Ох, милые мои, есть у меня одна способность, о которой я долго никому не рассказывала. Я чувствую, когда человек приходит не просто так. Бывает, стоит ему ещё к калитке подойти, а сердце уже подсказывает: разговор будет важный.
В начале сентября пришла ко мне Марина — женщина из соседней деревни. В руках платок мнёт, глаза красные, а сама улыбается, будто ничего не случилось.
— Алевтина Петровна, — говорит, — посоветуйте, как мужа вернуть. Ушёл к другой, а я всё жду. Мне сказали, вы можете приворот сделать.
Я ей чай налила, но сама к чашке не притронулась. Что-то мне сразу неспокойно стало. Не от неё — от того, как она о муже говорила. Не с любовью, а со страхом. Будто не вернуть его хотела, а доказать, что всё ещё нужна.
— Марина, — говорю, — ты не мужа вернуть хочешь. Ты хочешь, чтобы боль твоя замолчала. А это разные вещи.
Она сначала рассердилась. Сказала, что я ничего не понимаю, что он её судьба и без него она пропадёт. А я вижу: судьба-то у неё за спиной стоит, только Марина всё на закрытую дверь смотрит.
Бабушка моя говаривала: «Не всякая закрытая дверь — беда. Иногда за ней Господь от неприятности бережёт».
Я достала из сундука старое зеркало, накрытое полотенцем. Поставила перед Мариной и велела посмотреть на себя.
— Что видишь?
— Уставшую женщину, — отвечает она после долгого молчания.
— Вот с неё и начинай. Не с мужа, не с соперницы, не с приворота. С себя.
Я дала ей маленький холщовый мешочек с сухой полынью. Не для колдовства, родные мои, а чтобы дома запах поменять да мысли встряхнуть. Сказала вечером проветрить комнату, пройтись по ней с открытым окном и вслух назвать всё, от чего она устала. Не шёпотом, не украдкой — честно.
А потом добавить: «Это было в моей жизни, но это не вся моя жизнь».
Марина ничего не ответила. Только сидела долго, смотрела на свои руки. А перед уходом сняла с пальца кольцо, которое муж когда-то подарил, и положила на стол.
— Я его всё это время не снимала, — сказала она. — Наверное, потому что надеялась, что вместе с ним удержу и человека.
Я не стала говорить, что почувствовала: кольцо было холодное, будто чужое. Такие вещи я иногда ощущаю руками. Не буду вас обманывать — способности мои не в том, чтобы судьбу за другого переписать. Я могу только заметить то, что человек от себя прячет.
Через месяц Марина пришла снова. Постаревшей не стала — наоборот, будто выпрямилась. Нашла работу, стала чаще видеться с сестрой, а кольцо переплавила в маленький крестик для дочери.
— Я думала, вы мне мужа вернёте, — сказала она. — А вы меня самой себе вернули.
Вот это, милые мои, и есть самое сильное колдовство — когда человек перестаёт просить чужое сердце и начинает беречь своё.
Не бегите за теми, кто добровольно ушёл. Не всякая потеря — наказание. Иногда это место, которое освобождается для вашей настоящей жизни.
Храни вас Господь 🕯️
— Алевтина Петровна
