Дамское чаепитие

Канал интернет-энциклопедии РУВИКИ в MAX Любопытные факты, неожиданные вопросы и темы, которые хочется обсудить. Подписывайтесь на сообщество РУВИКИ в MAX. Узнать больше #реклама 16+ max.ru О рекламодателе

Зашла в супермаркет. Краем глаза вижу мaму с сынишкой лет 6-ти. Как говорится, бедненько, но чистенько. Славный такой мальчишка. Видно было, что ему чего-то хочется, но не просит. Пока мама копалась в корзине с уценённой мелочёвкой, он осторожно взял коробку с фломастерами, погладил, понюхал и положил на место. Потом потрогал какие-то наклейки и вздохнул... так тяжело, как старичок. Женщина наклонилась и тихонечко сказала: "нет денег, сынок". А он только молча кивнул. И ещё... на нём была такая жалкая шапочка с помпончиком.. совсем детская. Сердце сжалось. Почeму-то вспомнила, что Анюта моя тоже никогда ничeго не просила. Паpy секунд подумала... метнулась по залу, накидала в пакет эти фломастеры, наклейки, коробку пластилина и разные мальчиковые радости. Быстро оплатила, чек кинула в пакет. Задyмалась - а как отдать, чтобы не обидеть? Дело тонкое... Дождалась, когда мама стала в кассу, подошла к нему и бодренько говорю: "Здравствуй, мальчик. Сегодня день шапок с помпончиками. Ты не знал?! Ну как же так? Мы проводим конкурс на лучшие помпончики на шапке. Ты выиграл, вот тебе приз!" Он так на меня посмотрел... Знаете, у меня всего один раз в жизни был такой взгляд. В Болгарии. Год постоянных судов вымотал и опустошил. Адвокат был ненасытен и бесполезен. С работы уволили. И вот я иду под дождём, в кармане всего 10 левов — маленькая чашечка эспрессо. Иду и понимаю, что последний суд я проиграю и у меня заберут ребёнка. Русской женщине устроится на работу… Тупик. Промокла вся и заскочила в кафе. Думаю — для начала согреюсь и выпью кофе, а там уж… Смотрю — полно народа, а на столах какие-то карты разложены. Оказалось, играют в Бинго. Я даже не знала, что это. Присела за один столик, как сиротка Марыся… мне сразу карточки несут. Одна стоила ровно 10 левов. Постеснялась отказаться. У всех по 10-20 штук, а у меня одна. Поняли, да? Ага… я выиграла. И не просто, а сорвала джекпот. Мне принесли полную корзину денег. Шок был сильнейший, но хватило ума дальше не играть. Та сумма и поставила точку в этом процессе. Когда я поняла, что бинго у меня… в общем, именно так смотрел на меня этот малыш. Пока он не опомнился, я выскочила на улицу и по дороге думала о том, что незнакомый мне ребёнок, с трепетом и верой в чудеса, получил своё маленькое детское счастье... мне реально полегчало. Верно говорят: всё, что мы делаем - мы делаем для себя, плохое это или хорошее. ________ Елена Димитрова

Авторские ножи из дамасской стали. Осталось 7 наборов Я кузнечным делом живу уже 36 лет. Всё делаю сам — от выбора стали до последней полировки ручки. С годами довел каждый этап до совершенства. Что в итоге? Получаются ножи, которые радуют и глаз, и руку — из настоящей дамасской стали, 67 слоёв, с сердечником VG-10. Ножи не штампованные, а каждый — уникальный как отпечаток пальца. В наборе: шеф-нож, универсальный, сантоку, филейный и овощной. Можно взять весь комплект или выбрать поштучно — как удобно. Многие спрашивают: а что, правда пожизненная гарантия? Да, правда. Если вдруг что — отвечаю за каждый нож. А по доставке — не тяну, всё быстро отправляю. Такие ножи — не просто инструмент. Это удовольствие от готовки, это подарок на долгие годы, это уважение к себе и своим близким. Осталось 7 наборов. Пиши сейчас — отправлю быстро. Узнать цену #реклама koyshi-knife.ru О рекламодателе

Фeдя, глядя в выcокое лeтнее бесцветное небо, лежал и думал: — Эх, ёж, твою мать... Федя помирал, причём неожиданно для себя. Неважно, по каким причинам это произошло, но, лёжа в разнотравье на заброшенной лесной дороге, он думал именно так. В полуденный зной, когда ветерок качает траву, шумный лес обещает успокоение, а белые бабочки беззаботно шмыгают туда-сюда, Федя прощался с жизнью. Остатки его угасающего сознания зафиксировали приближение какого-то автомобиля, и в голове промелькнуло: «Неужто отмаялся?» Федя был ёжиком, или ежихой, в этих тонкостях совершенно не разбирался Пал Егорыч, который наткнулся на полудохлого ежа. — А животинку-то жалко — подумалось ему, — возьму домой внукам, может и выходят. Проблески Фединого сознания фиксировали тряску, дорогу и запахи, запахи, запахи..., отвратные чужие запахи. В крошечной головёнке зверька пульсировала одна мысль: — Господи, неужели я не заслужил тихо сдохнуть на дороге? А дальше — провал в памяти. Потом тошнотворный запах чего-то ядовитого: — Ну и капец, — думалось Феде, — для опытов за рубль сдали. И тишина... Когда Федя очнулся, он увидел возле себя миску с молоком, хлеб и ещё какую-то еду. Маленькая девочка пыталась его погладить. Собрав силы, Федя фыркнул, скрутился в клубок, но подумал, что лучше сначала пожрать перед смертушкой лютой... И потянулись дни заточения. Через дней пять, Федю вполне сносно передвигающегося по коробке, унесли на улицу и посадили под балкон, за сетку. Со временем Федя освоился, и даже таскал еду у Тоши, огромной кавказской овчарки. Что сказать— плен был комфортный: кормили, поили, режим дня свободный. Здоровье в норму пришло, и пузо выросло. Беда пришла откуда не ждали. Семейство Пал Егорыча посадило Федю в коробку и куда-то повезло. Все почему-то были радостные. Из коробки Федю выпустили на том самом месте, откуда его подобрали несколько месяцев назад. Ошалевший от родных запахов Федя рванул в лес, а Пал Егорыч с внуками почему-то плакали. Уезжать они не спешили и устроили пикник. Часа через два, загружая остатки еды в машину, Пал Егорыч обнаружил в коробке спящего ежа, который, лёжа в коробке, размышлял: — Нашли идиота, по лесу гулять... Домой,... только домой... Автор: Ceргeй Cepёгин.

Разыгрываем iPhone, Apple Watch и AirPods Техника мечты уже в игре: iPhone, Apple Watch и AirPods ждут своего нового хозяина. Может быть, это вы? Чтобы участвовать: — подпишитесь на канал «Рекламный кот» в MAX; — нажмите «Участвовать» под этим постом; — оставайтесь с нами до конца розыгрыша. Успейте выполнить условия до 6 сентября — и получите шанс попасть в список счастливчиков. Имена победителей объявим 7 сентября! Узнать больше #реклама max.ru О рекламодателе

«Купите его, пожалуйста… мама может ум*реть». Рёв мотоциклов почти заглушил её голос, но Игорь Резников всё равно услышал. На обочине стояла девочка в слишком большой куртке, в стоптанных ботинках, с картонкой в руках и овчаркой, которая не отходила от неё ни на шаг. На картонке было написано неровно, по-детски: «Продам Дюка». Но Игоря остановила не эта надпись. Его остановили её глаза — красные, опухшие, слишком взрослые для такого маленького лица. Он снял тёмные очки и слез с мотоцикла. Остальные ребята из колонны проехали ещё несколько метров, прежде чем заметили, что их старший остался позади. И когда Игорь спросил, зачем она продаёт собаку, девочка крепче сжала ошейник и опустила голову. «Мама два дня ничего не ела. Сказала, если продать Дюка, хватит хотя бы на хлеб». Есть фразы, которые бьют сильнее кулака. Особенно когда их говорит ребёнок так спокойно, будто уже давно понял про жизнь больше, чем должен был. У неё дрожали губы, но денег она не взяла. Даже когда Игорь достал купюры. Она только мотнула головой: «Нет. Мама сказала, милостыню брать нельзя. Только если вы правда заберёте Дюка». И вот тут у него внутри что-то оборвалось. Потому что это была не просто бедность. Не просто голод. Это было то самое упрямое человеческое достоинство, которое держится даже тогда, когда в доме уже нечем кормить ребёнка. Через несколько минут вся их мотоколонна ехала за девочкой к старому вагончику на окраине посёлка. Внутри, на узкой кровати, лежала бледная женщина с сухими губами и жаром. Дюк сорвался к ней сразу, заскулил, ткнулся мордой в руку. Игорь сделал шаг, поднял глаза — и замер. У разбитого окна висела старая фотография. На ней эта женщина улыбалась рядом с мужчиной в форме. Игорь узнал его мгновенно. Сергей Белоусов. Его друг. Его брат не по крови. Тот самый человек, который однажды вытащил его живым оттуда, откуда живыми обычно не возвращаются. А когда вдова почти без сил прошептала, что сводный брат Сергея забрал дом, страховку, машину и даже инструменты из мастерской, пока она лежала в больнице, в вагончике стало так тихо, что слышно было только тяжёлое дыхание ребёнка. Игорь посмотрел на Дюка. На девочку, которая уже почти решилась отдать единственное живое существо, что ещё охраняло их дом. А потом — на своих людей. До полудня у ворот того самого дома стояли уже сорок мотоциклов. И когда человек, укравший у семьи всё, открыл дверь, произошло то, о чём потом ещё долго шептались по всему посёлку. Но всё решилось в первые несколько секунд — по его лицу, по взгляду Игоря и по тому, кто вдруг вышел из-за спин байкеров последним. Вы бы смогли захлопнуть дверь, увидев это?

В старых часах нашла тайник 1914 года Я купила эти массивные настенные часы с маятником на барахолке за тысячу рублей. Механизм давно проржавел, стекло было разбито, но корпус из массива мореного дуба с красивой резьбой привлек мое внимание. Я занимаюсь реставрацией антикварной мебели и сразу поняла, что под слоем вековой грязи и потрескавшегося лака скрывается настоящий шедевр начала 20 века. Процесс восстановления таких вещей всегда требует медитативного терпения. Я сняла тяжелую дверцу, вытащила гири и начала аккуратно счищать старый лак с помощью химической смывки и мягкого шпателя. Дерево под ним оказалось в прекрасном состоянии. Когда я добралась до внутренней части корпуса, где должен был ходить маятник, я заметила странную неровность. Одна из задних панелей была прикручена крошечными латунными шурупами с нестандартной резьбой. Сгорая от любопытства, я подобрала нужную отвертку и сняла эту панель. За ней оказалась крошечная ниша в толще дуба. Внутри лежал пожелтевший, свернутый в плотную трубочку кусок ткани, перевязанный суровой нитью. У меня дрожали руки, когда я разрезала эту нить скальпелем. В ткани был спрятан маленький бархатный мешочек. А в нем — тяжелый золотой перстень с крупным рубином и сложенный вчетверо листок плотной бумаги. Чернила на бумаге сильно выцвели, но текст можно было разобрать. Это была записка, датированная 1914 годом. Мужчина писал своей возлюбленной, что отправляется на фронт, но оставляет это кольцо в их любимых часах как залог того, что обязательно вернется и они обвенчаются. Я сидела на полу своей мастерской, окруженная запахом растворителя и древесной пыли, и не могла сдержать слез. Часы остановились много десятилетий назад, и судя по тому, что тайник так и не был вскрыт, мужчина не вернулся, а женщина так и не узнала о спрятанном сокровище. Их история оборвалась, застыв в дубовом корпусе на целый век. Я бережно восстановила часы. Покрыла дуб карнаубским воском, заказала у часовщика новый механизм, чтобы стрелки снова пошли. Но я не стала оставлять кольцо себе и не продала его. Я сделала небольшую стеклянную витрину прямо внутри корпуса, на фоне работающего маятника, и поместила туда бархатный мешочек с рубином и копию той самой записки. Теперь эти часы висят в моей гостиной. Они отсчитывают новое время, но внутри них бережно хранится чужое застывшее прошлое. Реставрация — это не просто удаление старой краски. Это ответственность перед теми людьми, которые прикасались к этим вещам до нас, доверяя им свои самые сокровенные тайны.

