Корзинка
MAX ·
Бабуля, твой выход
За стеной у соседей уже целый час громко и надрывно плакал ребёнок. Иногда в этом плаче наступала пауза - наверно, в минуты, когда молодая мама не выдерживала и брала его на руки, но затем плач возобновлялся.
- Господи, как ребёнок мучается, - вздохнул тяжело Иван, ворочаясь в постели.
- Да... - вздохнула и Катерина. - Видать, зубки режутся?
- Думаешь?
- Уверена. Помнишь, как у нашего Вовки зубы резались?
- Не помню, - замотал головой Иван. – Сколько лет уже прошло. Почти пятьдесят?
– Угу. – кивнула Катерина. -
Теперь молодым родителям придётся долго не спать...
Ребёнок за стеной заплакал ещё громче.
- Господи... - простонал Иван. - Неужели всю ночь он так кричать будет?
- Может, и всю ночь... - Катерина посмотрела на электронные часы, которые показывали время в темноте. - Уже одиннадцать. Я представляю, в каком состоянии сейчас родители...
- Да что родители?! У меня от плача детей всегда сердце разрывается. Катерина, может тебе к ним стоит сходить?
- Как это? - Катерина в недоумении уставилась на мужа. - Ты с ума сошёл?
- А что такого? – обрадовался своей идее Иван. - Сходи, успокой малыша.
- Как успокоить? Я что тебе, волшебница?
- Ещё какая! Помнишь, как ты наших пацанов спать укладывала? Руку на голову им клала, чего-то шептала, и они через пять секунд засыпали. Помнишь?
- Ну и что? Это же мои дети были. Родные. Я их любила.
- А, чужих детей, ты не любишь, что ли? Сходи, помоги молодым родителям. Они тебе спасибо скажут.
- Да, отстань ты, – рассердилась Катерина. - Глупости говоришь. Я для них чужая старуха. Они же недавно тут поселились. Они меня и на порог не пустят.
- А вдруг пустят? Ты главное предложи. Скажи, что успокоишь малыша, и они будут рады.
- Угомонись, говорю. Никуда я не пойду.
В это мгновение малыш за стеной заплакал так жалобно, что Иван даже подпрыгнул на кровати.
- Ну, ты что, мать?! – почти закричал он на жену. – Не слышишь, что ли, что там происходит? Ты бессердечная, что ли, стала?
- Да при чем здесь моё сердце? - Катерина отчаянно затрясла головой. - Если бы можно было, я бы сейчас же вскочила и побежала к этому малютке. Но нельзя, понимаешь.
- Почему нельзя?
- Потому что я чужая. Малышей чужим старухам в руки давать в таком возрасте опасно.
- Почему?
- Потому что можно сглазить. Так что, мне туда соваться со своей помощью категорически нельзя.
- Хватит глупости говорить! - Иван вскочил с кровати и стал торопливо одеваться. - За стеной ребёнок почти умирает, а бессердечная женщина лежит в тёплой постели, и рассуждает.
- Ты куда собираешься? - насторожила Катерина.
- Туда!
- Куда туда?
- Скоро узнаешь.
Иван торопливо пошёл в прихожую, открыл дверь и вышел из квартиры.
Катерина напряглась, предчувствуя недоброе.
Мужа не было минут пять, затем он вернулся, вошёл в комнату и строго объявил:
- Бабуля, твой выход!
- Какой выход? - замерла Катерина.
- Я их уговорил!
- Кого их?
- Молодых соседей. Точнее, мужа соседки. Он тоже, сначала, как баба, начал плести о том, что чужим показывать нельзя, то да сё. Но я ему сказал пару ласковых, и он, того... Согласился он. Так что, бабуля, твой выход. Надевай халат и иди на помощь...
Катерина, не до конца веря в происходящее, быстро встала с кровати, набросила на плечи халат, и почти бегом поспешила на плач младенца.
Первое, что она увидела в соседней квартире - измученные отчаянием лица молодых родителей, которые теперь недоверчиво смотрели на неё.
- Ничего, ничего, хорошие мои, всё будет хорошо, - забормотала Катерина и скорее потянулась к младенцу, который метался на постели, отчаянно дрыгая ножками и ручками. Схватила его на руки, прижала к своей груди, и ту же что-то тихо забормотала ему в ухо.
Малыш ещё пару раз вскрикнул, и вдруг замолчал.
- Врачей вызывали? – строго спросила Катерина.
Родители испуганно закивали головами.
- Врач велел температуру сбивать раствором уксуса, - измученным голосом произнесла молодая мама. - Мы сбиваем, а он всё равно кричит. Сразу четыре зуба у него режутся.
- Бывает
