Публикации канала «Корзинка»

ласилась на предложение Дины, и целый месяц, пока Настя не получила стипендию, Дина кормила её. И они очень даже неплохо питались. Соседка по комнате, как и её мама, умела из самых простых продуктов сотворить кулинарный шедевр… *** - Это всё очень интересно, конечно, - сказал Андрей, выслушав жену. – Вот только я не понял, какое это отношение имеет к тому, что ты каждый день мотаешься к Катьке в больницу… - Так я ещё до конца и не рассказала. Ты дослушай. С Диной мы за тот месяц очень сдружились, а потом она была вынуждена бросить учёбу и уехать в деревню. Неожиданно умерла её мама, и некому было ухаживать за старенькой бабушкой… Так мы с Диной и потеряли друг друга. Мобильных телефонов у нас тогда не было, в то время они были доступны только очень обеспеченным людям. Дина, правда, записала мне свой адрес на бумажке, когда уезжала, но я не сохранила. Юлька решила навести порядок в комнате перед приездом своей матери и выбросила эту бумажку с адресом. С тех пор я о Дине ничего не слышала. Да и не вспоминала, честно говоря. После техникума заочно в институт поступила, работу нашла, тебя встретила… Работа, семья, дети… Жизнь закрутила… А когда Катя попала в больницу, я поехала её навестить и там встретила свою Динку! Представляешь! Я её, если честно, не узнала, она очень сильно изменилась, но зато она меня вспомнила и назвала по имени. - Кажется, теперь я начинаю понимать… Ты ездишь в больницу не только к Кате, но и к свой студенческой подруге? - К ней и езжу каждый день. Катю-то есть кому навещать, а вот Дину некому. Жизнь у неё не сложилась, Андрей. Была замужем, но ушла от мужа, потому что он напивался и избивал её. А единственный сын погиб несколько лет назад. У Дины совсем никого не осталось. Сейчас она после операции, никто к ней не приходит, вот я и забучь о ней… Как когда-то она в трудный момент позаботилась обо мне. А я ничего не забыла, Андрей. Не забыла то добро, которое она мне сделала. И ведь совершенно бескорыстно. Я ей потом денег предлагала, когда родители мне перевод прислали, но она ни в какую не взяла. Даже обиделась, что я заплатить ей хочу за продукты. - Могла бы и сразу мне рассказать обо всём, что тут секретного. - Могла, просто не подумала, что ты так удивишься тому, что я езжу к Кате в больницу и начнёшь задавать вопросы… Но я не могла поступить иначе, Андрей. И даже рада, что у меня появилась возможность ответить Дине добром… Она ведь так и живёт в той деревне, одна совсем. Работает уборщицей, потому что техникум так и не окончила, профессию не получила. А когда здоровье стало подводить, её отправили в город на обследование и в итоге положили на операцию. Вот такая история, Андрей. Надеюсь, что ты понимаешь меня. - Конечно, Настя, - сказал муж. – Всё правильно. Когда-то Дина помогла тебе, а теперь наступила твоя очередь ей помочь. Знаешь, я всегда верил, что добро возвращается, если делать его от чистого сердца, без умысла… *** Анастасия с мужем решили помочь Дине, когда она окончательно оправилась после операции. Знакомый Андрея давно хотел купить дом с участком в живописном месте, где можно было бы проводить отпуск и выходные, рыбачить, наслаждаясь природой и чистым воздухом. А Дина была не против продать свой дом и перебраться в город. На вырученные деньги ей удалось купить маленькую квартирку. Запущенную, правда, но Настя и Андрей помогли с ремонтом, всё сделали своими силами, и у Дины появилось вполне приличное жильё. Анастасия помогла подруге с работой, а через полгода женщина познакомилась с мужчиной, вдовцом, который сделал ей предложение. И тeперь Динa не одинока. Дети и внуки Анатолия Ефимовича пpиняли его избранницу, потому что у Дины очень доброе сердце, которое не ожесточили невзгоды и потери… И посеянное ей когда-то зёрнышко добра, спустя долгие годы проросло и принесло прекрасныe плoды

гко, как Насте. А сердобольные преподаватели, зная о тяжёлом материальном положении девушки, часто натягивали ей четвёрки вместо заслуженных троек, чтобы Дина могла и дальше получать стипендию, которая была ей жизненно необходима. Так что у Дины про деньги можно не спрашивать, и надо подумать, у кого ещё можно перехватить до стипендии… И это большая проблема, кроме Юльки Настя не знала у кого ещё водятся деньги. Не у преподавателей же спрашивать, в самом деле… - Давай сейчас поедим, - сказала Дина, прервав размышления Насти. – Я сварила борщ. Правда, он без мяса, вегетарианский, но вроде бы неплохой получился. Будешь? - Буду, - кивнула Настя, не в силах отказаться от тарелки горячего борща. Есть хотелось ужасно. Дина принесла из кухни кастрюлю борща и разлила его по тарелкам. Достала из тумбочки маленький пакетик майонеза, нарезала ржаной хлеб и пригласила Настю к столу. Никогда ещё Настя не ела такого вкусного борща. Дина, определённо знала какой-то секрет, умудрившись сварить такую вкуснятину без мясного бульона. До этого дня Настя и не представляла, что вегетарианский суп или борщ могут ей понравиться. Дома мама такие супы никогда не готовила, а для борща всегда брала говядину на косточке. Отец любил, чтобы бульон был наваристый. - Ну как? – робко спросила Дина. – Наверное, не слишком вкусно? - Очень! Очень вкусно! – искренне ответила Анастасия. – Ты, Дина, просто волшебница. Спасибо тебе большое! Я, правда, такого вкусного борща и не пробовала. - Наверное, ты просто очень голодная была, - смущаясь, улыбнулась Дина. - Нет, я хоть и на самом деле была голодная, но говорю тебе честно. Твой борщ достоин наивысшей похвалы. - Меня мама научила готовить. Мы никогда богато не жили, всегда приходилось экономить. А мама умеет из самых простых продуктов такую вкуснотищу сотворить! Не хуже, чем в дорогом ресторане. Наверное. Потому что в ресторане я никогда не была. Слышала только, как Юлька хвасталась, какие блюда пробовала она в ресторане… - Да, Юлька любит прихвастнуть, - согласилась Настя и рассказала Дине про свой сон, который так испугал её, что кричала она не только во сне, но и наяву. - Ты ведь не собираешься соглашаться на Юлькино предложение? – с тревогой в голосе спросила Дина. - Нет, конечно, это так мерзко… Но и что мне делать, тоже не представляю. Не знаешь, у кого можно денег перехватить до стипендии? Рублей пятьдесят-семьдесят, чтобы хоть на хлеб и макароны хватило… - Не знаю, Настя. Сейчас мало у кого из наших лишние деньги водятся, сама понимаешь. - Понимаю… - А тебе деньги только на продукты нужны? - Да, на автобус у меня проездной есть, успела купить. Хорошо, что он не в кошельке лежал, а в кармашке сумки. А то бы и его лишилась. Без шампуня я как-нибудь обойдусь, и мылом голову помою, им же и постираю. А вот без еды мне не выжить… - Если так, то это вообще не проблема. Питайся вместе со мной! - Как это? – очень удивилась Настя. – Нет, я не могу тебя объедать. Одно дело один раз борща твоего поесть, и совсем другое целый месяц сидеть на твоей шее. Нет, Дина, спасибо, но мне неудобно… - Слушай, Насть, что тут неудобного? Денег одолжить я тебе не могу, у меня просто их нет, а вот накормить тебя вполне могу. Продукты у меня есть, я со стипендии закупилась. А через десять дней у меня зарплата, ещё куплю. Проживём! - Дин, я даже не знаю… - Настя была в замешательстве и не знала, соглашаться на предложение соседки по комнате или нет. Подругами они с Диной не были, и до сегодняшнего дня никогда по душам не разговаривали… И вот теперь Дина предлагает Насте целый месяц питаться её продуктами. Это, конечно, выход для Насти, но имеет ли она право соглашаться, зная, что Дина сама еле-еле сводит концы с концами… - А что тут знать? – уверенно сказала Дина. – Мне для тебя тарелки супа или каши точно не жалко. Или ты думаешь, что я смогу спокойно есть, зная, что ты голодаешь? И шампунь мой бери, я большую бутылку купила сегодня. И порошок стиральный тоже. - Дина, спасибо тебе, - сказала Настя, еле сдерживая слёзы… Конечно, она сог