После нашего похода у меня горела задница, а Вовку всего обсыпало и пару пальцев распухло. – Аллергия, – сказала бабка. – Ещё бы. Как минимум, три килограмма конфет схерачили в два рыла. Чтоб вас понос пробрал, и глаза на лоб повылазили. Это ж надо дорваться так до шоколада. Дед, бери мотик у соседа и езжай за докторшей. Надо ещё и пальцы посмотреть у этого малахольного. Не дай бог перелом или трещина. Лучше бы у вас жопа треснула. Я, конечно, попытался напроситься с дедом. Мне очень нравилось кататься в люльке. Наденешь шлем на голову, натянешь брезент и представляешь, как будто в истребителе летишь. Но дед сказал, что он не истребитель и ушел к соседу. Лучше бы он взял меня с собой... Вовка лежал в бабкиной комнате на кровати и болел. Ну как болел? Кроме пальцев у него ничего не болело. Разве что весь в сыпи мелкой был. Я тоже помню, как в детстве меня обсыпало красными пятнами, и я ходил весь в зелёных точках. – У тебя глаза не лезут на лоб ещё? – интересовался я у Вовки. – Нет, – отвечал Вовка. – Но чё-то болеть уже начинают. – А поноса ещё нет? – я так думал, что мне это не грозит, раз меня не обсыпало, а вот за Вовку опасался. Бабка ушла к соседке на часок, надеясь, что за это время, мы не сожжём дом и не улетим в космос. Потому что если сожжём дом, то она нам в зад горящих углей напихает, а за космос она меньше переживает, потому что идиотов туда не пускают. Углей в задницу нам не хотелось, а в космос мы не собирались. Я решил, что пока дед ездит за докторшей, может случиться беда. Насколько я мог предполагать, деду с бабкой на нас в основном наплевать. И если кто-то из нас сдохнет, им станет легче. Посему, я принял единственное правильное решение, лечить Вовку самому. Я достал из серванта аптечку, взял оттуда вату, бинт и зелёнку. Мои действия казались мне логичными. Зелёнкой я собирался замазать пятна, бинтом завязать глаза, чтобы до приезда докторши не вылезли, а ватой закрыть жопу, чтобы в случае поноса он не обгадил бабкину кровать. Вовку мои планы смутили, но я ему аргументированно объяснил: – Бинт для того, чтобы глаза не вылезли, вата от поноса, а зелёнка от аллергии. Всё по науке. Первым делом я набил трусы ватой. Мне показалось мало, и я добавил марли. Затем замотал бинтом глаза. Осталось замазать аллергию. Я взял ватку и начал закрашивать пятна. Через 10 минут я устал. Пятен было много и очень мелких. Я принял разумное решение взять и просто закрасить, не мучаясь с каждым в отдельности. Через несколько минут дело было сделано. Вовка стоял и обсыхал... Во дворе послышался треск мотоцикла. "Докторша приехала", – сообразил я и, довольный собой, уселся ждать, представляя, как она удивится и скажет: – Мне, собственно, лечить-то уже нечего. Всё основное лечение уже проведено, остаётся разве что пальцы осмотреть. Дверь открылась и вошла врачиха вместе с бабкой. Я решил дождаться своей славы в зале и, выйдя из комнаты, уселся на лавку. – Это чёй у тебя с руками? – с подозрением спросила бабка, задержавшись возле меня, но ответ ей было услышать не суждено. Врачиха зашла к Вовке в комнату... C воплем: "Мама дорогая!" – что-то упало на пол. Бабка подозрительно глянула на меня и побежала в комнату. – Ах ты, педиатр самодельный! – бабка выскочила из комнаты и побежала на кухню. Я осторожно заглянул в комнату и увидел лежащую на полу врачиху. "Неспроста", – подумал я. Бабка влетела в комнату с полотенцем и стаканом воды. Начала брызгать на врачиху и обмахивать её полотенцем. Слабый голос внутри подсказывал, что что-то не так, но пока не настаивал. Врачиха открыла глаза и спросила, указывая на Вовку: – Что это с ним? Тут бабка видимо вспомнила обо мне, потому что она посмотрела по сторонам и её взгляд остановился на мухобойке. Она протянула за ней руку и, ласково глядя на меня, сказала: – Иди сюда, мой хороший. Гиппократ ты доморощенный.

У бабушки была сестра, теть Шура, которую в семье не одобряли. Знаете, за что? – Не за то, что живет одна. – Не за то, что не замужем и без детей. – Не за то, что был любовник — шишка из Минздрава. – Не за то, что на семейные мероприятия появлялась лишь тогда, когда надо ей, хотя приглашали на все. А за то, что имела наглость выключать домашний телефон, когда ей не хотелось ни с кем говорить. И подключила определитель номера при первой возможности, и платила за него. Вот же цаца, как это она выбирает, с кем не говорить? А все было просто -во всех отношениях тетя Шура себя любила больше всех. И не хотела ничего, что бы мешало ее комфорту. Тосковала? Жалела о своем выборе? О нет. Умерла в 93 года, до 87 ходила с «девчонками в баню», сама себя обслуживала, три года назад была статной высокой дамой с белейшими коротко стрижеными волосами. До 70 лет ездила со своим женатым любовником в Крым. Гуляла по Симеизу и пила местное вино на набережной. Потом он умер, к сожалению. Освоила радости интернет-шоппинга. Искренне удивлялась, когда спрашивали, купить ли ей продукты — высокомерно перечисляла все известные ей сервисы доставки. Стакан воды не потребовался. Урок нам всем — во всех отношениях ценить и любить больше всего — себя. Все остальное — преходяще. Одни пришли и одни уйдем. Это не про тлен и одиночество — а именно про самого важного человека в нашей жизни: Я – в моей жизни. Ты – в твоей.

А вы согласны с высказываниями или нет?

6 Соток: Создано летом Лето — маленькая жизнь, которую хочется прожить ярко. «6 Соток» собрали все для идеального пикника: вдохновляющие идеи, простые рецепты и 95 зеленых мест в 19 городах России — от больших парков и набережных до живописных лужаек, созданных для отдыха на природе. Осталось выбрать локацию в своем городе, взять любимые закуски, устроиться поудобнее и наслаждаться каждым моментом лета. Перейти на сайт #реклама 16+ pikniki-6sotok.afisha.ru О рекламодателе

«У нашей воспитательницы дома есть девочка, которая точно такая же, как я» Каждый день по дороге из детского сада моя дочь говорила одну и ту же фразу. Не капризно. Не играючи. Спокойно, как будто рассказывает, что на полке стоит кружка. — Мама, у нашей воспитательницы дома есть девочка, которая точно такая же, как я. Сначала я улыбнулась. Так улыбаются взрослые, когда внутри уже неприятно, но очень хочется сделать вид, что ничего страшного не происходит. Полина сидела сзади в своём кресле, болтала сапожком и смотрела в окно, где по стеклу ползли мокрые мартовские разводы. Ей было четыре. В этом возрасте дети ещё не умеют врать красиво. Зато умеют замечать то, что мы отгоняем от себя неделями. — Что значит «точно такая же»? — спросила я тогда. Она пожала плечами, будто я задаю странный вопрос. — Глаза такие же. Нос такой же. И волосы. Тётя Лена сказала, что мы просто как две капли воды. У меня так сжались пальцы на руле, что потом ещё долго болели костяшки. Мы отдали Полину в домашнюю группу только осенью. До этого тянули, как могли. То свекровь помогала, то я брала работу домой, то мы с мужем, как тысячи семей, делали вид, что ещё немного — и всё само наладится. Не наладилось. Денег меньше не становилось, работы тоже. Свекровь всё чаще жаловалась на давление. И когда подруга посоветовала женщину, которая берёт только троих детей, готовит сама, держит квартиру в идеальном порядке и всегда на связи по камерам, я, честно, выдохнула. Квартира у Лены была обычная: старый дом, узкий коридор, коврик у двери, чайник на плите, детские рисунки на холодильнике. Именно это и успокоило меня больше всего. Не глянец. Не показуха. А ощущение, что здесь живут по-настоящему. Первые недели я заглядывала в камеры каждые двадцать минут. Потом реже. Полина ела, спала, лепила, смеялась. Иногда я опаздывала из офиса, и Лена без единого упрёка кормила её ужином. Муж говорил, что мне наконец повезло. А потом начались эти слова про девочку. Не один раз. Не два. Каждый вечер — почти одинаково, с той же серьёзностью, от которой хочется не спорить, а слушать. Я сказала мужу. Он рассмеялся сразу. Слишком быстро. — Поле четыре года, — ответил он. — Дети вечно что-то придумывают. Я кивнула, потому что в браке иногда легче кивнуть, чем признаться, что тебя уже трясёт от одной детской фразы. Но через несколько дней Полина сказала другое. Тихо. Без жалобы. Почти шёпотом. — Мне больше нельзя с ней играть. Я посмотрела на неё в зеркало. — Почему нельзя? — Тётя Лена сказала, что мне туда нельзя. И к ней тоже нельзя. В тот вечер я почти не спала. Рядом сопел муж, на кухне тикали дешёвые часы, а у меня внутри росло то самое чувство, которое женщины слишком хорошо знают: когда у тебя ещё нет фактов, но тело уже поняло правду раньше головы. Через три дня я ушла с работы раньше. Никому ничего не сказала. Ни Лене. Ни мужу. Даже себе не призналась, что еду не «просто проверить», а потому что мне страшно. Во дворе, за мокрой металлической горкой, играла девочка в розовой шапке. Одна. Лена её не видела. Я увидела сразу. И у меня внутри как будто что-то оборвалось, потому что это был не «похожий ребёнок» и не детская фантазия. Это было лицо моей дочери. Те же большие глаза. Тот же тонкий нос. Та же линия подбородка, которая в нашей семье всегда бросалась в глаза на старых фотографиях. Девочка подняла голову, и в этот момент я поняла самое страшное: я уже где-то видела этот взгляд. Не у Полины. У человека из семьи моего мужа. Я не вошла сразу. Сначала достала телефон. А потом заметила на подоконнике в кухне то, чего раньше там точно не было. Старую фотографию в тёмной рамке. На ней стояли мой муж, его мать… и эта девочка. Скажите честно: вы бы вошли в тот дом сразу — или сначала проверили бы, кто ещё все эти месяцы молчал?

Квартира + парковка в Новороссийске. Выгода до 1,4 млн ₽ ЖК «Город у моря» — масштабный район с собственной инфраструктурой в городе Новороссийск. Всё необходимое под рукой: магазины, ТЦ, рынки, школы, детские сады, аллеи и др. — Расположение рядом с лучшими пляжами Алексино и Мысхако; — Расширенные стильные окна + тонированное витражное остекление; — Абсолютно все квартиры сдаются с ремонтом под ключ — заезжай и живи. Количество свободных квартир ограничено! Доступна безопасная покупка онлайн. Узнайте подробности сейчас. Узнать больше Финансовые услуги оказывает: ПАО Сбербанк. Проектная декларация на сайте https://наш.дом.рф/. Застройщик: ООО СЗ "ОБД-СТРОЙ". #реклама жк-город-у-моря.рф О рекламодателе

