Упал, поднялся — блог Славы Рюмина

Нейропроцессы здорового человека без нейрослопа Сегодня в 17:00 можно провести время в хорошей и полезной компании. Выступаем на онлайн-конфе от Kumar & Solo. Зачем приходить: можно насмотреть что есть у нас, чтобы подумать, что сделать самому. Будем рассказывать, как использовать нейронки в редактуре, в работе с ютубом, рилсами, трафиком из рекламной сети Яндекса в Макс, в поиске героев интервью, что навайбкодили для себя. От нас с докладом будет Аня, она внедряла все наши нейропроцессы, и давно поняла, что без этого команда не сможет оставаться конкурентноспособной. Все каналы-участники конфы я читаю, и это действительно основательные и крайне деятельные ребята. ПРОГРАММА (время по Мск)

17:00 Аня Тыщенко, соавтор “Упал, поднялся” Нейропроцессы здорового человека 17:30 Арина Хромова, сооснователь careerspace, Forbes 30 до 30 Профессии будущего: кого ИИ не убьёт и как им стать? 18:00 Александр Горный, автор канала "Стартап дня" Смерть фриланса. Как нам жить в новом прекрасном мире? 18:30 Кирилл Куликов, автор канала про стартапы, эмиграцию и цифры рынка AI Когда лопнет AI-пузырь? Обзор AI-макроэкономики 19:00 Дмитрий Бескромный, основатель агентства bQ Group Вайбливинг: как жить с AI без FOMO и стресса в 2027 году (FOMO это страх что-то упустить) 19:30 Роман Кумар Виас из Kumar & Solo ИИ у маркетологов: какую работу он уже забрал в их команде и что осталось людям

Дата конфы: 4 ноября (онлайн, Zoom), с 17:00 до 20:00 по Москве. Участие как всегда бесплатное, но нужно подписаться на каналы спикеров. Зарегистрироваться на конфу бесплатно Если вы не сможете посмотреть онлайн, всё равно зарегистрируйтесь в боте, там будет запись конференции.

Хватит писать про банкротства Когда я начал делать Ютуб, стало бросаться в глаза, что на канале много историй про предпринимательские провалы. Подписчики над этим тоже смеются и пишут такие комментарии:

Вот это да. Второй не закрытый бизнес за неделю. Что происходит с каналом. Пружинный завод – сила!

При этом успешные кейсы есть, но всё-таки больше половины героев либо в каком-то виде закрылись, либо зарабатывают совсем немного. Почему так выходит? Все довольно просто. Я спрашиваю про деньги, а чем выше прибыльность, тем сложнее людям об этом говорить. Некоторые из-за этого отказываются от интервью. Плюс часто владельцы успешного бизнеса начинают что-то публично говорить не просто так. Как правило, они хотят продавать франшизу или коучинг, и для этого у них есть специально заготовленная история. Которую они очень бы хотели “посеять” у разных изданий и блогеров, которые говорят про бизнес. Недавно ко мне как раз пришел пиарщик с такой историей, пересказываю вам без имён и деталей:

За три дня до свадьбы ГЕРОЙ остался без денег. Вместо подготовки к одному из самых важных дней в жизни пришлось брать кредит. И самое интересное, что к тому моменту за его плечами уже был опыт управления НИША БИЗНЕСА с оборотом ИКС рублей. Казалось бы, человек умеет строить бизнес. Так почему же новый проект в сфере НИША БИЗНЕСА привёл его к кассовому разрыву, претензиям клиентов и репутационному кризису? Долгое время ГЕРОЙ искал причины в сотрудниках, партнёрах и бизнес-процессах. Но постепенно пришёл к неприятному выводу: в двух совершенно разных бизнесах он повторял одни и те же ошибки. Пришлось пересмотреть не только подход к управлению и делегированию, но и собственные убеждения, которые влияли на его решения. Осенью года ИКС чистая прибыль нового проекта выросла в ИГРЕК раз, а бизнес начал работать без его постоянного участия. Мне кажется, самое интересное в этой истории — не сам кризис, а то, как человек с опытом успешного управления снова оказался практически в исходной точке и что ему пришлось изменить, чтобы из неё выйти.

Естественно, я такие истории не беру, так как не вижу в них ценности для читателей.