трудностей, но Насте мысль об этом была глубоко противна… - Ну так что, познакомить? – снова предложила Юля. - Нет,- покачала головой Настя и немного подумав, спросила. – Юль, а ты не можешь одолжить мне немного денег? До стипендии. У меня совсем ничего нет. - Извини, но одолжить не могу. Всё на шмотки и косметику потратила, осталось немного на еду. Но моё предложение о знакомстве в силе, если что. Так что подумай. Хотя я на твоём месте бы и не раздумывала. Знаешь, когда жрать нечего, о своих моральных принципах как-то меньше всего хочется вспоминать. Настя ничего не ответила Юле, она отвернулась к стене и снова тихонько заплакала. А вскоре незаметно для самой себя уснула. Анастасия села в машину, где её уже ждал немолодой и малосимпатичный мужчина в наколках. - Привет, куколка! – сказал он, обнажив в улыбке золотые зубы. – А ты клёвая! Я люблю таких свеженьких, чистеньких… - Здравствуйте, - испуганно ответила девушка, вжимаясь в автомобильное сиденье... - Не бойся меня, я не кусаюсь, - противно засмеялся золотозубый, пoглaживая Настину кoлeнку. – Если будешь умницей, и мы подружимся, всё у тебя будет в шоколаде! Настя почувствовала сильный страх и отвращение. Ей хотелось сбросить с себя эту мерзкую волосатую лапищу с большой сверкающей печаткой на пальце, немедленно выскочить из машины и бежать без оглядки как можно дальше… Но открыть дверцу ей не удалось, и девушка поняла, что она в ловушке… - Ну чего ты ломаешься? – со злобой в голосе спросила Юля, неизвестно откуда вдруг возникшая на заднем сиденье автомобиля. – Тебе жрать нечего, а ты из себя недотрогу корчишь? Забудь про свои моральные принципы! - Нет,- закричала Настя… - Я не хочу, выпустите меня… …Проснулась Анастасия от того, что кто-то легонько тряс её за плечо. - Что случилось? – спросила девушка, вскочив с кровати. - Ты чего так кричишь? Приснилось что-то? – спросила Дина, ещё одна соседка Насти по комнате. - Да, кошмар приснился, - ответила Анастасия, моментально вспомнив и про украденный кошелёк, и про не самый приятный разговор с Юлькой… И от этих воспоминаний она снова не смогла сдержать слёзы… - Ты чего? – воскликнула Дина. – Из-за плохого сна что ли так расстроилась? Да брось ты, мало ли что приснится, не бери в голову… - Да если бы только из-за сна, - всхлипывая ответила Настя… - А из-за чего? Случилось что-то? И Настя рассказала Дине о том, что у неё порезали сумку и вытащили кошелёк, в котором были все её деньги. - Так что я осталась без копейки и что мне делать, не знаю… Девушка была уверена, что Дина сейчас скажет примерно то же, что и Юлька. Настя сама виновата в случившемся, нельзя быть такой растяпой… Но Дина, внимательно выслушав соседку по комнате, неожиданно спросила: - Ты голодная? - Да, - ответила Анастасия, вспомнив, что она сегодня только обедала, поужинать ещё не успела. Девушка, действительно, очень хотела есть и быстро начала прикидывать, что приготовить из того скудного запаса продуктов, который у неё остался. Макарон и гречки, пожалуй, хватит дня на три. Лук можно пожарить на маргарине… А что потом? Об этом и подумать было страшно. Попробовать занять денег у Дины? Нет, это не вариант. Это у Юльки деньжата водятся, благодаря её низким моральным принципам, а Дина еле концы с концами сводит. Это Настя хорошо знала. Дина была из очень небогатой семьи. Отца у неё не было, только мама и старенькая, постоянно болеющая бабушка. Жили они в какой-то деревне, расположенной от города ещё дальше, чем посёлок, из которого приехала Настя. Мама Дины почти совсем не могла помогать дочери материально, только изредка, к празднику, присылала немного денег. Да бывало, что передавала с кем-то из знакомых, ехавших в город, сумку с продуктами. С соленьями, овощами со своего огорода. Но это случалось далеко не каждый месяц. А так Дина жила на стипендию и свою зарплату уборщицы. Она мыла полы в этом же общежитии, где они и жили. Платили копейки, но без них выживать было бы гораздо сложнее. Стипендию она получала обычную, не повышенную, учёба давалась Дине не так ле

Чтo-тo ты зачacтила в больницy к ceстрe, каждый день несёшься туда с полными сумками, - недовольно cказал Андрей своей жене Анастасии, когда она в очередной раз вернулась из больницы, и они сели ужинать. - А почему это тебя так раздражает? - удивилась Настя. - Да не то, чтобы раздражает. Я всё понимаю, она твоя родная сестра. Но всё-таки Катька не в тяжёлом состоянии, да и есть кому её навещать, кроме тебя. Муж, дочь, сын с невесткой… Ты-то чего таскаешься туда каждый день? Или там работает симпатичный доктор и ты ради него каждый день навещаешь сестру? - Что за ерунду ты городишь, Андрей! – одёрнула мужа Анастасия. - Нет, Настя, правда, объясни. Какая необходимость каждый день после работы мотаться в больницу к сестре? - Хорошо, я расскажу, а то ведь ты не отстанешь, - вздохнула Настя. Семнадцатилетняя Настя Весницкая, окончив школу, приехала в большой город, чтобы поступить в институт или в техникум, как получится. Родилась и выросла она в небольшом посёлке и возможности продолжить образование и получить профессию там не было. А Настя очень хотела получить диплом и стать юристом. Экзамены в вуз девушка провалила, но зато ей удалось поступить в юридический техникум, чему она была несказанно рада Поступив в техникум, Настя получила место в общежитии и начала привыкать к новой жизни. Девушка старалась отлично учиться, чтобы получать повышенную стипендию. Родители ежемесячно присылали ей денежный перевод, и Настя, в общем-то, не бедствовала. Не шиковала, конечно, но голодать и слишком ужиматься не приходилось. …Тот осенний день Анастасия до сих пор помнит в мельчайших деталях… Она ехала в автобусе, возвращалась из научной библиотеки, где готовилась к семинару по гражданскому праву. В библиотеке Настя задержалась до вечера и попала в час пик, люди возвращались с работы, общественный транспорт был переполнен. Девушке с трудом удалось втиснуться в набитый пассажирами автобус, но ждать следующего не хотелось. Да и не факт, что он придёт не таким переполненным… Выйдя из автобуса, где она чувствовала себя селёдкой в бочке, Настя вздохнула с облегчением и в этот момент с ужасом обнаружила, что её сумка порезана… Девушку прошиб холодный пот, когда она поняла, что у неё украли кошелёк… Но самым ужасным было то, что Настя именно сегодня получила стипендию, а вчера денежный перевод от родителей, и все эти деньги находились в кошельке. Сказать, что Настя была в шоке, это ничего не сказать. Обращаться в милицию не было никакого смысла. Что она там расскажет? Она не запомнила в лицо ни одного из тех людей, с кем ехала рядом в автобусе . Этот дешёвый китайский кошелёк, скорее всего, уже валяется в каком-нибудь мусорном баке или в канаве, а деньги из него воришка забрал себе… Все её деньги… И на что она теперь будет жить? Что будет есть? Из продуктов остались только пачка маргарина, две луковицы, чай, немного гречки и макарон. На месяц этих запасов, разумеется, не хватит. .Деньги не вернуть, а жить как-то надо. От мысли сходить на переговорный пункт и позвонить родителям Настя отказалась. Наверное, придётся устраиваться на работу, подумала Настя. Это можно, но вот только кто ей сразу заплатит? Сначала придётся отработать месяц или хотя бы две недели, чтобы получить аванс… Хотя аванс вроде бы не дают тем, кто только устроился… Что же делать-то? Какая-то безвыходная ситуация… - Хочешь, я тебя с папиком познакомлю? – неожиданно предложила Юлька. - С кем? – не сразу поняла Настя. - Ой, ты что от жизни отстала? С Богатеньким Буратино, который будет тебя обеспечивать взамен на… ну ты понимаешь, наверное. Или тоже нужно объяснять? - Не нужно, понимаю... - Хорошо, что понимаешь. Ну а что, внешность у тебя зачётная, так что желающих быть с тобой найдётся немало… И будешь ты в полном шоколаде. Предложение Юли Анастасии было совсем не по душе. От одной мысли о том, чтобы стать любoвницeй какого-то престарелого богатея, продавать себя за деньги, Насте стало не по себе… Она знала, что её соседка по комнате этим не гнушается и поэтому у неё нет материальных