Лизе было два года, когда умерла её мать. Вся деревня жалела малышку, но куда её девать? В каждой семье — свои дети. Уже совсем хотели было отвезти сиротку в детский дом, но тут Мария Петрова — мать пятерых детей — заявила, что они с мужем решили её удочерить. — Что ты, Мария, — отговаривали её односельчане, — тебе и со своими справляться нелегко, частенько голодают, а тут ещё чужой ребёнок. — Ничего, — ответила Мария, — где пятеро за столом, там и шестому место найдётся. И она увела девочку к себе. Шли годы. Лиза росла послушной и ласковой девочкой. Она не доставляла особых хлопот новой матери, даже никогда не болела, видно, Ангел-Хранитель защищал её. Нашлись, правда, “услужливые” люди, объяснившие девочке, что она не родная в этой семье, а только приёмыш. Узнав это, Лиза не огорчилась. Напротив, она ещё больше привязалась к своим родителям и часто, обнимая мать, шептала: — Ты всё равно моя самая настоящая мамочка! Выросли родные дети и разъехались по разным городам. Осталась с родителями только четырнадцатилетняя Лиза. Из ребёнка она превратилась в красивую девочку с ясными глазами, всегда спокойную и приветливую. Однажды Мария пошла на речку полоскать бельё. Дело было ранней весной, лёд у берега был ещё крепкий. Подойдя к ближайшей полынье, она поставила таз с бельём и хотела уже приняться за работу. И тут послышался страшный треск, лёд на середине реки вздыбился, треснул, показалась вода. — Лёд пошёл, лёд пошёл! — закричали ребятишки и кинулись на берег. Посмотреть на ледоход вышли и взрослые. Забыв про бельё, как зачарованная, смотрела Мария на грозную картину. И тут льдина, на которой она стояла, оторвалась и медленно двинулась к середине реки. Мария могла бы ещё перепрыгнуть на землю, но растерялась, а полоска воды между ней и берегом -становилась всё шире и шире. Увидав это, женщина в ужасе закричала. Началась паника: кто кричал о лодке, кто о канате, а льдина всё удалялась. Вдруг все увидели бегущую к берегу Лизу. Не останавливаясь, она просто взлетела на близлежащую льдину и, перепрыгивая с одной на другую, стала приближаться к матери. Мать, увидев дочь, в отчаянии крикнула: — Лиза, вернись! Мы обе погибнем! Но девочка не слушала и уже через несколько секунд очутилась рядом с матерью, взяла её за руку и твёрдо сказала: — Успокойся, мама, Бог спасёт нас! Лиза зорко следила за льдиной, на которой они стояли, и как только та налетела на большую, резко скомандовала: - Прыгай! Обе благополучно перепрыгнули. Так, перебираясь по льдинам, они приближались к берегу. Лиза почти тащила обезумевшую от страха мать, и та целиком ей подчинялась. Добравшись до земли, мать с рыданьем упала без сил. Подбежавшие женщины отвели их домой. Народ долго не расходился. Все восхищались поступком девочки, удивлялись её смелости и любви к неродной матери. После этого события уже никто в деревне не называл Лизу приёмышем, а только младшей дочерью Петровых.

Мой муж настаивал на том, чтобы каждый вечер самому купать нашу маленькую дочь — когда однажды вечером я тайно... проследила за ним, у меня подкосились ноги На протяжении трёх недель мой муж Дэниел не позволял никому другому купать нашу двухлетнюю дочь. Даже мне. Поначалу это не казалось мне странным. Он всегда был заботливым отцом. Он возвращался с работы совершенно измотанным, но всегда находил время, чтобы поиграть с Эммой. Иногда он говорил, что купание — это их особая традиция отца и дочери. Но вскоре поведение Эммы изменилось. Каждый вечер, как только Дэниел брал её белое полотенце, моя дочь начинала нервничать. Она подбегала ко мне, крепко обхватывала мои ноги и плакала: — Пусть мама… не папа. В первый раз Дэниел лишь рассмеялся. — Сегодня она просто не в настроении. Ей два года. Завтра она захочет чего-нибудь другого. Но на следующий вечер всё повторилось. А потом произошло снова. Каждый раз Дэниел брал её на руки, относил в ванную и закрывал дверь. Он включал воду, чтобы я не могла услышать, что происходило внутри. Когда я пыталась присоединиться к ним, он вставал перед дверью. — Я сам справлюсь. А ты немного отдохни. Однажды вечером я заметила, как он спрятал в карман небольшую металлическую коробочку. Я спросила, что это такое. Выражение лица Дэниела сразу изменилось. — Это кое-что с работы. — Тогда почему ты берёшь это с собой в ванную? Он несколько секунд молча смотрел на меня. — Я же сказал, что это неважно. В ту ночь я не могла уснуть. Перед глазами постоянно возникало испуганное лицо Эммы. Я вспоминала, как крепко она прижималась ко мне и умоляла не позволять отцу купать её. На следующее утро я заметила красное пятно на её спине. — Что это? — спросила я. Дэниел даже не посмотрел на меня. — Наверное, она поцарапалась во время игры. — Ты не заметил этого, когда купал её вчера вечером? — Нет. Он быстро схватил ключи и вышел из дома. Именно тогда я впервые по-настоящему испугалась. Днём я позвонила нашему педиатру. Медсестра сказала, что в последние недели мы не посещали врача. Я спросила, звонил ли им Дэниел, но она ответила, что не может сообщить мне эту информацию. К тому времени, когда вечером он вернулся домой, я уже решила, что сама искупаю Эмму. — Сегодня это сделаю я, — сказала я, беря полотенце. Дэниел преградил мне дорогу. — Нет, Лора. Его голос звучал спокойно, но лицо было напряжено. — Она и моя дочь тоже. — Я знаю. — Тогда отойди. — Я не могу. Я посмотрела ему в глаза и прошептала: — Что ты от меня скрываешь? Дэниел побледнел. На мгновение мне показалось, что он собирается рассказать мне всё. Но затем он поднял Эмму на руки и отнёс её в ванную. На этот раз он запер дверь изнутри. Через несколько мгновений моя дочь начала плакать. — Больно, папочка… Затем я услышала голос Дэниела: — Я знаю, милая. Потерпи ещё немного. Мама пока не должна знать. Моё сердце едва не остановилось...

Нашла пули внутри винтажного комода Я обожаю спасать старую мебель от свалки. Месяц назад я нашла на сайте объявлений невероятно уродливый комод. Он был покрыт пятью слоями мерзкой масляной краски цвета детской неожиданности, дверцы перекосились, а фурнитура заржавела. Но под этим панцирем из советского ремонта угадывались массивные дубовые щиты и благородная дореволюционная форма. Хозяева отдали мне его за копейки, лишь бы я сама спустила эту тяжесть с пятого этажа. Дома я вооружилась строительным феном, шпателем и мощной химической смывкой. Снятие старой краски — это токсичный и медитативный процесс. Я слой за слоем счищала зеленую, коричневую и белую краску, добираясь до чистого дерева. Когда я начала циклевать массивную боковую панель, шпатель вдруг с металлическим лязгом наткнулся на препятствие. Я подумала, что это глубоко вбитый гвоздь. Взяла узкую стамеску и начала аккуратно расчищать древесину вокруг. Но это был не гвоздь. В плотный дубовый массив глубоко въелся деформированный кусок свинца. Я подцепила его плоскогубцами и вытащила на ладонь. Это была старая пуля. Меня пробрала дрожь. Я начала внимательнее осматривать очищенные панели и нашла еще три таких же характерных глубоких отверстия. Они были искусно замазаны старинной деревянной шпатлевкой и скрыты под краской десятилетиями. Кто-то очень старался стереть следы того, что произошло в комнате, где стоял этот комод. Судя по калибру и патине, пули сидели в дереве со времен Великой Отечественной войны. Первой мыслью было заделать эти жуткие дыры новой современной шпатлевкой, скрыть шрамы и вернуть комоду идеальный вид. Я даже развела состав. Но рука с мастикой зависла над деревом. Замазать эти отверстия означало бы снова спрятать историю, стереть память о том, через что прошла эта вещь и люди, которым она принадлежала. Я приняла другое решение. Я отшлифовала дуб до бархатистого состояния, пропитала его темным льняным маслом, которое проявило потрясающую текстуру дерева. А затем развела кристально чистую ювелирную эпоксидную смолу и аккуратно залила ею пулевые отверстия. Смола застыла, превратившись в прозрачные стеклянные линзы. Теперь этот роскошный дубовый комод стоит в моей спальне. Он безупречно красив, но на его боку навсегда застыли прозрачные шрамы, сквозь которые видна обожженная свинцом древесина. Мы не должны закрашивать боль прошлого масляной краской. Мы должны полировать ее до блеска, чтобы помнить о том, что разрушение можно пережить.

Свекровь пожалела внукам тарелку супа и процедила: "Кормить вас должна родная мать!" Алексей так крепко держал руль, что пальцы побелели. — Бабушка просто разозлилась, Миш, — наконец произнёс он. — Вы здесь ни при чём. — Но она сказала, что не обязана нас кормить, — тихо напомнила Даша. Я обернулась к детям: — Бабушка сказала жестокие и несправедливые слова. Вы ничего плохого не сделали. Мишка прижимал к животу рюкзак с зелёным драконом. — А дедушка один весь суп съест? — Не съест, — ответил Алексей. — Такую кастрюлю одному не осилить. — Значит, суп прокиснет, — рассудительно заключила Даша. Машина неслась по мокрой ночной трассе. До Тулы оставалось около сорока километров. Телефон Алексея почти непрерывно вибрировал: звонила мать, потом отец, потом снова мать. Муж не отвечал. Пришло сообщение от Виктора Андреевича: «Сынок, возвращайтесь. Мать переборщила. Я сам детям суп налью». Алексей прочёл и усмехнулся без веселья. — Теперь он нальёт. — Мы туда не вернёмся, — твёрдо сказала я. — Знаю. И впервые за вечер он посмотрел на меня не как сын Галины Петровны, привыкший разрываться между матерью и семьёй, а как отец, наконец понявший, кого обязан защищать. — Прости меня, Оля. Я должен был сказать окончательное «нет». — Мы оба надеялись, что она изменилась. На заднем сиденье Даша взяла брата за ладонь. — В гостинице нас покормят? — Покормят, — ответил Алексей. — Сегодня вы получите всё, что захотите. До гостиницы дети не выдержали. Увидев вывеску круглосуточного кафе, Алексей свернул с трассы. В зале пахло хлебом, жареным мясом и кофе. Мы заказали детям суп, пюре, котлеты и компот. Миша ел торопливо, будто боялся, что тарелку снова отберут. — Медленнее, солнышко. Никто твою еду не заберёт. Он посмотрел на официантку: — А этот суп можно всем? — Конечно. Всем, кто закажет. — И детям тоже? — Детям в первую очередь. Я отвернулась к окну, чтобы Даша не увидела, как задрожали мои губы. Но я не собиралась так просто всё оставлять...

О КОТИКАХ Сколько себя помню, в нашей семье всегда жили котики — не меньше двех-трёх пушистиков разных цветов. Только я всегда хотела рыжего кота с откормленной наглой мордой или миниатюрную кошечку солнечной расцветки с яркими зелёными глазами. Вот только наш домовой почему-то не жаловал все оттенки оранжевого — рыжие коты в доме упорно не желали заводиться. Семнадцать лет назад мы с мужем и детьми переехали в новый дом. Малознакомый город, новые соседи и длительный декрет навеяли депрессивное настроение, и я стала думать, где бы мне взять котенка. Самое интересное, что собака шла в комплекте с домом. Белоснежная неухоженная двортерьер-болонка новым хозяевам была рада, как и всему населению города. Летом мой папа её обстригал практически налысо, и это чудо радостно гасало по улице, пугая всех соседей своим внешним видом. Зато ей было не жарко, и ежегодную стрижку она воспринимала, как очередной праздник. Как-то мы всей семьёй отправились на вещевой рынок и, проходя мимо одной из палаток, увидели, что на вещах спят три чёрных котёнка. Один из них моментально среагировал на нас и замяукал. Муж купил кошечку за сто рублей. Радовались мы этому чуду где-то год, пока муж не уехал в командировку. Ночка, так кошечку назвали, вечером легла на его подушку, а утром от тоски так и не проснулась. После этого я пару лет никого не хотела. Дети пошли в садик, я устроилась на работу, познакомилась с людьми, обрела подруг. Как-то одна из них пригласила нас с семьёй к себе в гости и там торжественно вручила котёнка. Дети назвали её Мицуки, что с японского переводится как "прекрасная луна". Чтобы не сломать себе язык, не склонный к полиглотству муж окрестил кошку Масей. Оказалось, что и у местного домового есть свои закидоны: больше одной кошки (или кота) он в дом не пускал. Я приносила с улицы бездомных котят, я приносила домой полупородистых котят, я приносила котят, которых мне подарили, домой приносили котят муж и дети — ни один из них больше полу года в этом доме не прожил. Животные просто пропадали, травились или попадали под машину. Одна только Мася жила, как королева и здравствовала. Прожила она у нас лет тринадцать и однажды просто исчезла. Через год другая подруга подарила мне двух котиков. А пару недель спустя муж принёс с улицы котёнка, который мок под дождём. Три кота жили хорошо, отъедались и росли. И вот по весне один из них чем-то отравился, второго сбила машина на трассе. Опять у нас остался один кот. И живёт наш Барсик один в доме, как король. Спит поочерёдно со всеми. Периодически капризничает и шалит. А чтобы утром его выпустили погулять, забирается ко мне под одеяло и начинает кусать большой палец ноги. Но вот в начале января поздно вечером муж приехал забрать меня с работы. Мы услышали на улице лай собак. Я вышла и увидела, что наши маленькие охранницы загнали на дерево кота. Кот смотрел на меня испуганными глазами. Минут через пять я уговорила его спуститься, и выяснилось, что у него капканом перебита лапа. Как он выбрался из него, совершенно непонятно. Рана была абсолютно свежая. Бросать кота в таком состоянии в мороз на улице даже в голову не пришло. Муж лишь пожал плечами. Кот пригрелся и замурлыкал. Я купила антибиотики и новокаин. Оказалось, что кость перебита полностью, и лапка держится лишь на лоскутах кожи. Кота прокололи. Муж держал, а я оперировала. Чуть позже выпал торчащей кусочек кости. Лапка стала заживать. Кот привык, отъелся, получил имя Пират. Барсик принял его появление с философским спокойствием, как внезапный дождик — неприятно, но неизбежно. По весне мы стали открывать дверь, а Пират начал знакомиться с двором и двумя нашими собаками. И всё вроде было неплохо, но тут в один из дней наш котик-инвалид пропал. Я походила по улице, порасспрашивала соседей. Кота никто не видел. Было грустно.