Я купил поле за 350 тысяч, вложил 13 млн, а потом мой бизнес съели зайцы Осенью 2021 года я купил 17 гектаров поля в Брянской области под промышленный яблоневый сад. Участок обошёлся в 350 тысяч рублей, можно сказать бесплатно, и на этом дешевизна закончилась. За четыре года в сад ушло около 13 млн рублей, а заработал я на нём ноль. До этого я работал журналистом в газете и на телевидении и думал, что с садом разберусь так же быстро. Рассчитывал продавать яблоки с четвёртого года. Но каждый раз, когда казалось, что теперь можно просто ждать урожая, появлялась новая проблема, и на её решение уходило два года. Землетрясения может не случиться, а заяц придёт точно Если деревья не закрыть сеткой, заяц к марту съедает сад полностью. Ещё есть мыши, которые на больших пространствах разводятся в огромных количествах. Первый сад, посаженный весной 2022 года, погиб за две зимы, выжило процента три. Пришлось сажать заново и обматывать каждое дерево метровой сеткой. Такую сетку в России выпускает одно предприятие, и вместе с работой бригады защита обходится примерно в 100 рублей на дерево. Деревьев на гектаре 1250. Спас деревья от зайца, но они всё равно не росли Сначала выяснилось, что сорная трава забирает у молодой яблони влагу и питание. Мы начали регулярно косить между рядами и укрывать землю под деревьями соломой. Но и после этого яблони прибавляли сантиметров 15 в год вместо положенного полуметра. В советских книжках пишут, что в Брянской области сад растёт без полива, но климат поменялся. Первый урожай 2025 года вышел мелким. Вода обойдётся минимум в 130 тысяч на гектар, и в следующем году я попробую капельный полив на трёх гектарах. Пересаживаюсь с квадроцикла на электровелосипед Я надеялся справиться ручной работой, как на даче, и это была одна из главных ошибок. Опрыскивать сад нужно минимум шесть раз за сезон, и на каждую обработку по погоде есть дня три. Пока люди проходят гектар за гектаром, половина сада остаётся необработанной. Лёгкая техника на большом поле постоянно ломается. Сейчас у меня квадроцикл, трицикл, две машины и два электровелосипеда. Сдох квадроцикл, пересаживаюсь на трицикл, сломался трицикл, еду на велосипеде. Этой осенью я наконец купил первый в жизни новый трактор и учусь на права, чтобы работать на нём самому. На что я живу, пока сад ничего не приносит Без господдержки я бы, наверное, уже ушёл. Государство частично компенсирует уход за садом, на наши 10 гектаров это больше полумиллиона в год, но всех расходов это не закрывает. Остальное приносит второй бизнес. Я оптом продаю саженцы яблонь тем, кто закладывает сады: заказываю их у питомников в Крыму и Краснодарском крае и продаю в Брянской, Калужской и Смоленской областях по цене юга.

Себестоимость саженца с юга 140 ₽ Мой опт 200 ₽ Розница 400 ₽

С дерева выходит около 60 рублей, зато хороший год приносит около 3 млн чистыми. Этой осенью заказов хватило на трактор. Фура не поедет к одному саду Самым старшим нашим деревьям сейчас года три, и на следующий год я надеюсь что-то от них увидеть. Но продать яблоки будет непросто. Там, где садоводов много, оптовик едет как на рынок: у одного берёт, у другого нет, и выгодно всем. Ко мне такая фура не поедет, потому что вокруг больше никто сады не сажает. Я даже предлагал соседям саженцы бесплатно, никто не взялся. Если бы начинал сегодня, засадил бы три гектара из семнадцати: столько можно обслужить парой человек и мини-трактором. Возможно, уже продавал бы яблоки. А может, когда они пойдут, выяснится ещё какая-нибудь проблема. Такой вот сложный, в кавычках, бизнес. Читать целиком на VC За интервью спасибо Антону Кривенюку, владельцу яблоневого сада в Брянской области и автору канала «Брянский гектар».

Только и разговоров, что о море и о… нейронках Можно сказать, что баловство — эти ваши нейросети, но за этот месяц моя экономика такая: – Я платил 2000 руб. в месяц за телесуфлёр, чтобы записывать видео на ютуб. – Я платил 5000 руб. в месяц за приложение, которое делает мини-лендинг для канала в «Максе», чтобы использовать рекламу и получать новых подписчиков. В этом месяце завайбкодил оба приложения, суммарно с тестами — за 8 часов. Под «завайбкодил» имею в виду своё полное непонимание того, как устроен код. Я понимал, что хотел получить, у меня был референс, у меня было знание, что так можно. Всё. При этом на Клода мы стали тратить ещё меньше после бана (около 4000 руб./мес.), и лимитов хватает. Я вдохновился успехами и сегодня буду снимать минусовую клемму с аккумулятора машины. Так вот. 4 ноября выступаю на онлайн-конфе от Kumar & Solo и расскажу, как мы используем нейронки у себя в работе. Как монтируем, работаем с текстами, аутричем, короткими видео. Помимо меня будет мощный состав спикеров. Каждого читаю и слушаю. Выступаю первым, в 17:00 по МСК. После доклада будет 5 минут на вопросы: можно спросить вживую, как настроить нейропроцессы в вашем бизнесе и не получить нейрослоп. ПРОГРАММА (время по Мск)