3вoнит из шкoлы. — Мaм, я ужe вcё. Еду домой. Домoй ехать тридцать минут. Проходит полтора часа. Звоню. — Алё! На заднем фоне — шум, мат, крики. — Ты где? — Скоро буду, жди. И бросает трубку. Перезваниваю. Абонент недоступен. Мамы, сколько вам нужно времени, чтобы накрутить себя до такого состояния, когда ком в горле и из рук всё валится? Мне — ровно десять секунд. Может, чуть больше. Далее воображение начинает рисовать дикое — ввязался в драку. Напали. Ограбили. Случилось что-то ужасное. Что-то непоправимое. Одеться. Бежать. Куда? По маршруту автобуса. Облазить близлежащие подъезды. Позвонить классному руководителю. Нет, сначала в милицию. Нет, другу семьи, следователю с Петровки. Чтобы запеленговали телефон. Интересно, можно запеленговать телефон, если он отключен? Высматриваешь подступы к подъезду. Подъездов два, бегаешь из одной комнаты в другую. Параллельно набираешь снова. И снова. Абонент недоступен. Проходит ещё двадцать минут напряжённого ожидания. Натягиваешь джинсы. Кофту. Берёшь паспорт. Ключи. Мечешься по квартире в поисках телефона. Перерываешь всё вверх дном. Телефон как в воду канул. Срываешь с кровати покрывало. Что-то мешает тебе рыться в белье. Ах, это телефон. Ах, ты всё это время держала его в руке. Сдёргиваешь с вешалки пальто. Не плакать. Только не плакать. Господи, а я с утра наорала на него за то, что постель не заправил. Далась тебе эта постель! ДАЛАСЬ ТЕБЕ ЭТА ПОСТЕЛЬ, ДУРА! Никогда, никогда, никогда больше не стану его ругать. Сыночка, сыночка. Тренькает домофон. — Да? — Французский иностранный легион приветствует вас! — Ты где был??? — Мам, открой, тут люди ждут, — пасует французский иностранный легион. Стряхиваешь с себя пальто. Идёшь открывать тамбурную дверь. — Убью! — обещаешь себе с мрачной решимостью. Выходит из лифта. Двухметроворостая каланча. Тяжеленный рюкзак за спиной. Карман куртки подозрительно оттопырен. — Ты где был?- выдыхаешь Змеем Горынычем. — Мам, я решил на дополнительный по истории остаться. — А предупредить не мог? — Ну, всё очень спонтанно случилось. Вот и не успел. А когда спохватился — звонок уже прозвенел. — А смску скинуть? Чтобы я не волновалась? — Мам, ты же знаешь, что на уроках нельзя телефонами пользоваться! — Ты мне потом звонил, а там кто-то матом ругался! — А, это алкаши на остановке что-то не поделили, вот и орали друг на друга. Я хотел тебе сказать, но телефон разрядился. Стоишь, хватаешь ртом воздух. — Это тебе, — достаёт из кармана мороженое. И улыбается широко-широко. Улыбка у него моя. И моего отца. Года три назад с деньгами было совсем туго, уходил погулять с друзьями, брал с собой сто рублей. Возвращался с шоколадкой. Не знаю, как умудрялся сэкономить. Но всегда приходил с шоколадкой. Протягивал её мне на пороге. — Мамочка, это тебе. Это мне, да. Мне, моё, обо мне. Это — на всю жизнь. На всю мою благословенную, озарённую счастьем материнства жизнь. Научиться бы ещё не накручивать себя так... Автор: Hapинэ Aбгaрян

Не пара. Отшумела свадьба. Разошлись соседи и знакомые. Бриллиантовые молодые, уложив наконец всех детей, внуков и правнуков в большой комнате, отправились к себе в маленькую спаленку. Архип уж засыпал, как вдруг Ульяна ему: - Вот живем мы, Архипушка, вместе уже 60 лет, и все эти годы я думаю, что я и ты – не пара. - Почему это не пара? – встрепенулся Архип. - Я думаю, что не со мной тебе надо было жить. - А с кем же? – У Архипа весь сон как рукой сняло. - Я думаю, лучше тебе надо было с Тасей сойтись. - А чем же лучше? - Ты любишь выпить, она тоже. На пару бы и пили. Старик только крякнул: - Да уж, с тобой лишку не выпьешь. Сама – то рюмочку на весь праздник растягиваешь… - пробурчал себе под нос. Ульяна будто и не слышала его: - Или вот Валю взять хотя бы, тебе вот такую жену надо, она своего мужика пьяного со скалкой всегда встречает. Архип съежился и подумал: «А ты ведь меня пьяного всегда разденешь и спать уложишь». Ульяна продолжала: - У тебя через каждое слово – матерное, и Тоня постоянно матерится. Жил бы ты с ней, на пару бы матерились. Архип приуныл: «И к чему это она сегодня? Хотя бы ругалась… За всю жизнь ни одного плохого слова от нее не слышал». - Архипушка, спишь? - Нет. Ну и кто еще по - твоему мне пара? - Кто еще? Зина могла бы твоей парой быть. - А Зинка – то почему? - Картошку она никогда не садит. И ты - не любитель. Вот на пару бы и голодали. Впервые Архипу в голову пришло: «Чем же Зинка, правда, питается? Моя - то одна вон сколько картошки выращивает». - Анфиса тоже могла бы тебе парой быть. Она своего мужа не иначе как «Ванька - дурак» не называет. «Да, - подумал Архип, - моя - то меня с молодости только Архипушкой зовет. А я вот ласково никогда ее не называл. И что она сегодня разговорилась? Неужто на старости лет уйти от меня собралась ?» И вдруг его осенило: - А что же ты тогда шестьдесят лет со мной живешь? - Да жалею я тебя, такого непутевого, потому и живу. Архип успокоился: «Если уж столько лет меня жалела, значит и дальше жалеть будет, теперь из - за того хотя бы, что стар я». Обнял он свою бриллиантовую половину и успокоено захрапел. автор Лонская Татьяна.