Всё кричат:"Нужно уметь прощать!" И никто даже не заикается о том, что нужно уметь не обижать!

Парные свитшоты для тех, кто нашел своего человека Есть вещи, которые приятно покупать вместе. А есть вещи, которые хочется сделать только для Вас двоих. Вышейте ваши имена, фамилии, дату знакомства или фразу, понятную только Вас. Можно добавить рисунок, фотографию или придумать полностью свой дизайн. И совсем не обязательно делать их одинаковыми - пусть два свитшота дополняют друг друга. Получится ваша маленькая история, которую можно носить каждый день💖 ⚡Создайте свой дизайн и получите кепку или футболку в подарок!⚡ erid: 2W5zFG2935b

Плед от ночных кошмаров светится сам Мой пятилетний племянник после сильной грозы и долгого отключения электричества начал панически бояться темноты. Ситуация дошла до того, что он отказывался заходить в свою комнату без верхнего света, постоянно плакал и просыпался от малейших теней на стене. Психологи советовали сказкотерапию и мягкие ночники, но мальчик продолжал видеть монстров в каждом темном углу. Я решила создать для него персональную магическую защиту, которую он мог бы осязать и контролировать. В зарубежном интернет-магазине я нашла особенную люминесцентную пряжу. Днем она выглядела как обычная грубоватая синтетическая нить бледного зеленоватого оттенка, но стоило ей полежать на солнце, как в темноте она начинала испускать яркое, ровное неоновое свечение. Стоила она невероятно дорого, но я купила пять мотков, добавив к ним несколько килограммов мягкой темно-синей мериносовой шерсти. Я задумала связать большое тяжелое одеяло. Темно-синий меринос должен был стать ночным небом, а светящаяся пряжа — созвездиями. Процесс работы был настоящим испытанием для глаз. Жесткая люминесцентная нить постоянно скрипела на спицах, расслаивалась и путалась с мягкой шерстью. Чтобы контролировать рисунок, мне приходилось вязать в полумраке, периодически подсвечивая полотно фонариком, чтобы убедиться, что звезды формируются правильно. Спустя полтора месяца тяжелый, плотный плед был готов. Я привезла его племяннику днем и мы вместе «зарядили» его, разложив на самом солнечном подоконнике. Вечером, когда пришло время спать, я плотно задернула шторы. Мальчик приготовился плакать, но вдруг замер. На его кровати ярким, успокаивающим зеленым светом горели большие звезды. Я сказала ему, что это волшебная кольчуга. Пока он укрыт этим звездным небом, ни один подкроватный монстр не сможет к нему подойти, потому что они боятся этого света. Он лег, натянул тяжелый шерстяной космос до самого подбородка и впервые за долгие месяцы уснул сам, без включенного ночника. Светящаяся пряжа со временем тускнеет к утру, но этого хватает, чтобы ребенок погрузился в глубокий сон. Иногда для борьбы с детскими страхами не нужны лекарства, достаточно пары спиц и немного накопленного света.

Слyчайно подслyшала однy молодyю мамочкy в салоне красоты. Она истерично кричала в телефон: - Из ванной пропали Краб и Утя! Где они могyт быть?! Где?! Я весь дом обыскала! Как я бyдy кyпать его вечером? Ага, «не кyпай». Если его не искyпать, он не yснет. Нy вот кyда они делись, а? Еще и камеры, как назло, были выключены!!! Услышав про камеры, я рассмеялась, бyдто речь не про резинового yтенка и игрyшечного краба, а про пропавшее ожерелье графини Вандомской из 116 бриллиантов. Впрочем, мамочкy понимаю всем сердцем. Однажды я летела с 2-летним Вовкой от родителей из Иркyтска. Шесть часов лёта. И мне нyжно было кровь из носy yложить Вовкy на дневной сон, иначе он бы всемy салонy показал небо в алмазах. Я сидела возле прохода, дальше маленький Вовка, а возле окна крепкий, гладко выбритый мyжичок средних лет – абсолютно белого цвета. - У меня аэрофобия, - представился он перед взлетом, застегивая трясyщимися рyками ремень безопасности. - А y меня двyхлетка, - парировала я. И про себя подyмала: «Еще неизвестно, комy тяжелее». Первyю половинy пyти мyжик не вставал, не ел, не пил, сидел неподвижно и лишь изредка промакивал носовым платком крyпные капли пота на лбy. Кажется, все его силы yходили на то, чтобы не отдать концы на своем месте 17 F. Вовка в это время бегал по проходy босиком, два раза поел и столько же раз переоделся, потомy что пролил на себя сначала водy, потом сок, три раза сходил в тyалет понажимать «страшнyю» кнопкy, которая засасывает, поиграл с соседской девочкой в гляделки, а потом подошло время его дневного сна. Я достала из рюкзака одеяло – желтое, с медвежатами, которое я специально не стирала, чтобы оно пахло домом. Достала синенький поильник с молоком. Достала книжкy. На книжкy вообще-то была вся надежда. Ничего особенного, обычная бытовая магия (наверное, такая же, как y Краба и Ути). Сначала этой книжкой родители yсыпляли моего старшего брата, потом меня, потом под нее засыпали дети брата, и вот подошла Вовкина очередь. Разбyди меня ночью, я без запинки оттарабаню эти стихи Льва Кyзьмина: В своем домишке древнем, С трyбою набочок, Жил в сказочное время Веселый звездочет… Я читала нараспев, с плавными yбаюкивающими интонациями. Мyжик y окна тоже слyшал. Когда я в третий раз затянyла «В своем домишке древнем…», Вовка, лежавший головой y меня на коленях, перестал ворочаться, выпyстил из рyк поильник и yснyл. Я с облегчением выдохнyла, откинyлась на спинкy и тоже прикрыла глаза. Наверное, я ненадолго задремала, а проснyвшись, обнарyжила yдивительное: сосед поднял свой подлокотник, чтобы Вовке было yдобнее вытянyть на него ножки. Мyжик покойно спал, отвернyвшись к окнy, придерживая рyкой желтое одеялко с медвежатами. - Я впервые заснyл в самолете! – радостно прошептал он, когда мы приземлились. – Спасибо вам! Усыпили не только своего Вовy… - Пожалyйста! – yстало отозвалась я. – Это все книжка. - Да, книжка! - согласился мyжик. – Вы не могли бы ее продать? - Ни за что! – ответила я твердо. – Даже не просите! - Понимаю, - кивнyл мyжик. – Я бы такyю тоже не продавал. Автор: Наташа Волошина

Пышные волосы начинаются не с укладки и даже не с маски. Волосы растут из кожи головы — поэтому ей тоже нужен отдельный уход 💆🏼‍♀️ Розмариновая сыворотка Ambree Professional работает именно с этой зоной. Ниациновый комплекс стимулирует микроциркуляцию у корней волос, а салициловая кислота и пироктон оламин уменьшает жирность кожи головы. Аромат — лёгкий, свежий, немного пряный розмарин. Курс рассчитан на 2–3 месяца, за которые производитель заявляет до +17% активации роста волос 🌿 Средство наносится непосредственно на кожу головы, не оставляет жирности и не требует срочно мыть голову 🔥 🛍 Можно заказать на Ozon: https://tglink.io/d27d5666310aa2?erid=2W5zFGRh6Yh 📱 Амбри́ в MAX (https://tglink.io/84e57097c7ac7e?erid=2W5zFGRh6Yh

Наш водитель подобрал на дороге сбитую собачку. Живую, но не ходячую. То ли травма какая, то ли шок, непонятно. Но не ходит... Показал ветеринару, вроде переломов нет, а ноги все равно не работают. Лежит псинка молча, кушает нехотя. Остренький носик уткнет в лапки и смотрит так из-под бровей, жалобно-жалобно. Он ей в гараже подстилку соорудил, миску с едой рядом поставил. В туалет на улицу регулярно выносил на руках. Вынесет, поставит на лапы, она покачиваясь сделает свои дела, он ее обратно в гараж на теплую подстилочку. Утро начиналось с рассказа о здоровье собаки. Как поела, как посмотрела... Каждый день жаловался мне, переживал, что животинка покалеченная не ходит... Всю неделю. А вчера забыл закрыть гараж, спохватился часа через три, поехал закрывать. Подходит, открывает калитку, тихонько, чтобы не разбудить больную, проникает в гараж. Раненая, беспомощная и почти парализованная собачка аццким вихрем носится по гаражу, гоняя какую-то тряпку по полу. Вы видели, как собаки удивляются? Отвисшая челюсть, глаза-блюдца - это ни фига не метафоры. Увидала его, секунду стояла, отвесив челюсть, потом ноги резко подкосились, тело плюхнулось на пол и с тихим писком, подгребая передними лапами, несчастное существо поползло к своей подстилке волоча задние ноги... - Оскар по ней плачет! Гала Корс

🇷🇺 В России банкиры стали массово подавать в суд на бизнесмена Ивана! ❗️Банкиры возмущены его деятельностью: только за последний месяц благодаря его MAX-каналу более 1000 клиентов досрочно погасили кредиты и ипотеки. Банки терпят колоссальные убытки и требуют запретить канал Ивана: им не нравится, что люди больше не нуждаются в кредитах и могут обходиться без них. Благодаря MAX-каналу Ивана более 5000 молодых семей приобрели собственное жильё без кредитов! Если вы тоже хотите изменить свою жизнь, переходите на его канал, начните всё с чистого листа и навсегда забудьте о кредитах, ипотеках и займах! Сегодня он набирает в свою команду новичков и даёт возможность зарабатывать вместе с ним, количество мест ограничено! ✅ Забудь о кредитах, долгах и нехватке денег - начни жить по-другому! Канал Ивана поможет тебе сделать первый шаг!

У магазина стояла женщина и продавала носки. Уродливые довольно носки, неумело связанные. И очень большие, размера сорок седьмого этак. Стоит и робко держит эти чудовищные носки в руках. Продаёт, значит. А другая женщина шла в магазин, чтобы купить курицу и хлеба. Капусты, свеклы купить. И картошки. И какого-нибудь вкусного печенья к чаю. Ей как раз зарплату дали. Она решила сварить борщ и полакомиться вкусным печеньем. И зачем-то она зацепилась взглядом за эти носки. Вернее, за печальный взор той унылой и бледной дамы, что их продавала. И от некоторой неловкости спросила владелицу носков: «сколько стоит?». Вот за язык словно кто-то потянул! Хозяйка носков стала носки нахваливать несмело. Мол, это носки очень полезные. Они из Джерри. А это ведь лечебная шерсть, собачья-то. Сейчас Джерри сам заболел и ему надо покупать лекарства. Но шерсть собрана ещё когда пёс был здоров, вы не думайте! Это хорошая шерсть и лечебные носки. Купите их вашему мужу, а я смогу купить лекарство для Джерри! Мне не хватает немного… И эта с носками-то расплакалась. Стоит, всхлипывает и трясёт ужасными ластами-носками… Жалкое такое зрелище. Эта Марина не выдержала и купила носки. Сама не зная, зачем. Купила и думает: «что же я делаю? Денег не так уж и много. А главное, куда я их дену? Главное, мужа-то нет у меня!». Это она вспомнила вдруг, что мужа нет. Словно очнулась. А теперь ещё и денег мало осталось. И в руках - страшные носки из неведомого Джерри. Странного вида и цвета детской неожиданности… Марина пришла домой, положила страшные носки в шкаф. А через полгода встретила хорошего мужчину. Любовь свою встретила, свой идеал! И он тоже Марину безумно полюбил. Они стали вместе жить. А ноги у марининого мужа огромного размера. Он и сам огромный такой человек. Вроде Валуева. И носки пришлись впору. В самый раз. Он их носит, когда отопление ещё не включили. Нравятся они ему.

