Публикации канала «Жизнь в дневниках | Литература»

Мы бьемся с жизнью, думаем: вот получим премию, купим квартиру, машину, завоюем должность — то-то будем довольны! А запомнится навеки другое — как молодой и красивый папа играет на рояле старинный вальс «Осенний сон», а ты — кружишься, кружишься под музыку, словно лист на ветру… Наталья Бехтерева Жизнь в дневниках

Зерно невидимо в земле, а только из него вырастает огромное дерево. Так же незаметна мысль, а только из мысли вырастают величайшие события жизни человеческой. Лев Толстой Жизнь в дневниках

Из воспоминаний Александра Ширвиндта Периодически Андрюша Миронов сидел на диете. Меня тоже втягивали в эту авантюру. Как-то после гастролей в Киеве мы двумя семьями поехали отдыхать на Днепр под город Канев. Там был пустынный пляж из дюн, какой-то пансионат и огромный памятник Шевченко. Кроме памятника были наш 12-летний сын Миша и молодая жена Миронова актриса Катя Градова, которая категорически заявила, что мы все садимся на диету, гарантирующую похудание, и будем сидеть на ней до конца отдыха. Диета состояла из постоянного потребления сухого вина с незначительным количеством сыра. Голодные и пьяные мы валялись под Шевченко и с удивлением наблюдали, как наш сын Миша с Катей бодро и весело плещутся в Днепре. Все это продолжалось до тех пор, пока наш сын не проболтался, что каждое утро после заплыва они с Катей короткими перебежками направляются в пансионатскую столовку и жрут по несколько порций макарон с тем же сыром. Жизнь в дневниках

Заповедь Владей собой среди толпы смятенной, Тебя клянущей за смятенье всех, Верь сам в себя наперекор вселенной, И маловерным отпусти их грех; Пусть час не пробил, жди, не уставая, Пусть лгут лжецы, не снисходи до них; Умей прощать и не кажись, прощая, Великодушней и мудрей других. Умей мечтать, не став рабом мечтанья, И мыслить, мысли не обожествив; Равно встречай успех и поруганье, He забывая, что их голос лжив; Останься тих, когда твое же слово Калечит плут, чтоб уловлять глупцов, Когда вся жизнь разрушена и снова Ты должен все воссоздавать c основ. Умей поставить в радостной надежде, Ha карту все, что накопил c трудом, Bce проиграть и нищим стать как прежде И никогда не пожалеть o том, Умей принудить сердце, нервы, тело Тебе служить, когда в твоей груди Уже давно все пусто, все сгорело И только Воля говорит: «Иди!» Останься прост, беседуя c царями, Будь честен, говоря c толпой; Будь прям и тверд c врагами и друзьями, Пусть все в свой час считаются c тобой; Наполни смыслом каждое мгновенье Часов и дней неуловимый бег, — Тогда весь мир ты примешь как владенье Тогда, мой сын, ты будешь Человек! Редьярд Киплинг Жизнь в дневниках

«Христос воскрес», — поют во храме; Но грустно мне… душа молчит: Мир полон кровью и слезами, И этот гимн пред алтарями Так оскорбительно звучит. Когда б Он был меж нас и видел, Чего достиг наш славный век, Как брата брат возненавидел, Как опозорен человек, И если б здесь, в блестящем храме «Христос воскрес» Он услыхал, Какими б горькими слезами Перед толпой Он зарыдал! Пусть на земле не будет, братья, Ни властелинов, ни рабов, Умолкнут стоны и проклятья, И стук мечей, и звон оков, — О лишь тогда, как гимн свободы, Пусть загремит: «Христос воскрес!» И нам ответят все народы: «Христос воистину воскрес!» Дмитрий Мережковский 1887 г. Жизнь в дневниках

Вчера были у меня Харджиев и Анна Ахматова. Анна Андреевна рассказывает, что она продала в «Советскую Л-ру» избранные свои стихи, причем у нее потребовали, чтобы: 1. Не было мистицизма. 2. Не было пессимизма. 3. Не было политики. — Остался один блуд,— говорит она. Корней Чуковский 12 мая, 1935 г. Жизнь в дневниках

Когда говорят, что я нетерпим к дуракам, я обычно отвечаю, что был бы совершенно к ним равнодушен, если бы они жили в среде, ими же созданной. Но - нет. Они живут в среде, созданной интеллектом, и, при этом, живут так, что эту среду разрушают. Когда в организме заводятся паразиты, вы тоже будете призывать меня к толерантности по отношению к ним? Станислав Лем Жизнь в дневниках

Как только мы чувствуем гнев во время спора, мы перестаём бороться за истину, мы начинаем бороться за себя. Томас Карлейль Жизнь в дневниках