ма она приказывала своим ни за что кота на улицу не выпускать, но тот устраивал такие концерты, что родным тёти Жени волей-неволей приходилось кота выпускать. Из-за этого тётя Женя и прозвала кота Мухляш. Мол, мухлюет и носом не ведёт! Алла Матвеевна, в итоге, махнула на кота рукой. Тем более, что к детям он не лез, можно сказать даже сторонился их, прячась на крыше сторожки. Вот именно этот самый Мухляш и стал, неожиданно для всех, Глебу настоящим другом. Самое интересное, что мальчик, после того как подружился с котом, стал более открытым и дружелюбным. Глядя на это, Алла Матвеевна вздохнула, посадила кота в переноску и отвезла в ветклинику, для того чтобы убедиться, что кот здоров. Только после этого она могла быть спокойной. Впрочем, Глеб, к счастью, отсутствие кота не заметил, а вот кот затаил на Аллу Матвеевну горькую обиду и теперь ни за какие коврижки не подпускал её к себе. В скором времени одна из семей, претендующих на право стать родителями, заинтересовалась Глебом, но при знакомстве мальчик им чем-то не угодил и они уехали, пообещав всё обсудить и решить в кругу семьи, а уже после этого вернуться за ребёнком, но Алла Матвеевна знала, что этого не случится. Так оно и вышло. Глеб остался там где и был. В общем для ребёнка ничего не изменилось, кроме того, что с Мухляшом они теперь были не разлей вода и тот даже приносил маленькому хозяину презенты, например, в виде дохлой мыши. За эту доброту кот пару раз получил от тёти Жени веником и теперь на одного врага у кота прибавилось. А вскоре за ребёнком снова приехали. Вернее приехали познакомиться с ним. Эта была пара у которой уже была своя дочка, но они очень хотели взять в семью малыша из дома малютки. Не потому-что ни могли иметь своих детей, а просто потому-что хотели сделать хотя-бы одного ребёнка-сироту немного счастливее. Алле Матвеевне они очень понравились. Было видно, что люди действительно очень добрые и отзывчивые. Глеб им понравился сразу, а когда они узнали, что ребёнка предали дважды, то уже без всяких сомнений, решили что мальчика обязательно заберут. Как ни странно, но Глеб тоже сразу потянулся к Татьяне и Сергею, так звали его будущих родителей. Вскоре за Глебом приехали. Татьяна, Сергей и его родители. Какого же было удивление отца Сергея, когда он узнал, что мальчик, которого хотят усыновить его сын и невестка, является ни кем иным как тем самым Арбузиком, которого он когда-то нашёл на крыльце дома малютки. Держа мальчика на коленях дядя Жора со смехом сказал: - Вот ведь как бывает! Ты глянь-ка, малец! Оказывается мы с тобой давно знакомы. Я даже имя тебе дал! Вот и правду говорят! Пути Господни неисповедимы! Так что, Глебушка, ты мой самый, что не на есть настоящий внук! Правда немножко потерянный, но ты не переживай, малец! Уж это время дед тебе компенсирует! Глеб не понимал о чём толкует этот большой, добрый человек, но улыбался и кивал в знак согласия. Все остальные были просто ошарашены стечением обстоятельств, но, надо сказать, что при этом все были очень счастливы. Однако как только взрослые, попрощавшись с медперсоналом, двинулись к машине, Глеб неожиданно остановился и заплакал. Таня бросилась утешать ребёнка, не понимая, что так расстроило малыша, но тот никак не успокаивался. Однако, наблюдавшая за отъездом воспитанника, Алла Матвеевна разъяснила ситуацию. Виной слёз ребёнка был Мухляш. Тот с понурым видал сидел немного поодаль и наблюдал за маленьким хозяином. В общем, в этот день, семья Татьяны и Сергея увеличилась на двух членов семьи. У них появился замечательный сын и не менее замечательный кот... Автор: ДианаДи

Мальчика подкинули к дверям роддома под утро, а первым нашёл ребёнка дворник дядя Жора. Тот вставал ни свет, ни заря и тут же принимался за доверенные ему территории. Надо сказать, что человек дядя Жора был ответственный и к своему делу относился основательно и со всей серьёзностью. Это осталось у него от бывшей профессии. Вообще-то, когда-то дядя Жора был бухгалтером, а когда вышел на пенсию дома сидеть не смог, вот и пошёл работать дворником. Делал он это не из-за денег, а просто потому-что не мог сидеть без дела... Увидев коробку на крыльце, дядя Жора почему-то сразу понял, что там ребёнок, хотя оттуда не доносилось ни звука. Конечно он заглянул в коробку и убедившись в том, что его догадка верна, тут же принялся стучать в дверь роддома. Единственное о чём молился дядя Жора, чтобы с ребёнком было всё хорошо, потому-что уж больно подозрительно тихо вёл себя малыш, но к радости не только дяди Жоры, но и медперсонала роддома, мальчик был жив и даже вполне здоров. Городок, в котором это произошло, был небольшим. Из разряда тех, где все друг друга знают, поэтому предположить кто мать ребёнка было несложно. Подозрения сразу же упали на Тоньку Лескову. Та рожала детей почти каждый год и с такой же периодичностью "дарила" их государству. Ни на каких учётах Тонька естественно не стояла и в больницу во время своих беременностей сроду не обращалась. Однако, после тщательного расследования, оказалось, что Тонька здесь, по крайней мере в этот раз, абсолютно ни при чём. В итоге мать малыша так и не нашли и после нужных обследований он отправился в дом малютки, который находился совсем недалеко от того города. Ещё в роддоме, как только малыша развернули, кто-то из медперсонала воскликнул. - Ну ты глянь какой арбузик! Как же можно было такого карапуза просто так... Раз и на крыльцо... На этот вопрос ни у кого ответа не было, но мальчика, пока он был в роддоме, так ласково и называли "Арбузик", уж очень малыш был справненький и ладный. Конечно, в последствии, имя малышу дали и очень даже хорошее имя! Мальчика назвали Глеб, а имя это посоветовал всё тот же дядя Жора, но вот почему-то прозвище "Арбузик" приклеилось к нему крепко и даже в доме малютки его называли именно так. Впрочем, там он был совсем недолго. Для него тут же нашлась приёмная семья в которую и уехал "Арбузик". Все были за ребёнка очень рады, особенно Алла Матвеевна, заведующая того самого дома малютки. Какого же было удивление всего персонала когда, почти через три года, Глеба вернули. Всё оказалось более чем банально. В той семье родился свой малыш и Глеб стал там никому не нужен. Когда ребёнка вернули он уже не был похож на того маленького "Арбузика", каким был, в то время, когда его забрали из дома малютки. Теперь это был в меру худенький, симпатичный мальчик. Смышлёный и развитый не по своим годам. Было видно, что ребёнком занимались, но вот как смогли так легко от него отказаться было непонятно никому. Глядя на Глеба у всех просто разрывалось сердце. Он часто плакал, звал маму, папу, бабушку. Ждал их, подолгу глядя в окно, но дождаться кого-то ребёнку так и не удалось. Наступило лето и теперь детки очень много времени проводили на улице. Глеб сейчас стал немного другим. Он больше никого не ждал, но и доверять взрослым больше не мог. С детьми он тоже никак не мог найти общий язык и чаще всего играл один, тихонько устроившись в какое-нибудь мало заметное место. А потом у Глеба появился друг. Кот по имени Мухляш. Этот самый кот появился на территории дома малютки примерно год назад. Так как кота там было держать строго запрещено, то Алла Матвеевна, естественно попыталась от кота избавиться, но не тут-то было! Она отдала его местной поварихе, но тот от неё сбежал и снова вернулся к дому малютки. В общем от кота пытались избавиться раз 5, но каждый раз он с диким упорством возвращался обратно. При этом кот был хитрым и изворотливым. Например, та самая повариха тётя Женя забирала его домой три раза, но когда утром она шла на работу тот тихонько шёл за ней. При этом уходя из до

ой. Митрич не отказался, коли так. То ли тушенка оказалась вкусная, то ли виски веселый, а может и просто день сегодня хороший выдался, но сидели они у костра, все подкидывая дровишки, и рассказывали друг другу обо всем, как попутчики в поезде, которые больше никогда не увидятся. На следующий год весной к Митричу по новенькому железному мосту приехали повзрослевшие внуки, и узнали, как их футболка спасла деду жизнь, а Срезнев, подписывая бумаги о передаче нового моста через Синюшку лесничеству, посмотрел в окно и украдкой ухмыльнулся себе под нос. Автор: корнел