ПЕЧКА Она стояла посреди дома и делила его на две части. В части дома за печкой - была наша территория. А вот перед ней - было царство бабушки. Я очень любила деревенские дождливые дни. Обычно если уж они зарядили - то на несколько дней. В такие дни утром нам позволялось подольше поваляться в кровати, а бабушка топила печь. Уютное тепло растекалось по дому и осторожно прокрадывалось в наш сон. Этим теплом пробуждались запахи предметов, которые хранились на печке, и смешивались с запахом тёплой глины и пыли. Чуть дымный аромат сушившихся антоновки и грибов.. Запах трав, подвязанных к потолку.. Позже к ним примешивался сладковатый запах топлёного молока из печки.. Эти запахи будили нас окончательно. Бабушка никогда ничем не гремела у печи. Обычно громкая и шумная, по утрам она тихонько колдовала за печкой, берегла наш сон. Мы нежились в своём уголке в тепле в ожидании её команды: -Девки, подъём!!.. К этому времени уже всё воздушное пространство дома было съедобным и выбивало обильную слюну. Нас сносило с кроватей, мы на ходу натягивали платья и неслись умываться во влажную прохладу улицы. Пока не умоемся - дедушка за стол не пускал. Печка была протоплена и хранила за чернющей, казалось тогда грязной, заслонкой горшочки и горшки всяких размеров с различными вкусностями.. Самый любимым и ожидаемым был кулеш. Это мучная похлёбка. Сначала в печке томилось мясо или нежные рёбрышки со специями. За это время на сковородке, порой там же в печке обжаривалось сало кусочками до шкварок и лук. Когда мясо было готово, в бульон вводили обжаренные сало с луком и муку. Тут же опускали в горшок колотовку. Делали её из маленьких ёлочек. Брали часть между узлами веток ёлки, получалась палка, а на её конце как бы зонтик их укороченных еловых лап. Всё это приспособление очищалось от коры до белоснежной древесины. Колотовку опускали зонтиком в горшок и крутили её между ладошек - таким образом взбивалось всё содержимое в чугунке, крупные куски мяса разбивались и в похлёбке не было комочков. Кулеш разливался по мисочкам. Был он горячим и ароматным. Вкус бабушкиного кулеша не могут повторить ни моя тётя, ни моя мама. Ничего вкуснее я в жизни не ела.. Бураки.. это похлёбка из молодой свеклы. Прямо с ботвой до листьев. Всё мелко рубилось и опускалось в бульон. Ели это со сметаной.. Капуста.. её как правило бабушка готовила с мясом. Мясо сначала томилось так же как на кулеш, потом к нему добавлялась промытая квашенная капуста. Вкус получался чуть кисловатый, сметана его украшала и делала мягче.. Картошка "галками".. мелкая картошка сначала варилась целиком, на сковородке обжаривалось до шкварок сало, лук, затем там же обжаривался картофель "галками".. С молоком эти галки улетали махом. Яешня.. это омлет. Яйца взбивались с молоком и мукой и заливались в шкварки. Такой омлет можно было есть руками. На десерт бабушка томила яблоки с сахаром в чугунке или глубокой сковороде и пекла ладки. Ладки пеклись из пресного теста в виде маленьких лепёшек. Когда бабушка торопилась или когда вся эта стряпня ей уже надоедала, она пекла ладки на всю сковородку и складывала их стопкой. Они были толстыми, ароматными и нежными. Мы их вместо хлеба лупили. А иногда.. бабушка маленькие ладки складывала в горшочек и заливала сметаной с сахаром и обратно в печь отправляла. Такие ладки просто таяли во рту.. Там же в печке запаривалась нечищеная картошка и каша для поросят в больших чугунах. Иногда мы эту картошку таскали. Была она чуть сладковатой и неимоверно аппетитной. Когда бабушка обнаруживала исчезновение части этой картошки - "поросятами" называли нас. Печка долго хранила тепло. Иногда, набегавшись по стылой сырости, я прибегала в дом, прижималась к печке всем чем могла и грелась.. Вдыхала запах тёплой побелки, наслаждалась теплом дома.. Может быть благодаря этой печке я и люблю до сих пор дождь. И сейчас, спустя много лет, мне хочется сказать нашей печке и бабушке - спасибо. За эти тёплые и вкусные воспоминания

Мурка Это случилось ночью. В темноте папиной и маминой комнаты послышались отчётливые шлепки босых ножек. Маленький Сережа с фонариком подошёл к кровати родителей. Ткнулся носом в тёплое мамино лицо: - Купи кота ,- прошептал он. У Оли душа ушла в пятки. Сквозь сон она слышала, какое-то движение. Свет в глаза и детский шепот разбудили её совсем. - Как ты меня напугал! - сказала она сынишке, - что случилось? - Ма-а-ам, купи кота, - опять сказал малыш тихо. - Какого кота? Спать надо. Давай завтра,а? - А ты купишь? - У тебя много котов, милый,- ответила мама. - Они не настоящие, - насупился малыш. - Серёженька, сынок, ты же знаешь, что у папы аллергия на кошачью шерсть. Давай завтра поговорим, - зевнула мама Оля. - Ладно,- согласился он и поплелся спать. Утром за завтраком, когда родители собирались на работу, а Сережа в садик, ему вспомнился ночной разговор: -Мам, а может, есть не аллергические коты?-с надеждой спросил он. - Нет, сынок, нету,- ответила мама,- ну подумай сам, куда нам в квартиру кота? Везде будет шерсть, папа заболеет. Ты же любишь папу?- говорила она. Папа во время еды всегда молчал. Вот и сейчас, молча, он состроил Серёже смешную рожицу и подмигнул. Малыш понял, что папа придумал что-то секретное и улыбнулся. Вся неделя прошла относительно спокойно. Мальчик приходил из садика и играл со своими игрушечными котами. Дело в том, что он их очень любил и у него была целая коллекция: мягкие, фарфоровые, пластмассовые и даже один заводной. - Скоро у вас будет новый друг, - говорил он им,- подождите немного, до воскресенья. Мама радовалась, что он забыл о настоящем коте. Она не слышала его разговоров с игрушками. В долгожданное воскресенье маленький Сережа с утра был какой-то серьезный и нетерпеливый одновременно. Сразу после завтрака он то и дело посматривал на папу. Наконец, папа объявил маме: - Милая, а не сходить ли мне сегодня на прогулку с сыном? А ты бы отдохнула. - Конечно, сходите,- согласилась она. Папа Максим помог одеться Серёже и оделся сам . Из квартиры они вышли держась за руки и довольно улыбаясь. Мама принялась за домашние дела. Время шло к обеду. Суп был уже готов, дома убрано, а ребят ещё не было. Женщина позвонила мужу и услышала, что они уже у дома, с сюрпризом. Она обрадовалась и пошла в прихожую встретить своих мальчиков. Села на пуфик и стала ждать. В замке послышался звук поворачиваемого ключа. Она встала и в ожидании сложила руки на груди. Дверь открылась и на пороге появились Максим и Сережа. Сын с радостным лицом поглядывал на папу. У того под курткой что-то зашевелилось. И, о Боже, наружу появилась страшная лысая голова. Она была мухортая, с огромными ушами и глазами навыкате. - Мау! - Мама, мама! Мы купили кота!- весело заверещал малыш. - Не кота, а кошку, - сказал папа,- котов не было. Мама Оля от удивления села обратно и то и дело открывала и закрывала рот, не зная, что сказать. Кошке тем временем стало жарко и она начала выбираться из под папиной куртки. Сначала показалась одна лапка, похожая на человечью руку, потом другая. А потом папа расстегнул замок и появилось туловище в вязаной зелёной кофте. - Её Мурка зовут,- сказал Сережа, - а без кофты ей холодно, она же лысая. Мама, у папы нет аллергии на лысых кошек. Прошёл месяц. Мама потихоньку привыкала к Мурке. А та в свою очередь выбрала её своей любимицей. Ходила за ней по дому, терлась о ноги и говорила: - Мау! Мурка оказалась прожерливойи за время проживания в семье прилично потолстела. Мама с папой озабоченно переглядывались. Ещё через пару дне в их комнату убежал радостный Сережа: -Мама, папа, у нашей Мурки родились котята! На удивление родители тоже обрадовались, ведь они успели полюбить кошку. Малыши оказались не такими страшненькими как мама. На них почти не было складочек и они были нежно-розового цвета. Через некоторое время по дому бегали шесть лысых котят, одетые в разноцветные комбинезончики. Сережина мама сделала их из старых детских носков. Она просто вырезала дырочки для лапок и

На поминках мужа в зал ввалилась беременная от него девица и потребовала долю в квартире — и тут поднялась моя свекровь. — Тамара Ивановна, вам компот налить? — Не надо. — Тамара Ивановна, вот пирожок, вы с утра ничего. — Отстань. Она сидела на противоположном конце длинного стола, — в чёрном платье, в чёрном платке, — и не смотрела в мою сторону. За все пятнадцать лет она в мою сторону смотрела ровно столько, сколько нужно, чтобы уколоть, — и ни секундой больше. Сейчас, — не смотрела вообще. Как будто меня в зале не было. Ресторан «У Николая», банкетный зал на втором этаже, — Дима любил это место, тут мы юбилей его сорокапятилетия отмечали два года назад. Двадцать три человека родни, коллеги с кафедры, — восемь его аспирантов, декан. Стол на всю длину зала. Кутья, блины, кисель. Портрет в рамке на стуле в торце стола, — я сама вчера выбирала фотографию, — он на ней в свитере, смеётся, — Лондон, две тысячи двадцать первый, конференция. Мы туда вместе ездили. Одна такая поездка за всю жизнь. — Наташ, ты сядь. Ты стоишь всё. Это Лена, моя двоюродная. Единственная, кто вообще ко мне обращался. — Сейчас сяду. Я не могла сесть. Если я сяду, — я закрою глаза, и меня отпустит контроль. А я держалась ровно с четверга, — с того утра, когда он не проснулся. Инфаркт. Пятьдесят два года. Ходил на беговую дорожку три раза в неделю, — не курил, не пил, ел один творог с ягодами. Никто не понял, — врач тоже. «Индивидуальная особенность сердца». Три слова. Я его два дня в морге видела. А сегодня в землю. Я держалась. — Мам, ты держись. Это старший, Артём. Двадцать один год, четвёртый курс. Стоял рядом, — в чёрном пиджаке, взятом у дяди, — рукава коротки. Младший, Мишка, — восемнадцать, — сидел за столом и смотрел в одну точку в скатерть. — Держусь, сынок. Тамара Ивановна за своим концом стола отпила из рюмки. Кагор. Не чокаясь. Молча. Она меня ненавидела с первого дня. Я приехала в Москву из-под Рязани, — из посёлка Пронск, — училась на филфаке, работала в общежитской столовой посудомойкой на полставки. Дима был на кафедре истории, только защитил кандидатскую. Мы познакомились в библиотеке, — я ему на голову том Ключевского уронила, — потом полтора года встречались, потом он повёл меня знакомить с матерью. Она посмотрела на меня в прихожей своей квартиры на Фрунзенской. Оглядела. Сказала Диме, не мне: — Дима. Ты уверен? Она даже туфли ставить не умеет. Смотри, как поставила. Я в тот день носила туфли своей соседки по общаге, — на размер меньше, — жали как кандалы. Я их сняла и в носках так и просидела весь ужин. Она мне через стол сказала: — В нашей семье к столу выходят в обуви. Дима молчал. Дима вообще при матери молчал, — всю жизнь. Он её боялся до пятидесяти лет, — как боятся дети. Его батя ушёл, когда ему было четыре, — Тамара Ивановна одна тащила, — заведовала кафедрой в педагогическом, аспирантов гоняла, — Диму держала железной рукой. Пятнадцать лет она мне через стол на семейных ужинах говорила: — Наталья, у нас так не принято, чтобы жена мужу тарелку не подавала. — Наталья, у профессора жена должна английский знать хотя бы на бытовом. — Наталья, ты бы к парикмахеру сходила. У тебя сельский вид. Я молчала. Пятнадцать лет молчала. Один раз, — на пятилетие нашей свадьбы, — я ей ответила. Она сказала за столом: — Дима мог бы и получше найти. Я сказала: — Дима нашёл ту, которая его любит. Это, наверное, важнее. Она мне полгода потом не звонила. Дима меня попросил извиниться, — я извинилась. Через полгода мы возобновили ужины. И шпильки продолжились. Сегодня на кладбище она стояла с той стороны могилы. Я — с этой. Между нами — четыре метра сырой глины и он. Она не подняла на меня глаза ни разу. Даже когда мы кидали землю. Даже когда её под руки вели к машине, — она отвернулась в другую сторону, чтобы меня не задеть взглядом. Сейчас, в ресторане, — то же самое. — Мам. Мам, слушай сюда. Артём сжал моё запястье. Я подняла голову. К нашему столу подходила женщина. Молодая. Лет двадцать пять...

