **** восвояси с видом «Всё будет самолёт, сосиски форева!».. Хохотушка и выдумщица хозяйка решила разыграть непосредственное милое животное. Пока Рахит спал, все-все продукты из холодильника перекочевали в шкаф... Голодный Рахит сидел перед холодильником и мяукал. Веселая женщина взялась за ручку, Рахит нетерпеливо посеменил лапками и неуловимо улыбнулся встрече с прекрасным. Что произошло потом, женщина вспоминает с содроганием... Резко открывшийся вид абсолютно голых полок рывком поднял кота стоймя и напрочь отвалил ему челюсть. Вылезшие из орбит глаза сошлись у переносья и норовили развернуться внутрь черепа, чтобы не видеть страшной картины. Взвыв что-то похожее на «****!» (как утверждает вполне адекватная хозя

Прихожу с работы домой. Меня встречает очень грустная жена. Спрашиваю: – Что случилось? – Просто очень плохой день. Не спрашивай! Проходи на кухню. – Да что произошло-то? – сказал я, прошел на кухню, сел за стол. – Не хочу от этом! Ты можешь что-нибудь рассказать, пока я салат делаю? Понимаю, что нужно сбить накал и рассказываю, то что первое приходит в голову: – Сегодня в домовом чате жаловались… Жена неожиданно бросает нож, перестает резать помидоры, и почти орет на меня: – Ты реально рассказываешь какую-то никчемную новость… Скажи честно – ТЕБЕ СОВСЕМ ПОФИГ НА МЕНЯ? Понимаю, что попал в ловушку. Спрашиваю: – ДА ЧТО ПРОИЗОШЛО? – Ну, слушай… Утром мне нужно было съездить на машине за цветами. Потом нужно было записывать лекцию. Я накрасилась. Сделала прическу. Надела шубу… И решила выкинуть мусор. Иду к бакам. В голове повторяю лекцию. В одной руке пакет с мусором, в другой ключи от машины с синим брелком от сигналки. Подхожу к большому пластмассовому зеленому баку. Выкидываю! Потом подхожу к машине… Ключей от машины нет! Везде ищу. По всем карманам. Нет! – Неужели… – Да! Я выкинула их вместе с пакетом. Подхожу к баку. Хорошо, что там мусора немного. Беру телефон. Включаю на нем фонарик. Вижу, что на дне мои ключи! Но как достать?! – Ты залезла в бак?! – Мой рост метр пятьдесят пять. Бак – метр двадцать. Я его наклонила на себя. Положила. И залезла в него. Светила фонариком. И искала эти долбанные ключи. Не смешно! В шубе, на каблуках и с прической! Хорошо, что рядом никого не было! – Представляю. – Короче, достала ключи. Поставила этот конченный бак на место. Сажусь в машину. Меня аж трясет! Хочу музыку с телефона поставить… Телефона нет! Угадай, где он? Правильно – в баке! – ??? – Подхожу. Действительно – на дне светится! Проделываю уже знакомый алгоритм. Как назло идет Ликина бывшая учительница из нашего дома. Я внутри бака. Делаю такой вид, что я со знанием дела … что-то делаю. – В баке? – В баке! Достала телефон и уехала. Конец истории. Что там в домовом чате писали? – Что на нашей мусорке постоянно кто-то лазит и мусор раскидывает! У других домов все аккуратно, а у нас бардак… - я засмеялся. – Даже не думай ничего туда писать! – сказала жена и поставила готовый салат на стол. – А есть селфи в баке? - спросил я. (с) Александр Бессонов

зато всего хватало. Лариса и подумать не могла, что ей так сильно повезёт со свекровью, и она будет занимать её сторону. Женщина тесно общалась с Антоном. Им было интересно прогуливаться вечерами и на выходных с маленьким Олежкой в парке. У них оказалось немало общих тем. Казалось, что Лариса вернулась во времена, когда их отношения с Макаром только зарождались. Она боялась, что события повторятся, поэтому общаясь с Антоном не рассчитывала, что их отношения перейдут границу дружеских. Однако незаметно для обоих это всё-таки произошло. Антон пригласил Ларису на свидание, а Надежда Викторовна заявила, что нечего ей сидеть в четырёх стенах и растрачивать молодость. Антон не стал ходить вокруг да около. Понимая, что непросто будет Ларисе окунуться в новые отношения, он не давил, но при этом сразу высказал серьёзность своих намерений и дал обещание заботиться о женщине и её сыне. Только когда Олежке исполнился год, Лариса поняла, что она готова попробовать и согласилась съехаться с Антоном. Наблюдая за тем, как он возится с её сыном, женщина понимала, что лучшего отца просто не придумаешь. Вряд ли Макар смог стать таким же. Антон от знакомых узнал, что Макар ушёл на кривую дорожку, связался с запрещёнными препаратами и уже даже оказывался в полицейском участке. Лариса не могла не переживать за отца своего сына, ведь тёплые чувства, которые испытывала когда-то к мужу, всё ещё напоминали о себе. Невозможно просто взять и вычеркнуть человека из своей жизни и сделать вид, что у вас с ним не было совершенно ничего общего. Лариса переживала за бывшего мужа, как и за любого другого человека, пусть даже постороннего. Ей было жаль, что люди портят свою жизнь, обесценивают её и растрачивают на смутные радости, но и свой мозг другому не поставишь, не научишь думать правильно. Антон и Лариса поженились. Олежка стал называть Антона папой, это было его первое слово. Мужчина был безмерно счастлив. Особенно радовался, когда узнал, что их семья станет ещё больше, ведь Лариса снова забеременела. Антон со своей супруги пылинки сдувал и показал, каким может быть настоящий любящий муж. Что по поводу Макара… он так и не объявился. Уж слишком сильно понравилась ему новая жизнь. Надежда Викторовна пыталась говорить с сыном, но он и слушать её не стал. Устроил в своей квартире притон и считал, что он живёт правильно и верно, а остальные просто не понимают его. Спустя два с половиной года он погиб, а квартиру… за неё пыталась побороться сожительница Макара, которой так и не удалось стать его женой, но наследство досталось матери и сыну мужчины. Надежда Викторовна отказалась от своей доли в пользу внука, но с расчетом на то, что Лариса обязательно продаст квартиру, хранящую в себе так много негативного, и купит сыну новое жильё. Понравился рассказ? Не забудьте подписаться на наш канал, чтобы первыми читать интересные истории.