ривая, зло вытянула свои вишневые губы. Красивая Светка из финансового отдела, новенькая, но уже подающая надежды, дождалась, когда секретарша прикурит, и спросила: - Босс в отпуске? - Да, в Сибирь свою улетел. Он каждое лето так расслабляется. Его забросят на вертолете в джунгли… - В джунгли? - Ну или что там у них? - Тайга. - Ну да. В общем, завезут на вертолете в самую непролазную чащу, где до людей три дня бегом, и он идет пешком неделю. - Да ладно?! Один? В лесу? Ну дает! Зачем? - Не знаю зачем, он так отдыхает. - А как он идет, один, без связи? - Почему без связи? Для него разрабатывают маршрут, у него навигатор и спутниковая связь есть. Он обязан каждый день сообщать о себе. И идет неделю так пешком. - Ну и развлечение… там же полно диких животных. Не боится он с ними встретиться? Костер взялся быстро и громко потрескивал. Хорошие ветки попались, легкие. Видно, когда-то здесь пожар был, много сухих веток осталось. Срезнёв зажег свой любимый минипримус, щелчком открыл банку с говядиной и гречкой, принюхался, с удовольствием вдохнув лучший в мире для голодного носа запах тушеной говядины, громко выгреб ложкой тушенку в термокружку на примусе, поставил греться воду, сел на надувную подушку и стал ждать. Еще два дня и домой. Он устал. Он всегда уставал к концу похода, но это была приятная усталость, как после хорошей тренировки, когда ты без сил, но доволен собой. Он засунул руку в рюкзак и нащупал там три крохотных бутылочки с виски, которые припас себе на последний вечер. - А почему бы и …? Срезнев вытащил бутылочки, вылил виски в кружку и сделал глоток. Тепло аккуратно потекло ручейком вниз, расслабляя уставшее тело. - Страшно ли на зверя натолкнуться? Вадим говорит, что с ним как раз не страшно встретиться. А знаешь с кем страшно? - С кем? - Выпучила глаза Марина. - С человеком! - Торжественно ответила Юлька. - Страшно, Марин, с человеком лицом к лицу встретиться! Что он может делать-то в лесу за сто километров от людей? Понимаешь? Что у него на уме? - Жуть. Митрич, плюнув на черствые, в черных рытвинах, ладони, принялся рубить еловые ветки, и вдруг увидел, как будто за деревьями от него робко прячется огонь. «Пожар что ли?» Митрич вздохнул, и, устало ступая и раздвигая хлеставшие лицо ветви, направился в сторону огня. Тузик поплелся за ним, обреченно подставляя последний здоровый глаз нацеленным в него сучкам. Срезнев отпил несколько глотков, с удовольствием ощущая, как мышцы становятся мягче, а мысли легче. Он отдыхал. Он очищал себя от суеты, от цейнотов и дедлайнов, от решения чужих проблем, от ненужных разговоров и от раздражения на вечно нервную дочь-подростка. Вадим лег на спину, положив голову на скрещенные руки, наблюдая за облаками, равнодушно текущими по позолоченному небу. «Вот так надо жить», - устало подумал он. Захотелось спать. Хруст сломанной ветки разорвал тонкую паутинку, в которую его заботливо укутывала дремота. «Зверь!» Срезнёв вскочил, на автомате схватил свой фалькон, взвел его и резко направил в сторону леса. Десять секунд ожидания, и из леса вышел обросший мужик с крупным рыхлым носом и седой спутанной бородой, в телогрейке, с топором в руке и огромной рычащей собакой. Сердце Вадима рвануло в голову, ухнуло в живот и сжалось до размеров абрикосовой косточки. «Я так и знал». Срезнев не сводил прицел с деда, нервно поглядывая на собаку. - Цыц! – Махнул рукой с топором мужик на собаку. В этот момент его телогрейка распахнулась, обнажив черную футболку с надписью «Tik-Tok». Срезнев недоуменно отвел ружье в сторону и замер на секунду. - Что?! – Срезнев развел руками. - Дед, откуда у тебя эта футболка? - Внуки подарили, для веселья, говорят. - Что?! Вадим опустил ружье и начал гоготать в голос, вытирая слезы рукавом. Он многое мог ожидать от этого первобытного леса, но только не дремучего старика в майке тик-ток! Срезнев не мог остановиться, а Митрич понимающе улыбался. «Вот, паразиты, чтоб вас!». Продолжая хохотать, Срезнев позвал Митрича за стол и угостил виски с тушенк

Унылый летний день клонился к закату. Такой же холодный, как все остальные. Митрич тяжело перешагивал через хрустящие под ногами ветки. Он возвращался. Идти было еще часа два. "Чего днем пошел? Нужно было на рассвете идти, уж вернулся бы". Да утром дождь моросил, а сабельник нужно в сухую погоду собирать, иначе толку не будет с него, сгниет, не засушишь. От суставов хорошо помогает. Больно ноют суставы-то. Было бы сухо – другое дело. Митричу летом всегда облегчение. А все льет и льет, конца не видать. Но сегодня хорошо. Солнышко выглянуло. Митрич поднял седую бороду к небу и прищурился, прикрыв глаза козырьком из сухой, как его травы зимой, ладони. Взбитые верхушки облаков уже окрасились позолотой, провожая разгулявшееся солнце. - Дома заварю траву, - затряслась борода. - Что осени ждать, коль она и сейчас тут хозяйничает. Ой! – Скорчился Митрич, схватившись за бедро, - Тузик! Тузик еле плелся сзади по проторенной Митричем дорожке. Когда-то давно подарили Тузика Митричу внуки, чтобы не скучно было, для веселья. Да какое-ж с него теперь веселье? Шерсть поседела, не наступает на заднюю лапу, да глаз веткой выколол, дурень. Так и доживает свой собачий век. Тузик услышал голос хозяина и, как мог, захромал быстрее, все поворачивая к Митричу голову здоровым глазом. Срезнёв искал место для ночлега. Скоро темнеть начнет, а ему еще записи в дневнике делать. Вести походный дневник он привык в комфорте, на мягкой надувной подушке перед костром, чтобы дымящаяся кружка по левой руке на бамбуковом коврике и непременно дневной свет. Хорошо писать в комфорте о главном, в комфорте главное отчетливее видится. В нем жил философ, но он его никому не показывал, не к лицу ему было в той жизни, только здесь его на волю выпускал, и его философ отыгрывался за целый год молчания. Надо бы книгу издать. Но нужно поторопиться. Сегодня удачный день! Наконец-то солнечно, впервые за пять дней. Да еще заяц этот, дурак, удирал от него, застрял в поваленном дереве и орал, как новорожденный, неожиданно предъявивший миру низкий голос. Такая мишень хорошая была. Но Срезнёв решил его спасти. Он уже привык, что он решает, всегда, уже не помнит, когда было по-другому, только вечно эти заячьи глаза вокруг. Вадим повернул бейсболку козырьком назад, по-хозяйски оглядел полянку и решил, что это самое удачное место. Он аккуратно прислонил свой фалькон к дереву, скинул рюкзак с надоедливо шипящей спутниковой рацией, взял топорик и пошел добывать сухостой для костра. Митрич обреченно посмотрел на Тузика. - Так и будем с тобой вдвоем доживать, ждать, кто первый окочурится. Иди, иди, не отставай, успеть бы до темна. Сколько он не видел внуков? Лет восемь поди уже. Связь была у них необъяснимая, но прочная. Он отказался от мира, но оставил их себе, и они отвечали взаимностью. Они передавали друг другу гостинцы через социальных работников, которые наведывались к Митричу каждый год, молодые, веселые, в джинсах и резиновых сапогах. Кто же еще пролезет к нему в берлогу? Гостинцы были хорошие, нужные, ну и ерунды всякой приложено было исправно, «для веселья», говорили. То кофту с капюшоном передадут, то футболки со словами иностранными. «Тьфу ты, мать честнАя!» И Митрич однажды отправил им их любимое земляничное варенье, щедро приправленное солью. Тоже для веселья. Так и подавали весточки друг другу. А как Синюшка разлилась три года назад по весне и смыла переправу, так больше никто и не приехал. И Бог бы с ними, но скучно без вестей от внуков. Да и пастилы жалко. Митрич очень любит пастилу, она вкусно пахнет и мягкая, ее как раз хорошо передними зубами жевать. Митрич вышел к нежно-зеленому ельнику. «Ишь ты, как быстро поднялся после пожара». Вытащил из-за пояса старенький топор с потемневшим от времени выглаженным сухими руками топорищем и остро заточенным лезвием. Митрич любил порядок во всем. Нужно нарубить еловых лап, прикрыть грядки от холода, а то с таким летом и урожая не видать. - Да что б тебя! Опять стрелка полезла! Свет, дай зажигалку. - Секретарша Юлька, прику