Нас в семье было двое. Сестра родилась на 1,5 года позже меня. В то время детей не считали пупом Земли, главными были взрослые. Закатить истерику на улице в голову не приходило ни в каком возрасте. Тем более, что-то требовать в магазине. Но дома мы дрались. Разница в возрасте получилась небольшая, играли вместе, а где общие интересы, там и разборки. Без воплей и слёз не обходились. Срочно требовалась именно та игрушка, которой завладела сестра. Обделённый ребёнок рыдал на всю квартиру. Разумные доводы не действовали. Моя мама (педагог, преподаватель института) долго в объяснения не вдавалась. Не наказывала, тем самым не давая повода раскрутить горе-горькое на полную катушку. Стоять в углу и там исходить соплями от жалости к себе. Мудрая мама поступала иначе. Мама сочувствовала: - Ты тоже хочешь поиграть с этой куклой? - Аааааа, она не даёт! - Тебе обидно, будешь плакать? - Даааааа! Ыыыыыыы... - Хорошо, плачь! Иди на кухню, садись и плачь. Сколько тебе надо времени, пять минут или десять? - Десять! Ааааа! - Я ставлю часы, когда стрелка дойдёт сюда, значит пора заканчивать. Помню свои ощущения - никакого блаженства. Одно дело, когда отругали, наказали - святое дело сообщить всему миру о творящейся несправедливости. Совсем другое, когда разрешили реветь в своё удовольствие. Время тянулось, слёзы не выдавливались, стрелка двигалась еле-еле. Я рыдала непонятно зачем и для кого, завидуя сестре, которая играла в комнате: - Мама, сколько мне осталось плакать? - Ещё две минуты! - Аааа, ыыыыыы! - Мама, я больше не хочу! - Всё, наплакалась? Иди играй! Ну, наконец-то! Я бегом бросалась к игрушкам, забывая про ту куклу, с которой начала истерику. В доме долго царили мир и покой. Ссориться желания не было. Вдруг опять придётся рыдать целых десять минут? Откуда взять столько слёз? Заканчивать на середине - тоже не дело, если разрешили истерить по полной программе. Вроде, как не оправдала доверия. Зачем начинала? Всем нам иногда требуется выплеснуть эмоции. Поругаться, поссориться, поорать. С возрастом человек учится контролировать дурное настроение. Ребёнок ещё справляться не умеет. Мама нами дирижировала. С одной стороны - разрешала рыдать, чтобы снять стресс, а с другой - устанавливала рамки, не давая капризу перерасти в полноценную истерику. Которую добром не остановить. Метод я успешно применяла со своими детьми. Действовал безотказно. Lidia Caplencova

Я усыновила близнецов, которых нашла брошенными в самолёте — их мать появилась спустя 18 лет и принесла документ.... Мне 73 года, и я хочу рассказать, как горе подарило мне второй шанс стать матерью. Восемнадцать лет назад я летела домой, чтобы похоронить свою дочь, погибшую в автокатастрофе вместе с моим внуком. Внутри меня была пустота, и я почти не замечала суеты в трёх рядах впереди, пока плач не стал невыносимым. Два младенца — мальчик и девочка, не старше шести месяцев — сидели одни в креслах у прохода. Их лица были красными от плача, маленькие руки дрожали. Пассажиры шептались: «Кто-нибудь может уже их успокоить?» «Они отвратительные». Стюардессы проходили мимо с вежливыми, беспомощными улыбками, но никто не останавливался. Каждый раз, когда кто-то приближался, дети вздрагивали. Молодая женщина рядом со мной осторожно коснулась моей руки и прошептала: «Кто-то должен проявить человечность. Этим детям нужна помощь». Я посмотрела на них — они тихо всхлипывали, будто уже сдались — и прежде чем успела передумать, я встала. В тот момент, когда я взяла их на руки, всё изменилось. Мальчик уткнулся мне в плечо, дрожа. Девочка прижалась щекой к моей и вцепилась в воротник. Их плач мгновенно прекратился. Весь салон погрузился в тишину. Я крикнула: «Есть ли на борту мать этих детей? Пожалуйста, если это ваши дети — подойдите». Никто не ответил. Никто не сдвинулся с места. Женщина рядом со мной тихо сказала: «Вы их только что спасли. Вам нужно оставить их себе». Когда мы приземлились, я сразу передала детей службе безопасности аэропорта. Социальные службы обыскали весь аэропорт. Никто не объявился. Никто даже не искал их. На следующий день я похоронила свою дочь и внука. Но даже в самом глубоком горе я не могла перестать думать о тех крошечных лицах. И я пошла в социальные службы и сказала, что хочу их усыновить. Через три месяца я стала их матерью. Я назвала их Итан и Софи. Они дали мне причину продолжать жить, когда я сама уже не хотела. Я вложила в них всё. И за 18 лет они выросли необыкновенными людьми — Итан стал человеком, стремящимся к справедливости, а Софи — умной и глубоко доброй девушкой. Моя жизнь снова стала цельной. Но на прошлой неделе всё изменилось. В дверь постучали. На пороге стояла женщина в дорогой одежде, окружённая запахом дорогих духов. «Здравствуйте, Маргарет», — спокойно сказала она. — «Я Алисия. Мы встречались в самолёте 18 лет назад». У меня всё внутри оборвалось. Это была та самая женщина, которая тогда убеждала меня помочь детям. «Вы сидели рядом со мной…» — прошептала я. «Да», — ответила она и вошла без приглашения, оглядывая фотографии на стенах — выпускные, дни рождения, жизнь, которую мы построили. И затем она сказала то, что стало ударом: «Я также мать тех близнецов, которых вы забрали из самолёта». «Я пришла увидеть своих детей». Позади меня Итан и Софи замерли на лестнице. Сердце заколотилось. «Вы их бросили», — сказала я дрожащим голосом. — «Оставили одних в самолёте». Её лицо не изменилось. «Мне было 23. Я была напугана. У меня была возможность, которая могла изменить мою жизнь. Я не планировала близнецов». Пауза. И холодно: «Я видела вас. В горе. Разбитую. И подумала, что вы нуждаетесь в них так же, как они — в ком-то». У меня перехватило дыхание. «Вы всё подстроили…» «Я дала им лучшую жизнь, чем смогла бы сама», — сказала она, доставая толстый конверт. Её тон стал жёстким: «Я слышала, у них всё хорошо. Отличные оценки. Стипендии». «Мне нужно, чтобы они подписали один документ». И это был не просто документ — это было требование признать её их законной матерью… И причина, по которой она вернулась спустя 18 лет, шокирует нас всех…😳

В первую брачную ночь свёкор передал невестке восемьсот тысяч долларов и едва слышно произнёс: «Уходи из этого дома, забирай деньги и забудь обо всём. Если останешься здесь — можешь не дожить до утра. Они уже приехали» — Кто приехал?.. — растерянно спросила невестка. Но спорить со свёкром она не стала и немедленно покинула дом. Именно это решение невероятным образом спасло ей жизнь. Когда последние гости наконец разъехались и огромный загородный дом почти опустел, Белла осталась одна в спальне на втором этаже. Часы показывали далеко за полночь. После целого дня на высоких каблуках ноги гудели, а в голове всё ещё звучали музыка, громкие тосты и бесконечные поздравления. Свадебное платье она бережно сняла и аккуратно разложила на кресле. Белла надела лёгкий шёлковый пеньюар и подошла к зеркалу. Из отражения на неё смотрела уставшая, но по-настоящему счастливая молодая жена. На пальце мерцало золотое кольцо. Роскошное торжество на сотню приглашённых, состоятельные родственники мужа, начало новой жизни — всё происходящее до сих пор казалось ей прекрасным сном. Жених отправился проводить последних гостей, но отсутствовал уже больше двадцати минут. Белла терпеливо ждала его, погружённая в радостные мысли. Неожиданно в двери повернулся ключ. Она обернулась, уверенная, что вернулся муж. Однако на пороге появился совсем другой человек. Это был её свёкор. Не произнеся ни слова, он вошёл в спальню, плотно прикрыл дверь и запер её изнутри. Белла инстинктивно запахнула халат на груди. Мужчина выглядел совсем не так, как несколько часов назад. Исчезли улыбка, спокойствие и доброжелательный тон. Он быстро подошёл к столику возле окна и бросил на поверхность толстую пачку купюр. Следом появилась ещё одна. Затем третья. Пачки ложились на стол одна за другой. — Здесь восемьсот тысяч долларов, — тихо сказал он. — Забирай всё. Белла неподвижно смотрела на деньги, совершенно не понимая происходящего. — Быстро переодевайся, — продолжил свёкор, избегая её взгляда. — Выходи через заднюю дверь и беги отсюда. Немедленно. В тот же миг...

Материнское сердце Материнский инстинкт. Чувство знакомое, наверное, многим матерям. Хочу рассказать вам несколько случаев, которые произошли в моей семье. Мне 4 года, тихий час, лето, я дома, мама полощет белье в ванной, я просыпаюсь и тихо иду в зал. Там меня ждет большой, разноцветный мяч. Работает старая стиральная машинка, ещё такая круглая с верхней загрузкой, может, кто помнит, т.е. достаточно шумно. Ванную прохожу тихо, но дверь и так закрыта, если мама увидит - уложит обратно в кровать. Захожу в зал, забираюсь на мяч. Со слов мамы. Почувствовала, что стало тихо, машинка работает, но что-то тревожит, выхожу из ванной, в детскую (она находится ближе к ванной) не иду, сразу в зал, там ты стоишь, ртом хватаешь воздух, лицо и майка всё в крови. В итоге травм.пункт, скобы, шрам, сотряс - ударилась об батарею. Мама почувствовала опасность, даже через шум машинки. В 16 лет возвращаемся с подругой с дискотеки из соседнего села. Проселочная дорога, выезжают старые жигули, играет музыка громко, чисто на инстинкте тяну подругу в кусты. Машина проезжает мимо и останавливается метров через сто, выходят лица мужского пола, переговариваются на тему, куда мы могли деться. Отсиделись с подругой, потом кустами да высокой травой добрались до деревни, у подхода встретила мать с прутиной. Отходила нас обеих. Знала, что я должна остаться у бабки, но стало тревожно, не смогла уснуть, позвонила, узнала, что меня нет. В итоге пошла на поиски. Второй курс университета. Я решила покрасить волосы в первый раз, уж не знаю, было ли это связано с краской или что-то другое, но ночью мне резко стало плохо: высокая температура, рвота, несколько бригад скорой помощи. Лишь третий фельдшер ставит укол, предлагает ехать в инфекцию, соседка по комнате, с моего мобильника звонит маме. Мама не спит, за несколько минут до звонка упала полка с книгами, по которым я готовилась к экзаменам (бессонные ночи и слезы лила над ними). Первый брак сестры, мама не спит, уже глубокая ночь, но ей тревожно, спешно одевается, едет к ней, в эту ночь моя сестра стала вдовой... УЗИ, долгожданный ребенок, можно определить пол. Мальчик. Приезжаю к маме, сидим, пьем чай, я говорю ей, что будет мальчишка, мол, пускай дед (папа) удочки готовит. А мама упрямо говорит, что будет девочка. УЗИ до последнего определяло мальчишку, в итоге - дочка. Август 2008 года, 8 утра, говорю мужу после кесарева: "Маме пока не звони, я потом позвоню и скажу сама". Мама звонит через час мужу и спрашивает, правда ли я родила. Ей приснился сон, что я стою с ребенком под балконом квартиры и поздравляю её с внучкой. Это лишь то самое яркое, что я смогла вспомнить сейчас. А потом, признавайтесь, были ситуации, когда вы что-то хотели скрыть от мамы, а она начинала разговор и подводила вопрос именно к этой теме? Ну, не мистика ли материнское сердце? Уверена, у многих есть похожие истории, может, кто-то захочет поделиться в коментах. Лично мне будет очень интересно.