те, а потом я придумаю что-то, - поспешила успокоить свекровь Лариса. - А может, ко мне? Я одна живу. Буду рада помогать тебе. Ведь Олежек мой внук. Обещаю, что буду защищать вас от Макара, и он не посмеет приблизиться, как-то обидеть. Свекрови Лариса доверяла. Она не думала, конечно, что та сразу же займёт её сторону, но теперь появилась мысль – почему сразу не подумала поехать к бабушке своего сына. В конце концов, стеснять тётю совсем не хотелось. У неё ведь и муж… и дети. Места не так много, а маленький ребёнок в доме – это дополнительный шум. Согласившись, Лариса позвонила тёте и сообщила о своём решении. - Уверена, что она не попытается как-то навредить тебе и отнять ребёнка? – поинтересовалась тётя. - В таком нельзя быть уверенным. Мне казалось, что муж неспособен предать, но вы знаете, как он поступил. Я буду осторожна. Обещаю. Спасибо большое за поддержку. Лариса готовилась к выписке, когда ей на телефон пришло сообщение от мужа. Судя по опечаткам, писал он его совсем не в трезвом состоянии. Макар: «Ну чё? Ты когда домой собираешься вернуться? Жратвы нет… Вещи нестиранные». Ларисе стало неприятно, она сморщилась от отвращения и покачнула головой. Как давно Макар изменился? Присев на кровать, глядя на спящего беззаботно малыша, Лариса задумалась. Ведь наверняка первые тревожные звоночки появились давно, но она не замечала их, пока всё резко не перевернулось с ног на голову. Теперь уже и неважно, когда всё началось – момент упущен. Простить мужу такое отношение к себе, Лариса не могла. Как и женщину, которую он завёл на стороне и таскал по вечеринкам, пока Лариса мучилась, занимаясь домом и не позволяя себе отдохнуть лишний раз. Надежда Викторовна встретила сноху и отвезла их с сыном в свою квартиру, где уже приготовила для них уютный уголок, оформила воздушными шарами. Видно было, что женщина старалась. Она рассказала, что поговорила с сыном. Макар заявил, что ребёнок ему не нужен, он не горел желанием стать отцом, да и вообще не нагулялся ещё и готов дать Ларисе развод при условии, что она не будет требовать от него алименты. - Однако настоятельно рекомендую тебе не вестись на эту уловку, Ларочка. Пусть выплачивает всё до копеечки! Ишь какой наглец! Будет он на любовницу деньги тратить, а ты концы с коцами едва сводить. В общем, я помогу тебе. Надо бы найти хорошего адвоката. Лариса задумалась, ведь Антон как раз работал в юридической компании и был хорошим адвокатом. Если сам не занимался бракоразводными процессами, то наверняка мог посоветовать кого-то? Женщина позвонила другу своего мужа – скоро бывшего. - Антон, понимаю, ты можешь отказать мне, потому что вы с Макаром дружите, но мне больше не к кому обратиться за помощью. - Не дружим больше. Уж не знаю, что с ним стало в последнее время, но Макар наговорил немало лишнего в последний раз. Я начистил ему морду и на этом… в общем, дружба наша закончилась. Я не собираюсь общаться с человеком, растратившим все свои моральные устои. Макар терял всех, кому был дорог… друзья… родные… Даже мать не желала общаться с ним после того, как столкнулась с холодным безразличием. Она заняла сторону снохи и помогать планировала только Ларисе с ребёнком. Малышом Макар действительно не интересовался. Лариса вспоминала, как он радовался, когда она сообщила новость о своей беременности. Новая компания изменила его взгляды на жизнь? Антон сказал, что Макар больше ушёл в новую компанию, с которой его познакомила любовница… а там свои интересы и предпочтения. Муж Ларисы всегда был мягким человеком и легко поддавался внушению. Жаль было, что кто-то посторонний повлиял на него сильнее родных людей. Антон занялся бракоразводным процессом. Всё это заняло немало времени. Так как Макар платить алименты на ребёнка не хотел, пытался даже отказаться от отцовства, процесс затянулся до трёх месяцев, однако решение в итоге было принято в пользу Ларисы и ребёнка. Надежда Викторовна активно помогала Ларисе с маленьким Олежкой, и та через пару месяцев смогла выйти на работу. Пусть в роскоши не жили, но