- Эй, хорошая, помоги, - сказала мне цыганка. - Не могу, - ответила я, - раньше бы помогла, а сейчас никак не могу. Злая потому что я, - подумала и добавила, - и очень нехорошая. Цыганка отшатнулась. - Наговариваешь на себя, красавица! По лицу ведь вижу - добрый ты человек! - Это просто на лице память старых лет осталась, - отмахнулась я, - ничего, скоро сквозь нее проступит мой новый злобный оскал. Цыганка молчала и не спешила уходить. Все происходящее не укладывалось в привычную для нее схему работы с людьми. Она пыталась разобраться. - Кто ж тебя так испортил? - Да сама решила. Вот подумала - это ведь добрым так тяжело жить. Столько условностей. Постоянно нужно думать - как кому помочь, как кого не обидеть. Трудно быть добрым. И невыгодно. Всякий облапошить норовит. Вот ты, к примеру, ты ж меня на деньги развести хотела? - Работа у меня такая, - развела руками цыганка. - Понимаю, - кивнула я. - Вернее, раньше понимала. И деньги доставала, поскольку роли своей доброй придерживалась. А теперь имею полное право не вникать в твои финансовые трудности. - А совесть? - попыталась воззвать цыганка. - Вот в этом самый большой плюс! Молчит, проклятая! И так хорошо от этой тишины. И на сердце, и в голове. Такая легкость! - Что ж ты теперь и старушку через дорогу не переведёшь? Я вспомнила прытких бабулек, которые меня сегодня оттеснили от дверей троллейбуса, а одна - самая старая на вид, похожая на божий одуванчик, - пару раз пробежалась по моим ногам... - Нет, не переведу, - покачала головой я, - пусть теперь сами переходят... Доброта нынче не в моде... - Ты только никому об этом не говори, - растревожилась цыганка, - а то все так захотят, как ты. Я же по миру пойду. - Пойдешь, - кивнула я. - А плохой репутации не боишься? - Наоборот! Я попытаюсь ее еще больше испортить! - пообещала я. - И смеяться научусь демонически. Вот так - ха-ха-ха! Тут рядом раздался визг тормозов, и я увидела, что на дороге автомобиль чуть было не наехал на котенка. Шофер вовремя сориентировался, вывернул руль, и котёнок остался цел. Я ринулась на дорогу, чтобы успеть схватить его, пока он не полез под колёса другого автомобиля. Котенок мелко дрожал и жалобно мяукал. Я прижала его покрепче и направилась в направлении дома. - Эй, ты же сказала, что не собираешься больше добреть! - раздался голос в спину. - Не собираюсь, - ответила я, - люди запросто проживут без моей доброты! А вот эти, - показала я котенка, - эти не смогут... __ автор Ирина Подгурская.

... – почему-то, уже весело, сказала Катерина. - Вы успокойтесь, милые. Сейчас он у нас успокоится, и будет спать до утра. - До утра? - В глазах молодого отца мелькнуло подозрение. - Ага... До утра... И вы пока сами присядьте на диванчик, отдохните. А то лица на вас нет… Родители послушались, присели на диван, стоявший за спиной Катерины, и наслаждаясь тишиной, стали смотреть на незнакомую бабушку как на чудо, спустившееся с небес. А Катерина всё нашёптывала ребёночку что-то на ухо, похлопывая легонечко ему по спинке. - Ну, вот и всё... – Прошептала она минут через десять, бережно положила спящего малыша обратно в кроватку, обернулась, и увидела дремлющих родителей. - Если завтра помощь нужна будет, вы меня опять зовите, не стесняйтесь, - продолжила шептать Катерина. - А теперь закрывайтесь, и спите до утра. - До утра не получится, - с тоской в голосе прошептала молодая мама. - Он скоро проснётся, потому что есть захочет. - Не захочет, - улыбнулась Катерина. - Он сейчас так устал, что ему не до еды. – Так что, и вы тоже спите спокойно, родненькие. Спите... Так у Катерины с Иваном появился ещё один внучок. И жил он не за тридевять земель, как их родные внуки, а в соседней квартире. автор Анисимов

Бабуля, твой выход За стеной у соседей уже целый час громко и надрывно плакал ребёнок. Иногда в этом плаче наступала пауза - наверно, в минуты, когда молодая мама не выдерживала и брала его на руки, но затем плач возобновлялся. - Господи, как ребёнок мучается, - вздохнул тяжело Иван, ворочаясь в постели. - Да... - вздохнула и Катерина. - Видать, зубки режутся? - Думаешь? - Уверена. Помнишь, как у нашего Вовки зубы резались? - Не помню, - замотал головой Иван. – Сколько лет уже прошло. Почти пятьдесят? – Угу. – кивнула Катерина. - Теперь молодым родителям придётся долго не спать... Ребёнок за стеной заплакал ещё громче. - Господи... - простонал Иван. - Неужели всю ночь он так кричать будет? - Может, и всю ночь... - Катерина посмотрела на электронные часы, которые показывали время в темноте. - Уже одиннадцать. Я представляю, в каком состоянии сейчас родители... - Да что родители?! У меня от плача детей всегда сердце разрывается. Катерина, может тебе к ним стоит сходить? - Как это? - Катерина в недоумении уставилась на мужа. - Ты с ума сошёл? - А что такого? – обрадовался своей идее Иван. - Сходи, успокой малыша. - Как успокоить? Я что тебе, волшебница? - Ещё какая! Помнишь, как ты наших пацанов спать укладывала? Руку на голову им клала, чего-то шептала, и они через пять секунд засыпали. Помнишь? - Ну и что? Это же мои дети были. Родные. Я их любила. - А, чужих детей, ты не любишь, что ли? Сходи, помоги молодым родителям. Они тебе спасибо скажут. - Да, отстань ты, – рассердилась Катерина. - Глупости говоришь. Я для них чужая старуха. Они же недавно тут поселились. Они меня и на порог не пустят. - А вдруг пустят? Ты главное предложи. Скажи, что успокоишь малыша, и они будут рады. - Угомонись, говорю. Никуда я не пойду. В это мгновение малыш за стеной заплакал так жалобно, что Иван даже подпрыгнул на кровати. - Ну, ты что, мать?! – почти закричал он на жену. – Не слышишь, что ли, что там происходит? Ты бессердечная, что ли, стала? - Да при чем здесь моё сердце? - Катерина отчаянно затрясла головой. - Если бы можно было, я бы сейчас же вскочила и побежала к этому малютке. Но нельзя, понимаешь. - Почему нельзя? - Потому что я чужая. Малышей чужим старухам в руки давать в таком возрасте опасно. - Почему? - Потому что можно сглазить. Так что, мне туда соваться со своей помощью категорически нельзя. - Хватит глупости говорить! - Иван вскочил с кровати и стал торопливо одеваться. - За стеной ребёнок почти умирает, а бессердечная женщина лежит в тёплой постели, и рассуждает. - Ты куда собираешься? - насторожила Катерина. - Туда! - Куда туда? - Скоро узнаешь. Иван торопливо пошёл в прихожую, открыл дверь и вышел из квартиры. Катерина напряглась, предчувствуя недоброе. Мужа не было минут пять, затем он вернулся, вошёл в комнату и строго объявил: - Бабуля, твой выход! - Какой выход? - замерла Катерина. - Я их уговорил! - Кого их? - Молодых соседей. Точнее, мужа соседки. Он тоже, сначала, как баба, начал плести о том, что чужим показывать нельзя, то да сё. Но я ему сказал пару ласковых, и он, того... Согласился он. Так что, бабуля, твой выход. Надевай халат и иди на помощь... Катерина, не до конца веря в происходящее, быстро встала с кровати, набросила на плечи халат, и почти бегом поспешила на плач младенца. Первое, что она увидела в соседней квартире - измученные отчаянием лица молодых родителей, которые теперь недоверчиво смотрели на неё. - Ничего, ничего, хорошие мои, всё будет хорошо, - забормотала Катерина и скорее потянулась к младенцу, который метался на постели, отчаянно дрыгая ножками и ручками. Схватила его на руки, прижала к своей груди, и ту же что-то тихо забормотала ему в ухо. Малыш ещё пару раз вскрикнул, и вдруг замолчал. - Врачей вызывали? – строго спросила Катерина. Родители испуганно закивали головами. - Врач велел температуру сбивать раствором уксуса, - измученным голосом произнесла молодая мама. - Мы сбиваем, а он всё равно кричит. Сразу четыре зуба у него режутся. - Бывает