А мы в их возрасте... Я смотрю сейчас на своих внуков и думаю: "Какие они спокойные "лапочки", только компом разреши пользоваться, будут дома без вылазно сидеть!'... А мы в их возрасте и с сарая вниз головой прыгали, одного пацана еле откопали потом, карбид вводу бросали, в костре шифер жгли, из речки летом не вылазили, тонули по нескольку раз, на плотах самодельных плавали, стрелы и луки делали и соревновались в стрельбе (мне чуть в глаз не попали) и ещё такое творили....!!! Как только выжили?! *** Так сложилось,что в детстве я играла только с мальчиками, приятелями моего брата,который старше меня на 4 года. Чего мы только не делали: дымовушки, пугачи, карбид взрывали... Из рогатки я стреляла лучше всех, залезала на высоченные тополя, крутила "солнце" на качелях. У меня напрочь отсутствовало чувство страха и инстинкт к самосохранению. Мама не знала что со мной делать. Я обожала крутиться возле отца, когда он ремонтировал машину, знала название всех деталей и комплектующих... Сейчас, когда кому-нибудь рассказываю об этом, никто не верит, потому что выросла я в женственную тётеньку с тихим голосом,и интелегентной профессией. Но иногда так хочется снова в своё бесшабашное детство,.. К слову,моя дочь в детстве была ребёноком довольно спокойным, и я наконец-то поняла,что чувствовала моя мамуля, имея такую непоседу как я.. *** Я была очень послушным ребёнком, но самым маленьким на нашей улице, поэтому старшие ребята меня таскали везде с собой: родители работали, а бабушка вела хозяйство, ей некогда было. Поэтому меня брали то на охраняемое колхозное поле –– морковь воровать, то на стройку – в казаки-разбойники играть, много чего!…. И однажды я упала на стройке со сложённых штабелями строительных плит. Ребята помогли выбраться и отнесли меня домой. Так мама сначала меня отлупила, а потом бросилась на руках со мной в травмпункт!🤣🤣🤣

Залила следы ушедшей собаки смолой Наш золотистый ретривер прожил в семье четырнадцать прекрасных лет. Когда ветеринар тихо сказал, что лечение больше не поможет и нам осталось всего несколько дней, мой мир рухнул. Я не могла представить, как буду возвращаться в пустую квартиру и не слышать привычного цоканья когтей по паркету. Мне отчаянно хотелось сохранить что-то осязаемое, физическое доказательство того, что он был с нами. Обычных фотографий в телефоне казалось катастрофически мало. Я поехала в художественный салон и купила большой брикет самозатвердевающей скульптурной глины. Дома я раскатала ее в толстый, ровный круг. Пес тяжело дышал, лежа на своем любимом коврике. Я аккуратно взяла его большую, теплую лапу и с силой, но очень бережно, вдавила ее в мягкую влажную массу. Он не сопротивлялся, лишь посмотрел на меня своими мудрыми глазами. На глине остался идеальный, глубокий отпечаток всех его подушечек и коготков. После его ухода я не могла подойти к этому глиняному диску целый месяц. Он высох, стал твердым как камень, края немного потрескались, и он медленно покрывался пылью на подоконнике. Наконец я нашла в себе силы завершить начатое. Оставить просто серый кусок глины казалось неправильным. Я развела прозрачную ювелирную эпоксидную смолу и добавила в нее каплю золотого перламутрового пигмента. Я медленно залила эту густую золотистую массу прямо в углубления отпечатков. Смола заполнила каждую микроскопическую трещинку, каждую неровность, которую оставила собачья лапа. Когда химическая реакция завершилась и смола затвердела, я долго шлифовала поверхность мелкой наждачной бумагой, пока она не стала идеально гладкой. Получился невероятной красоты медальон. На матовом сером фоне застыли сверкающие янтарные следы. Они выглядели так, словно были отлиты из чистого жидкого света. Я положила этот тяжелый каменный круг на свой рабочий стол. Теперь каждый раз, когда меня накрывает тоска, я просто кладу свои пальцы на эти гладкие смоляные подушечки. Они всегда остаются прохладными и твердыми, но дают мне огромное утешение. Рукоделие умеет не только украшать жизнь, оно умеет консервировать нашу любовь, превращая невыносимую боль в застывший янтарь.

Приехала на дачу без предупреждения и застала их за обедом: близнецы ели пирожки с виноградом, а мою Алису посадили отдельно на табурет и поставили перед ней овсянку на воде. В столовой мгновенно воцарилась такая тишина, что с веранды отчётливо донёсся дребезг расшатанной полки старого холодильника. Родные внуки моей свекрови, близнецы, замерли с ложками в руках. А Алиса сидела возле буфета на маленьком табурете — не вместе со всеми за столом, а словно была временной воспитанницей в чужом доме. Перед ней стояла тарелка жидкой овсяной каши на воде. На общем столе красовались запечённая курица, румяные пирожки, салат из огурцов с укропом, большая ваза с виноградом и графин домашнего компота. Настоящее полотно под названием: «Родные обедают, остальные смотрят». — Марина, — сухо сказала Тамара Петровна, не спеша поворачиваться ко мне, будто я была не матерью троих детей, а курьером, который привёз воду не к назначенному часу, — воспитанные люди заранее сообщают о своём приезде. — А невоспитанные, получается, сортируют детей? — спросила я, заходя в комнату. — Вот и пытаюсь понять, кто из нас сегодня проявил себя ярче. — Марина, — свекровь натянуто улыбнулась и поправила салфетку возле тарелки маленького Тёмы, — ты, как обычно, появляешься театрально и совершенно не вовремя. Мы обедаем. У Алисы специальный рацион. — Специальный? — переспросила я, подходя к дочери. — Теперь это называется именно так? Надо запомнить. Курица предназначена семье, а овсянка на воде — дополнительному приложению к ней. Но это еще не все... Наконец, моя дочь выдавила из себя...

Вы думаете, что этот мир держится на трех слонах? У вас устаревшие данные. Этот мир держится на бабуленьках. Даже не спорьте сейчас. Тшш. Вот вы едете в автобусе, например. Где бабуленька? Вон она. Впереди всегда есть бабуленька, даже несколько. В разноцветных беретках, как грибочки. Вы в поликлинике? Там ваще их портал. В магазине? Вон она, подозрительно смотрит на пакет молока. В конце концов, у пакета сдают нервы и он пищит: -Чесслова, еще утром мычало! -Ой, ну я не знааааю. Бабуленьки - это такие изюмистые молекулы почт, ЖЭУ, аптек и прочих учреждений. Это теплые пуховые столпы этой Вселенной. Ее защита. Пока в мире есть хоть одна бабулька, все будет хорошо. Рикошетом отскочут все кометы и метеориты, злые нехорошие инопланетяне сдохнут от запаха оладушек, все черные дырочки космоса будут бережно и красиво заштопаны. -Баааб, ну так модно щаз! 😭 -Модно ему, ишь. Зато теперь не поддувает. Берегите бабуленек, и тогда они нам свяжут длинную-предлинную субботу с воскресеньем, а понедельник распустят. Когда вырасту, обязательно стану бабуленькой, надену чунечки и буду шаркать по Млечному пути. Шур-шур, шур-шур. Платочком стеклышки в телескопах учёным протирать. Пущай смотрят, может найдут Его наконец.

«У нашей воспитательницы дома есть девочка, которая точно такая же, как я» Каждый день по дороге из детского сада моя дочь говорила одну и ту же фразу. Не капризно. Не играючи. Спокойно, как будто рассказывает, что на полке стоит кружка. — Мама, у нашей воспитательницы дома есть девочка, которая точно такая же, как я. Сначала я улыбнулась. Так улыбаются взрослые, когда внутри уже неприятно, но очень хочется сделать вид, что ничего страшного не происходит. Полина сидела сзади в своём кресле, болтала сапожком и смотрела в окно, где по стеклу ползли мокрые мартовские разводы. Ей было четыре. В этом возрасте дети ещё не умеют врать красиво. Зато умеют замечать то, что мы отгоняем от себя неделями. — Что значит «точно такая же»? — спросила я тогда. Она пожала плечами, будто я задаю странный вопрос. — Глаза такие же. Нос такой же. И волосы. Тётя Лена сказала, что мы просто как две капли воды. У меня так сжались пальцы на руле, что потом ещё долго болели костяшки. Мы отдали Полину в домашнюю группу только осенью. До этого тянули, как могли. То свекровь помогала, то я брала работу домой, то мы с мужем, как тысячи семей, делали вид, что ещё немного — и всё само наладится. Не наладилось. Денег меньше не становилось, работы тоже. Свекровь всё чаще жаловалась на давление. И когда подруга посоветовала женщину, которая берёт только троих детей, готовит сама, держит квартиру в идеальном порядке и всегда на связи по камерам, я, честно, выдохнула. Квартира у Лены была обычная: старый дом, узкий коридор, коврик у двери, чайник на плите, детские рисунки на холодильнике. Именно это и успокоило меня больше всего. Не глянец. Не показуха. А ощущение, что здесь живут по-настоящему. Первые недели я заглядывала в камеры каждые двадцать минут. Потом реже. Полина ела, спала, лепила, смеялась. Иногда я опаздывала из офиса, и Лена без единого упрёка кормила её ужином. Муж говорил, что мне наконец повезло. А потом начались эти слова про девочку. Не один раз. Не два. Каждый вечер — почти одинаково, с той же серьёзностью, от которой хочется не спорить, а слушать. Я сказала мужу. Он рассмеялся сразу. Слишком быстро. — Поле четыре года, — ответил он. — Дети вечно что-то придумывают. Я кивнула, потому что в браке иногда легче кивнуть, чем признаться, что тебя уже трясёт от одной детской фразы. Но через несколько дней Полина сказала другое. Тихо. Без жалобы. Почти шёпотом. — Мне больше нельзя с ней играть. Я посмотрела на неё в зеркало. — Почему нельзя? — Тётя Лена сказала, что мне туда нельзя. И к ней тоже нельзя. В тот вечер я почти не спала. Рядом сопел муж, на кухне тикали дешёвые часы, а у меня внутри росло то самое чувство, которое женщины слишком хорошо знают: когда у тебя ещё нет фактов, но тело уже поняло правду раньше головы. Через три дня я ушла с работы раньше. Никому ничего не сказала. Ни Лене. Ни мужу. Даже себе не призналась, что еду не «просто проверить», а потому что мне страшно. Во дворе, за мокрой металлической горкой, играла девочка в розовой шапке. Одна. Лена её не видела. Я увидела сразу. И у меня внутри как будто что-то оборвалось, потому что это был не «похожий ребёнок» и не детская фантазия. Это было лицо моей дочери. Те же большие глаза. Тот же тонкий нос. Та же линия подбородка, которая в нашей семье всегда бросалась в глаза на старых фотографиях. Девочка подняла голову, и в этот момент я поняла самое страшное: я уже где-то видела этот взгляд. Не у Полины. У человека из семьи моего мужа. Я не вошла сразу. Сначала достала телефон. А потом заметила на подоконнике в кухне то, чего раньше там точно не было. Старую фотографию в тёмной рамке. На ней стояли мой муж, его мать… и эта девочка. Скажите честно: вы бы вошли в тот дом сразу — или сначала проверили бы, кто ещё все эти месяцы молчал?