Поддерживая женщину за локоть, Антон помог ей дойти до дивана и присесть. Боль уже становилась невыносимой. Понимая, что Макар не в состоянии садиться за руль, да и в целом не планирует что-то делать, Антон позвонил в скорую, но так как ждать машину пришлось бы долго, он поспешил помочь Ларисе спуститься. Женщина бессвязно бормотала слова благодарности, отвлекаясь от болей. Как добралась до роддома, как родила, женщина толком и не помнила. Она лежала в палате, смотрела на своего сына, а по щекам катились слёзы. Радости ли? Конечно, радовало, что ребёнок родился живой и здоровый, но у медали существовала и вторая сторона – ей некуда пойти с малышом. Потому что возвращаться к мужу теперь уже не хотелось. Лариса пропускала через себя снова и снова прошедший день и понимала, что мужу глубоко наплевать на неё. Он насмехался над ней. Если бы не Антон, кто знает, как бы всё закончилось?.. Возможно, она бы родила сына дома, а здоровый бы он родился или нет – большой вопрос. Ларисе писал Антон и спрашивал, в порядке ли она. Его забота, несомненно, была приятной, но она снова и снова напоминала о том, насколько мужу нет дела до собственной жены. Макару наплевать – родила ли она, и в порядке ли малыш. И сообщать ему о том, что родила, женщина не стала. Она отправила сообщение Антону, свекрови и своей тёте. Мужа не волновало, что с ней происходит, а значит, и сообщать о сыне ему не стоило. На следующий день телефон Ларисы разрывался от звонков. Её поздравляли знакомые, тётя и свекровь спрашивали, что ей привезти. Даже Антон предложил заехать в магазин и привезти всё, что она скажет. - Ларис, понимаю, что не вот так нужно вести подобные разговоры, но молчать мне тяжело. Становиться соучастником сложно. Вижу, что отношения у вас с Макаром не очень. Я думал, что он хотя бы пылинки с тебя сдувает после того как творит такое… В общем, он тебе изменяет. У него давно есть молодая девчонка, с которой он приходит на все тусовки. Понимаю, что сейчас не время преподносить такие новости, но я вчера насмотрелся, как он ведёт себя с тобой… Если нужна какая-то помощь, ты только скажи. Не дело тебе терпеть такое отношение к себе, Ларис. Беги от него, ведь дальше всё может стать только хуже. Лариса поблагодарила Антона за то, что рассказал ей правду. Теперь у неё не оставалось сомнений, что она приняла правильное решение и должна уйти от мужа. А что будет делать дальше? Только время покажет. Единственное, что следовало решить в ближайшие несколько дней – проблему с жильём, ведь выписываться из роддома и ехать к мужу теперь уже не хотелось. Лариса понятия не имела, как он поведёт себя дальше. Она поделилась своими переживаниями с тётей и та заверила, что племянница может рассчитывать на неё. - Поживёшь у нас какое-то время. Комната свободная у нас есть. Пока у меня отпуск, помогу с ребёнком, а там видно будет. Прорвёмся и не пропадём, Ларочка. Хорошо, что ты мне всё рассказала. Ларисе даже дышать легче стало. Она начала наслаждаться своим маленьким сыночком, впервые посмотрела на него, как на родной, такой долгожданный комочек счастья. И пусть их отношения с Макаром разрушились, но сын в этом не виновен. Малыша Лара любила всем сердцем. Муж не звонил, зато свекровь стала беспокоиться, как пройдёт выписка. Лариса откровенно призналась женщине, что возвращаться к мужу она не собирается. - Я знаю о том, что Макар завёл себе женщину на стороне. Он сильно изменился в последнее время. Пока была беременна, у меня сил не хватало, чтобы сказать что-то против, но теперь я не собираюсь терпеть такое отношение к себе. Ваш сын сильно изменился, Надежда Викторовна. Он даже до сих пор не позвонил мне ни разу… О каких тут отношениях может идти речь? - Ларочка, неужели всё так? Не думала, что мой сын способен пойти на такую подлость. Мне всегда ваши отношения казались идеальными. Нужно было раньше обратиться ко мне. Я бы поговорила с ним и постаралась втолковать… понимаю, что теперь уже поздно. Куда вы пойдёте с Олежкой? Ведь к родителям ты точно не поедешь… - Сначала к тё