ьбы я застукала его с моей подругой. Он клялся, что кроме меня ему никто не нужен, но не может он быть верным, природа берёт своё. Я плакала, ревновала, уходила от него. Но потом возвращалась и всё продолжалось. У Игоря бизнес пошёл в гору, деньги рекой. Он никогда ни в чём мне не отказывал. Всегда всё самое лучшее. Он поклялся, что из семьи никогда не уйдёт. Но на стороне будет тихонечко вести свою жизнь. Подумав, я решила, что это неплохой вариант. Ну, уйду я, приведёт он дамочку, и она будет жить в нашем доме, где всё я покупала с такой любовью. Сын отца очень любит, и тот его. Разобьём семью, я замуж выйду, кому мой сын нужен, чужому мужику? И будем мы копейки считать, что это за жизнь? А так и семья целая, и деньги, каждый при своих интересах, понимаешь? Где и с кем он время проводит я не знаю, и знать не хочу. Со мной он всегда добр и любезен, с сыном время проводит. Денег не жалеет на нас. Понимаю, звучит, не совсем. Не принято у нас так жить. Но нам так удобно, всех всё устраивает. Другой жизни я и не хочу. У нас взаимовыгодный союз. И поверь, многие так живут, только не признаются. Возьми Наталью, с нами которая работает. Отказала богатому жениху, старый для неё был и не любила. Живёт теперь с алкоголиком, мается, двое детей, денег вечно нет, он не пойми с кем вечно шатается. Зато по любви вышла. А у нас всё по — честному. Спасибо, конечно, что сказала. И прошу, не рассказывай никому, не хочу, чтобы нам с Игорем «кости перемывали». Марина с удивлением слушала Ларису. Она так не смогла бы. Или ты со мной, или до свидания. Разве деньги могут заменить любовь и взаимоуважение? Но, хозяин барин. Их семья, им и решать, как жить… После этой истории Марина решила никогда не лезть в чужую семью с обнаруженной правдой. Сами разберутся. Возможно, всех всё устраивает. Ведь чего только не бывает в жизни… Автор — «Заметки оптимистки»

— Дорогой, нас позвали на день рождения в субботу. У Светы Новиковой юбилей. — А я с Семёном на рыбалку хотел съездить… Может одна съездишь, а? Я так не люблю эти юбилеи. А я тебе рыбы привезу, засушим, а потом с пивком. Вкуснятина! — Ох, умеешь ты убедить… Хорошо, поеду сама. Чего не сделаешь ради сушёной рыбы… Света была однокурсницей Марины, жила в соседнем городке. Иногда они ездили друг к другу в гости, с мужьями и без. — Спасибо, дорогая, за поздравления! А ты почему одна, где Миша твой? — Да с другом на рыбалку уехал, давно собирались. Думаю, и без него мне тут скучать не придётся! Столько народу у тебя, кто все эти люди? — Ой, тут кого только нет… С работы коллеги, родственников куча, знакомые… Располагайся, подруга, а я побегу, суматошный день такой! Праздничный ужин проходил в частном доме Светы, во дворе. Жарились шашлыки, варились раки, на столах чего только не было. Марина в предвкушении отведать вкусных блюд вдыхала манящие ароматы. В беседке рядом раздался громкий хохот, который немного испугал Марину. Она повернула голову. Там сидела миловидная блондинка с мужчиной старше себя. Он рассказывал какие-то истории, а она громко смеялась. Приглядевшись, Марина поняла, что знает этого мужчину. Это был Игорь, муж Ларисы, с которой они вместе работали. Лично с Игорем Марина была незнакома, пару раз видела его на корпоративах с женой. По рассказам Ларисы, жили они душа в душу с мужем, воспитывали сына. Лариса ездила на дорогой машине, хорошо одевалась, ни в чём себе не отказывала. Многие не понимали, зачем она вообще ходит на работу, если у неё состоятельный муж. Но ей было скучно дома, некуда было выгуливать наряды. Марина весь вечер наблюдала за Игорем, и поняла, что у него явно романтические отношения с этой блондинкой. Но как же Лариса… Он её обманывает, в соседнем городе крутит романы… Марина спросила у Светы о нём. Она видела Игоря первый раз, приглашала блондинку Веру, которая являлась её двоюродной сестрой. Вера представила его, как своего мужчину. Приехав домой, Марина долго ломала голову, говорить или нет Ларисе. Всё-таки это подло, за спиной у жены крутить шашни. Марина рассказала мужу, чтобы спросить совета, как ей поступить. — Не лезь, чужая семья, пусть сами разбираются! — Но это же… Подло! Он что думает, раз в другом городе, то никто не увидит, и ничего не узнает? Он меня не помнит, но я — то его знаю, и что, должна молчать теперь? Муж махнул рукой и пошёл солить рыбу. Он отлично отдохнул на рыбалке и был увлечён своим уловом. Придя на следующий день на работу, Марина наблюдала за Ларисой. Та была, как всегда, весела, разговорчива, угощала вкусными печеньями. — Ой, мой Игорь так любит эти печеньки, прям жить без них не может! Сегодня приехал из командировки и сразу на них накинулся! Вот лакомка! «Да уж, знала бы ты, в какой он командировке был… Он любит не только печеньки» — думала Марина. Ей было жалко коллегу. Приятная такая женщина, ухоженная, добрая, чего ему только не хватает… Марина решила открыть ей глаза на мужа. Пока не поздно. Уйдёт он к той блондинке, а Лариса будет слёзы лить. Может ещё можно как-то исправить ситуацию… — Ларис, ты не могла бы со мной сегодня сходить в магазин, совет нужен, не могу платье выбрать? — Конечно, Мариночка, платья — это мой «конёк»! У меня их полный шкаф, и всё носить нечего, хочется ещё и ещё… Выйдя после работы на улицу, Марина честно призналась, что хочет поговорить с Ларисой, они пошли в кафе. Заказали салат и кофе с пирожными. — Лариса, не знаю даже как сказать… Я на выходных была в соседнем городе на юбилее у подруги. И там встретила твоего Игоря… — Да ты что? Он в командировку уезжал… — Понимаешь, он был не один. С какой-то блондинкой, и они явно… Ну, ты понимаешь… Я посчитала нужным тебе рассказать. У вас такая семья хорошая, сын растёт… Лариса вздохнула и молча продолжила есть салат. Марина удивилась такой реакции. Чего угодно она ожидала, но не такого спокойствия. — Понимаешь, Марина, мой Игорь кобель. Ещё с молодости. После свад