Случай из практики в реанимации После института попал на практику. Однажды привозят парня — жертва несчастной любви. Весной таких, честно говоря, немало: эмоции зашкаливают… Его откачали, капельницу поставили, а он всё кричит, что жить без неё не может. В общем, пришлось зафиксировать ремешками — для безопасности. Поручили мне перевезти его в другое отделение. Он по дороге не умолкает, нервы у всех на пределе. Ну и не выдержал я: «Жить не хочешь? Ладно, будешь донором органов!» — и на секунду отсоединил капельницу. Действие-то безобидное, но эффект — огонь Дальше — лучше. Подходим к лифту. Меня спрашивают: «Наверх или в морг?» Я спокойно: «В морг». Парень побелел, начал кричать про врачей-убийц, про заговор и про то, что сейчас у него органы вырежут… А все вокруг только успокаивают: «Это не больно, потерпи» Когда доехали до палаты, он уже лежал тихий, белый и абсолютно покорный судьбе. Больше попыток свести счёты не было. Вот такая получилась «шоковая терапия» А у вас бывали истории, где юмор (пусть и чёрный) неожиданно становился лучшим лекарством? Пишите в комментариях —

При разборе старых досок обнаружили гнездо малышей. Подскажите, пожалуйста, кто это?

🔥Ликвидация мебели в интернет-магазине НОНТОН🔥 Cуперскидки до 70% на остатки мебели!🚀 Диваны, кресла, столы, комоды и другие товары по рекордно низким ценам — в считаных экземплярах. Если нашли мебель, которая вам подходит — забирайте сейчас, завтра её может уже не быть — смотрите каталог здесь! После продажи последней единицы предложение исчезнет.

Спасла уличных котов вязаными коконами Зима 2022 года выдалась в нашем регионе аномально холодной. Температура неделями держалась на отметке минус 25 градусов. В нашем районе жили несколько бездомных котов, которые обычно спасались в теплых подвалах. Но в декабре управляющая компания решила заварить все вентиляционные окна металлическими решетками. Коты остались на улице в ледяном аду. Я не могла взять их домой из-за сильной аллергии у ребенка, но и смотреть, как они замерзают, было выше моих сил. Я решила использовать свои навыки вязания крючком. Обычные картонные коробки быстро размокали от снега, а пледы замерзали в ледышку. Мне нужна была непробиваемая конструкция. Я купила на оптовой базе 10 килограммов самой толстой и дешевой акриловой пряжи и несколько мотков грубой джутовой веревки. Я вязала огромным крючком номер 12. Соединяла вместе три нити акрила и одну нить джута для жесткости каркаса. Я вывязывала плотные, толстые коконы, похожие на закрытые гнезда или кувшины с небольшим круглым отверстием для входа. Толщина стенок получалась около 4 сантиметров. Но вязаный материал все равно пропускал ветер и влагу. Тогда я применила строительную хитрость. Я купила баллончик с жидкой резиной, которой обрабатывают днища автомобилей, и щедро покрыла дно и нижнюю часть стенок каждого кокона снаружи. Резина застыла, превратив вязаные домики в абсолютно непромокаемые капсулы. Внутрь я положила слой старого синтепона. Я связала 6 таких коконов за неделю каторжного труда. Мои кисти ныли от напряжения, потому что вязать джут невероятно тяжело. Ночью я вынесла эти гнезда на улицу и закрепила стяжками на толстых трубах теплотрассы за гаражами. Утром я пошла проверять свою работу. В пяти из шести коконов мирно спали коты. Акрил отлично держал их собственное тепло, джут не давал конструкции осесть, а резиновое дно защищало от влаги с труб. Дворники дважды пытались выбросить мои постройки на помойку, считая их мусором. Но после того, как я устроила громкий скандал при поддержке еще трех соседок, они отступили. Весной я сняла эти домики, постирала их из шланга и убрала в кладовку до следующих холодов. Рукоделие может быть не только уютным хобби для создания красивых салфеток. Иногда толстый крючок и моток дешевой пряжи — это вопрос жизни и смерти для тех, кому больше не на кого рассчитывать.

КУХНИ И МЕБЕЛЬ НА ЗАКАЗ ОТ ПРОИЗВОДИТЕЛЯ! 🔥 Доверяем клиентам, предоплату не берём, платите только при получении мебели! Изготавливаем также шкафы, прихожие, гостиные. Скидки Новосёлам👌🏻 ✅ Оплата только при получении мебели ✅ Срок изготовления - от 14 дней ✅ Опыт работы более 20 лет ✅ 3D проект ✅ Бесплатный замер ✅ Рассрочка ✅ Качественный материал 👉 Загляните в нашу группу ВК https://vk.ru/kuhni_dla_ludey, чтобы увидеть реальные работы, почитать отзывы и посмотреть, как рождаются ваши будущие кухни, шкафы и не только, на нашем производстве. А на сайте https://vk.cc/d0hZVn вы можете всего за пару кликов узнать стоимость своей мебели по индивидуальным размерам. Попробуйте наш удобный 3D-конструктор — создайте кухню или шкаф своей мечты и вдохновитесь! Давайте создадим что-то по-настоящему теплое, долговечное и уютное вместе!

Ангел-хранитель Таня самозабвенно рыдала в подушку. Всё было ужасно. Хуже некуда. Костик бросил её, на работе начальство устроило разнос, а в трамвае сегодня вытащили кошелёк. И как контрольная неприятность - пропал Барсик. Вышел погулять вчера в форточку и до сих пор не вернулся. Жизнь словно специально подкидывала одну гадость за другой. Если у неё есть ангел-хранитель, то он явно прогуливает работу. — Подлец, - в сердцах буркнула Таня, имея в виду и Костика, и ангела одновременно, - козёл… — Полегче, дамочка. Девушка вздрогнула. Чужой хриплый голос заставил испугаться. Откуда здесь посторонний? Залез к ней в окно? Таня медленно оторвалась от подушки и повернула голову. На окне сидел ангел. Да, скорее всего - белые крылья, светящийся нимб. Только странный: в спортивном костюме, кепке-аэродроме, чёрных начищенных туфлях. И на подоконнике он сидел на корточках, как шпана около соседнего подъезда. — Я бы попросил, - ангел погрозил ей пальцем, - за козла можно и ответить. Ну да, не было меня рядом. Отошёл за пивом, всего-то на пару месяцев. А ты уже сопли развесила. Таня ещё раз придирчиво осмотрела неожиданного визитёра. Нет, точно ангел - не подделаешь нимб. Но его прикид… — А ты почему, - девушка обвела его рукой, - в таком виде? Ты же в белом должен быть. Ангел спрыгнул с подоконника. — Ты себя-то давно в зеркале видела? Где скромность, где целомудрие? Одна мини-юбка чего стоит. А в церкви давно была? Не положено тебе в белом. Скажи спасибо, что меня выделили. Таня растерянно хлопала глазами. — Ничё, я пришел, ты меня увидела, будем делать из тебя человека. И ангел со значением подмигнул. — Я бы попросил. Из-за шкафа выбрался паренек. Мятый серый костюм с жилеткой, очки с толстыми стеклами на носу, из растрёпанной шевелюры торчат маленькие рожки. — Не положено вмешиваться напрямую в жизнь… — Слышь! Ты кто такой вылез? - хранитель набычился и попёр на паренька. — Я бес… Искуситель… — Ща, как двину, - ангел толкнул беса в грудь, - скрылся и не отсвечивай. — Не положено… — А в рыло? - посмотрев на кулак перед лицом, бес ойкнул и убежал обратно за шкаф. — Теперь с тобой, - ангел вернулся к Тане, - вот держи. Из кармана спортивных штанов, представитель небесной канцелярии достал мятую бумажку. — Это что? — Абонемент, на вольную борьбу. Ты же жаловалась, что толстеешь? Вот и поправим. Заодно парня тебе подберём, там нормальные пацаны занимаются. — Борьба не для девушек! - высунувшись из-за шкафа, пискнул бес. — Ща кто-то отхватит, - сказал в пространство Хранитель, - Тренировки с семи до девяти. Понедельник, среда, пятница. И смотри - не опаздывать. — Может не надо? Я диету держу. — А кто ночью из холодильника жрет? Думаешь, если ты свет не включаешь, то не считается? — Так я… — Я еще не закончил. Светке пятьсот рублей отдай. Уже который раз обманываешь. — У меня сейчас нету... — А если найду? Таня залилась краской и потупила взгляд. — Теперь дальше. Бери телефон и звони маме. Её хранитель мне жалуется, что ты уже месяц не звонила. Давай, по быстрому, позвонила, порадовала предков. Ангел отошел обратно к окну и снова взгромоздился на подоконник на корточки. Под его пристальным взглядом Таня достала телефон и набрала номер. — Мамочка, привет!... Да, все хорошо… Да, нормально. Как у тебя?... — Слышь, иди сюда, - довольный хранитель махнул бесу, - не дрейфь, не обижу. Насупившийся бес, сопя и отводя взгляд, подошел к ангелу. — Слушай сюда, у нас тут котик потерялся. Серый такой, в полосочку. Должен отзываться на “Барсика”. Значит берешь ноги в руки, и быстренько ищешь. — Это доброе дело, мне нельзя…Не по понятиям. — А если я тебе фингал поставлю, это по понятиям будет? Бес печально кивнул, взмахнул руками и вылетел в форточку на поиски кота. Ангел довольно улыбнулся: эксперимент увенчался успехом - новые методы убеждения работали на пять с плюсом. Вот только эта дурацкая привычка… Хранитель вздохнул и достал бумажный кулек с семечками.

Гигантский кабачок вырос в Ленинградской области Очередной рекорд поставила садовод-любитель Марина Матвеева. На её грядке вызрел овощ весом 43 кг. Правда, до абсолютного рекорда гигант не дотянул: титул самого тяжёлого кабачка России пока удерживает плод весом 50,92 кг. Для соседей по даче размеры овощей Марины — не новость. Женщина давно держит всех в страхе восхищении: раньше она уже выращивала тыквы весом в сотни кило и арбузы, которые приходилось выкатывать со двора. За кадром остаётся вопрос непраздный: что делать с подобным гигантом? Представляете, если вам соседи такой подкинут…

Мой пожилой сосед скончался — а после похорон я получила от него письмо с такой надписью: «Ты должна выкопать тайну в моем дворе, которую я хранил от тебя 40 лет. Ты заслуживаешь знать правду». Моя жизнь спокойная и размеренная. Я живу с мужем и двумя детьми в небольшом пригороде, где все друг друга знают, и ничего драматичного почти не случается. Когда мы переехали, мистер Уитмор уже жил по соседству. Я помню, как он сказал, что обосновался там около тридцати лет назад. Он жил один. Ни семьи, ни родственников, ни близких друзей. Я никогда не видела, чтобы к нему приходили гости. Но он всегда был добрым и готовым помочь. Если он видел, что мне тяжело нести сумки с продуктами или заниматься работой в саду, он тихо подходил и помогал. Каждое Рождество он оставлял в нашем почтовом ящике 20 долларов и небольшую записку: «На вкусные конфеты для детей». Мы не были близки, но были дружелюбными соседями. Несколько дней назад он умер. Я даже помогала организовать похороны. Пришло всего несколько человек. Два дня спустя я заметила запечатанный конверт в своем почтовом ящике. На конверте было ясно написано мое имя. Любопытство взяло верх. Я открыла конверт и достала письмо, написанное от руки. Это было от мистера Уитмора: «Моя дорогая, если ты читаешь это, значит меня больше нет. Сорок лет я хранил одну тайну. В моем дворе, под старой яблоней, зарыта тайна — ту, от которой я тебя защищал. Но теперь ты имеешь право узнать правду. Никому не рассказывай об этом». Руки онемели. Я едва знала его. Сначала я пыталась игнорировать письмо. Но той ночью я почти не спала. Мысли не давали покоя. На следующее утро я взяла лопату и пошла во двор мистера Уитмора. Земля под яблоней была мягкой. Я копала, пока лопата не ударилась о металл. Я вытащила старую ржавую коробку. Сердце колотилось. Я стряхнула с нее землю и медленно открыла. Я присела прямо там, потому что чуть не упала в обморок, когда увидела, что внутри. КАЗАЛОСЬ, ЧТО ВСЯ МОЯ ЖИЗНЬ ПРОБЕЖАЛА ПЕРЕД МОИМИ ГЛАЗАМИ...