На прощании с Сергеем Юрским Михаил Гусман рассказал одну историю. Когда у Михаила Гусмана тяжело заболел и фактически умирал отец, он позвал Сергея Юрьевича проститься с папой, так как они все с Юрским дружили. И вот умирающий отец благодарит Юрского за визит и говорит: «Жаль, что я так и не смог побывать на Вашем концерте или спектакле… И теперь уже никогда не увижу, как Вы выступаете и читаете стихи». На следующее утро Сергей Юрский пришел в накрахмаленной рубашке и два часа читал стихи перед умирающим отцом. Жизнь в дневниках

После общения с некоторыми людьми у меня появляется ярко выраженный комплекс полноценности. Станислав Ежи Лец Жизнь в дневниках

– Вам можно доверять. Я это сразу поняла. Как только увидела портрет Солженицына. – Это Достоевский. Сергей Довлатов • Чемодан Жизнь в дневниках

Фаина Георгиевна Раневская однажды сказала Вано Ильичу Мурадели: – А ведь вы, Вано, не композитор! Мурадели обиделся: – Это почему же я не композитор? – Да потому, что у вас фамилия такая. Вместо «ми» у вас «му», вместо «ре» – «ра», вместо «до» – «де», а вместо «ля» – «ли». Вы же, Вано, в ноты не попадаете. Жизнь в дневниках

Она чувствовала себя среди платьев и туфель как пьяница в винном погребе. Эрих Мария Ремарк • Жизнь взаймы Жизнь в дневниках

Без жены мне очень скучно, а заводить любовницу боюсь. Антон Чехов Из письма О. Л. Книппер-Чеховой 20 апреля, 1904 г. Жизнь в дневниках

Рассказал режиссёр Борис Голубовский. В 1967 году меня пригласили в Ашхабад поставить спектакль к юбилею Октябрьской революции. Работать с туркменскими актёрами было легко и приятно. Только несколько смущала их манера разговаривать. Многие говорили, например, не «кино», а «кино-мино», вместо «колхоз» – «колхоз-молхоз» и так далее. При случае я спросил у министра культуры Туркмении, почему у них такая манера разговаривать. Он объяснил: – Культур-мультур не хватает. Жизнь в дневниках

Надо научиться говорить с другими людьми, которые совершенно иначе думают. Надо научиться ценить других людей за то, что они другие, совсем не требовать, чтобы они были похожи на нас. Если бы мы все были одинаковыми, мы просто вымерли бы как биологическая единица. Мы все живем, потому что мы разные. Юрий Лотман Жизнь в дневниках

Увидев впервые Сергея Довлатова, Ася Пекуровская сказала, что он похож на «разбитую параличом гориллу, которую держат в зоопарке из жалости». Спустя несколько месяцев они поженились. Жизнь в дневниках

Виктор Сухоруков о Сергее Бодрове Сережа мне показался юным и обаятельным. Обособленный был, скромный, такой невыпендрежный, тихо и мало разговаривал, больше слушал. Очень собранный, пугливый, растерянный... Как студентик. Я его пригласил на домашние щи. Но он деликатно отказался. А Балабанов мне потом прошептал: "Какие щи, Сухоруков? Он гамбургеры ест и "Кока-Колой" запивает." По природе своей Бодров был очень порядочный, честный, искренний, умный и интеллигентный парень. Уже на "Брате" между нами установилось полное взаимопонимание, хотя этот фильм остался для обоих лишь съемочной площадкой. А вот когда работали над "Братом-2", в Америке нас поселили в одни апартаменты. Когда я прилетел, Серега встретил меня очень радушно, стол накрыл, потом повел в центр Чикаго. И там он заметил, как мне понравился джемпер, который он позже купит и подарит мне ко дню рождения. И именно там зарождались наши дружеские отношения. Мы жили вместе и нас сближали ночные разговоры. Из них я понял, что Сережа очень любит отца, маму и бабушку. Он трепетно и нежно отзывался о Светке. Он хотел много детей. Хотел стать кинорежиссером. Он рассказал, почему ушел из "Взгляда". Я тогда записал: "Мне кажется, мы с Сергеем поладили". А через несколько дней другая запись в дневнике: "Мне все больше импонирует Бодров. Открытый, честный парень. Умеет слушать". Жизнь в дневниках

Мы не должны превозноситься над детьми, мы их хуже. И если мы учим их чему-нибудь, чтоб сделать их лучшими, то и они нас учат многому и тоже делают нас лучшими уже одним только нашим соприкосновением с ними. Они очеловечивают нашу душу одним только своим появлением между нами. Фёдор Достоевский 1876 г. Жизнь в дневниках

Из воспоминаний Михаила Зощенко Навстречу нам идёт Максим Горький... Смотрю на этого великого человека, у которого легендарная слава, и думаю, что это нехорошо, беспокойно, утомительно. Я бы не хотел этого. В ответ на мои мысли, Горький говорит, что его далеко не все знают. Вот на днях он ехал в машине и охрана задержала его. Он сказал, что он Горький, но один из охраны ответил: «Горький ты или сладкий это нам безразлично. Предъяви пропуск». Жизнь в дневниках