ы справишься. - Женщина взяла свой мобильный телефон, набрала чей-то номер и деловито заговорила: - Алло, это опять я. Слушай, Толя, ты нового бухгалтера нам ещё не нашёл? Вот и хорошо, что нет. Я сама его нашла. Да, говорю, нашла. Со стажем, конечно. Очень хороший. Да, как я. - Она засмеялась в трубку. - Ну, Толя, ну о чем ты говоришь? Всё будет отлично. Бог велел помогать людям. Погоди, я ещё хотела кое-что сказать. Ты вечером придёшь? С сыном всё нормально, спит он. Ты, это, принеси фруктов. Только побольше принеси, особенно яблок. Затем! Всё тебе знать надо. Наш новый бухгалтер любит яблоки. И бутылку шампанского принеси. Опять - зачем? Мы обмоём её назначение. Нет, без тебя. Как хочешь, так и проноси. Тебя, чего, учить надо? Ты мне в роддом умудрился шампанского притащить, а уж здесь-то... Фужеры не надо, не графья мы, из стаканов пить будем. Все. Люблю тебя. Пока-пока. Соседка отключила телефон, и в-первый раз улыбнулась Тане. - Всё. Теперь ты с работой. Зарплата будет очень хорошая. Так что не плачь, подруга, из ямы ты скоро выберешься. Кстати, тебя как звать-то? - Таня, - не веря своим ушам, ответила Таня. - А меня Ирина, - подмигнула ей соседка. – Значит, будем знакомы. Как мне с тобой повезло-то, ты не представляешь. Нам бухгалтер нужен был просто позарез. - Нет, это мне повезло! - хотелось кричать Тане, но она не могла произнести ни слова, потому что опять заплакала – теперь уже от счастья. Рассказы Анисимова

Лучшая подруга Таня лежала в бoльницe с ребёнком уже вторую неделю. Лежала в двухместной палате. Рядом с ней в палате недавно появилась ещё одна мамочка с грудным ребёнком, молчаливая и строгая особа, с которой они совсем не общались. Таню это не напрягало, потому что у неё дело шло уже к выписке, Её напрягало совсем другое. Недавно она осталась без работы - всё из-за постоянной болезни сына. Алименты от мужа приходили мизерные, долг за квартиру рос, да и на питание хватало кое-как. И теперь она лежала на больничной кровати и с ужасом думала, как ей жить дальше. - Нужно, наверное, Ленке позвонить, - подумала она. - Всё-таки она лучшая подруга. И муж неё большой начальник, может быть он поможет устроиться на приличную работу. Не успела она об этом подумать, как раздался телефонный звонок от этой Лены. Таня радостно схватила трубку, и негромко, чтобы не мешать соседке, воскликнула: - Лена, привет! Я как раз о тебе думаю. - А я о тебе! - засмеялась лучшая подруга - Как у тебя дела? - Как сажа бела. Лежу в больнице с Сашкой. - Опять? - Ага. Но скоро нас выписывают. А ты как живёшь? - Лучше всех. Вот, с мужем в Сочи отдыхаем. Таня, тут классно, оказывается. Я так давно здесь не была. Мы же раньше всё по заграницам мотались. - Я тоже давно нигде не была, - вздохнула Таня. - Значит, вы отдыхаете. А когда вернетесь? - Через недельку. У вас там как погода? - Говорят, холодно. Я же в больнице безвылазно. На улицу не выхожу. - А здесь очень тепло. И питание довольно приличное. Но главное - много фруктов. Хоть и дорогие они. Мы тут просто объедаемся этими фруктами. - Фруктами... - Таня облизнулась. - Я бы, сейчас тоже яблочек поела. Обожаю яблоки. - А шампанского хочешь? - засмеялась подруга. - Мы каждый день пьем шампанское. - И шампанского тоже хочу, - вздохнула с тоской Таня. - Но если честно, я бы сейчас и соку обычного попила. - У тебя, чего, опять денег нет? – недовольно спросила Лена. - Нет. На всём экономлю. - Ничего, скоро у тебя всё будет хорошо, - затараторила подруга. - Главное, ты нос не вешай. Всё будет, нужно только в это верить. - Лена, я как раз хотела тебя попросить, - осторожно начала говорить свою просьбу Таня, - может твой муж поможет мне найти работу. Ты же знаешь, я бухгалтер со стажем. А у него знакомых бизнесменов - куча. - Ой, Таня, даже не говори со мной на эту тему! - недовольным голосом воскликнула подруга. - Мой Жорик мне однажды сказал, что никаких моих подруг он пристраивать никуда не будет. Поэтому я к нему с этим вопросом даже подходить не буду. Тем более, что у тебя Сашка постоянный болеет. Ну, какая из тебя работница? Я тебе лучше сейчас фоток пришлю, как мы тут отдыхаем. А ты смотри, и представляй, что ты рядом с нами. Ладно, Таня, пока. Жорик меня зовет, он опять в баре чего-то заказал. Подружка замолчала, раздались гудки. Затем на мобильный Тани посыпались сообщения с фотографиями. Она открыла одну фотку, увидела на ней богато накрытый стол и довольные лица подруги с мужем, бросила телефон на тумбочку и беззвучно заплакала. - Чего, отшила тебя лучшая подруга? - раздалось с соседней кровати. Таня от неожиданности замерла, затем, всё-таки, ответила: - Ага... Отшила... - Значит, ты не работаешь пока нигде? - Не работаю. Сашка постоянно болеет, вот меня и уволили. - Сволочи, - спокойно сказала соседка. - И на что ты живёшь? Мужа, я так понимаю, у тебя нет. - Я сама не знаю, на что я живу. - Тане опять захотелось плакать. - Яма какая-то у меня, а не жизнь... - Ну-ну, не раскисай, - строго сказала соседка. - У тебя какой стаж бухгалтерский? - Семь лет. - Нормально. – В голосе соседки засквозило удивление. - А удалённо работать сможешь? В неделю один раз будешь появляться в конторе, но иногда придётся и почаще. Ты же понимаешь, про что я говорю? Таня приняла на кровати сидячее положение и с недоверием уставилась на соседку, которая о чем напряжённо думала. - А что, есть такая возможность? – осторожно спросила Таня. - Есть. Сможешь или нет? - Конечно, смогу. А что за фирма? - Грузовые перевозки. Я уверена, т

Сестра и родители схватили мою 11-летнюю дочь и обстригли ей волосы. Все смеялись над ней, а племянник снимал на телефон.... День рождения племянницы, Маши, всегда проходил шумно. Елена не любила эти семейные сборища, считая их пустой тратой времени и нервов, но ради дочери, одиннадцатилетней Вики, старалась терпеть. В этот раз всё шло по накатанной: громкая музыка, запах жареного мяса, визги детей, бегающих по дому, и бесконечные, монотонные разговоры взрослых о ценах на продукты, здоровье и политике. Елена чувствовала себя чужой на этом празднике жизни. Вика держалась особняком. Она была тихой, домашней девочкой, погружённой в свои книги и мечты. Гордостью Вики были её длинные, густые каштановые волосы, которые спадали тяжёлой волной почти до пояса. Елена знала, что дочь часами могла расчёсывать их перед зеркалом, заплетать сложные косы или просто любоваться ими. Это была её маленькая крепость, её личная территория красоты в этом шумном и хаотичном мире. В какой-то момент Елена отвлеклась. Её мать, Тамара Петровна, начала жаловаться на давление и попросила принести таблетки из сумочки в прихожей.

Хочу как они😃