одном классе училась.
Но Сережа продолжал настаивать.
- Мама, ну, пожалуйста! Смотри, какая она хорошая, я всегда о сестренке мечтал, а ты одних пацанов нарожала. Обещаю, я буду тебе помогать!
В этом Сережа был опытный боец – младший, считай, на его руках и вырос. Но все равно, проблемы никуда не девались, и Люба скрепя сердце отправилась к подруге Ларисе, которая фельдшером работала. Рассказала все как есть, и та пообещала приходить смотреть девочку, прививки ставить по возрасту, но сказала, что, если что пойдет не так и нужно будет в район везти, они обе по шапке получат.
В деревне Люба слух пустила, что это племянница ей дочку привезла. Впрочем, таким было никого не удивить, так что, если кто что и подумал, обсуждать это не стал. А вот с мужем Люба окончательно разругалась – когда он позвонил и сказал, что задержится еще на месяц, она накричала на него и заявила, что может вообще не возвращаться, надоели его похождения. Он в ответ обиделся и больше ей не звонил.
Надя была таким чудесным младенцем, что не полюбить ее было невозможно. Люба быстро забыла, что она внебрачная дочь ее мужа, и воспринимала ее действительно как дочь племянницы, внучку, то есть.
Но еще больше к девочке привязался Сережа – он с ней водился словно молодой папаша, и Люба даже посмеивалась, не пора ли ему жениться. Хотя на самом деле – какой жениться, ребенок еще совсем, и профессии так и нет: не успел из армии вернуться, а тут отец уехал, и он остался дома, чтобы Любе с хозяйством помогать. По правде, средний сын тоже уже много чего делал, и они бы справились вдвоем, но старший сын у нее всегда был любимчиком, и отпускать его от себя совсем не хотелось.
Так и зажили – пока Люба на работе была, Сережа с Надей водился и кашеварил, а как она возвращалась, все мужские дела дома переделывал, не забывая братьев к этому привлечь, даже младшего, поговаривая, что матери нужно помогать, учитывая, что папаша сбежал. Это только старший сын отца осуждал, а младшие-то по нему скучали, но тут Люба ничего поделать не могла.
Несколько месяцев прошло, девочка уже на ножки вставать стала, когда к ним приехала неожиданная гостья.
Сначала залаяли собаки. Люба вышла посмотреть кто там. На пороге стояла смутно знакомая девушка, Аня, кажется. Люба ее плохо помнила – та жила здесь всего год в девятом классе, когда по каким-то неясным семейным проблемам девочку отправили к бабушке. Кажется, в классе ее не особо любили и даже дразнили, слишком уж она была другая. Да, точно, с Сережей в одном классе она училась, и Любе тогда было не до этого – младший сын еще совсем маленький был, средний в школу пошел, а Сережа вечно дрался в школе, так что даже лояльный к ней директор несколько раз звонил и ругался. Кажется, Люба видела Аню как-то в магазине – ну да, как раз накануне того дня, когда к ним подкинули Надю, тогда еще продавщица обвинила Егорку в том, что он шоколадку украл, а Люба за него вступилась.
- Здравствуйте, Любовь Борисовна, – произнесла Аня вроде даже как испуганно.
- Здравствуй, – Люба не скрывала своего удивления. – А ты что здесь делаешь? Дом, что ли, продавать приехала?
Бабушка Ани умерла пару лет назад, и с тех пор дом пустовал, зарастал крапивой и лебедой.
- Нет, – помотала она головой. – Я за Надей приехала...
Люба сначала не поняла – что она такое говорит? И только когда Аня повторила имя девочки, до нее дошло – так вот, получается, кто ей ребенка подбросил! Сомнений в этом не было, все было понятно по бледному лицу Ани и ее встревоженным глазам, которыми она высматривала за спиной Любы кого-то, нервно закусывая губы.
- Ну... Проходи.
В душе поднималось облако возмущения. Да кто она такая, чтобы на девочку права предъявлять! Сама ее бросила, проблем всем создала, а теперь явилась! Люба вон из-за этого с мужем поругалась, Сережа никуда не поехал и остался киснуть в деревне, а ведь молодой парень, ему учиться и работать надо! Не говоря уже про деньги – те, что лежали тогда в конверте, давно закончились, а без мужа на одну учительскую зарплату всех