17:30 Арина Хромова, сооснователь careerspace, Forbes 30 до 30 Профессии будущего: кого ИИ не убьёт и как им стать? 18:00 Александр Горный, автор канала "Стартап дня" Смерть фриланса. Как нам жить в новом прекрасном мире? 18:30 Кирилл Куликов, автор канала про стартапы, эмиграцию и цифры рынка AI Когда лопнет AI-пузырь? Обзор AI-макроэкономики 19:00 Дмитрий Бескромный, основатель агентства bQ Group Вайбливинг: как жить с AI без FOMO и стресса в 2027 году (FOMO это страх что-то упустить) 19:30 Роман Кумар Виас из Kumar & Solo ИИ у маркетологов: какую работу он уже забрал в их команде и что осталось людям

Дата конфы: 4 ноября (онлайн, Zoom), с 17:00 до 20:00 по Москве. Участие как всегда бесплатное, но нужно подписаться на каналы спикеров. Зарегистрироваться на конфу бесплатно Если вы не сможете посмотреть онлайн, всё равно зарегистрируйтесь в боте, там будет запись конференции.

Я поражаюсь людям, которые рассказывают как мне делать обложки на ютубе Когда ролики "Упал, поднялся" начали собирать просмотры на ютуб, мне в личку через день начали писать дизайнеры, которые хотят продать мне дизайн обложки. Давайте посмотрим на факты: – Написать сценарий, снять, смонтировать – это много времени. Раньше у меня один ролик занимал 2 недели, потом 3 дня, а сейчас за день, потому что мы ускорили монтаж нейронками (рутинную часть, думают над всем происходящим люди). Но даже 1 день работы – это немало. То есть записали: я с командой потратил 1 день на производство ролика. – Ключевых вещей для развития рекомендаций две – это удержание и кликабельность. Чтобы получить удержание, мы до этого изучали, как должен быть устроен сценарий, написали гайды и работаем всегда по гайдам. – Кликабельность – это и есть обложка ролика. И до того, как я сделал блог, я несколько лет работал в перформанс-маркетинге, то есть я прекрасно понимаю, как устроена кликабельность в рекламе. То есть, когда мне предлагают сделать обложку: – я отдаю ключевой элемент, от которого будет зависеть лента рекомендаций – дизайнер считает, что лучше понимает про кликабельность – в его голове нет тестирования обложек – саму обложку делать 5 минут с нейронкой (если иметь гайды, как должна быть устроена обложка), то есть мне предлагают заплатить вслепую за пятиминутное действие без понимания, как будут меняться показатели Я удивлен, что дизайнеры ходят толпами, и приходят они из роликов, которые попали в рекомендации. А чтобы получить рекомендации, вам уже нужно сделать CTR обложки. Я удивлен 2, что раз они ходят толпами, значит кто-то это покупает?

Пропал "поднялся" Не так давно просил вас проголосовать за канал и сделал 2 эмодзи. 1. Упал 👎 2. Поднялся 👍 Телеграм забрал у меня один стикер и теперь остался только УПАЛ. Если хотите, чтобы я писал не только про банкротства, но и про "поднялся", накиньте голосов, по-братски. t.me/ruminblog?boost

Неприятные новости про конференции Когда вы блогер, вас зовут на конференции. Схема простая: зовёшь выступить человека с аудиторией, он делает анонс — и ваше мероприятие получило бесплатную рекламу. Знаете, как обычно проверяют, что будет говорить медийная личность? Обычно никак. Всем абсолютно без разницы: презентацию просто никто не смотрит. В итоге на конференциях доклады такого характера: – долгая подводка к продаже своих услуг; – долгая подводка к продаже своего курса; – общие фразы, чтобы вы оценили серьёзность и масштаб личности человека, который выступает перед вами. Конечно, есть исключения. Например, на прошлых выходных прошёл Суровый Питерский Форум, и там отбор спикеров и тем докладов действительно суровый. На онлайн-конференциях, когда большие авторы собирались вместе, тоже обычно про темы никто не думал. Мы это доработали и начали уделять много времени не только тому, кому дать микрофон, но и тому, что в этот микрофон расскажут. Приходите завтра, чтобы убедиться самим. Будем говорить о том, как бизнесу искать клиентов в наше непростое время. ПРОГРАММА

Антон Власов Как получать клиентов за % от другого бизнеса? Исчерпывающий гайд по партнерскому маркетингу 2026 Маша Полуянова Тренды выживания в маркетинге 2026-2027 Саша Чижов Как брендам оставаться заметными в перегруженных лентах? 8 трендов вирусного контента. Слава Рюмин (это я) Альтернативные механики: аутрич, вирусный контент, коллабы Дима Бескромный Как выживать в Telegram и MAX без алгоритма в 2027? Марина Колмыкова Где мы будем брать трафик в 2027 году: сплит инструментов Олег Вишневский из DIDENOK TEAM Как выбрать тренд под бренд и не получить 100 просмотров

Дата конфы: 29 октября (онлайн), с 14:00 до 18:00 по мск. Участие как всегда бесплатное, но нужно подписаться на каналы спикеров. Зарегистрироваться на конфу бесплатно Если вы не сможете посмотреть онлайн, всё равно зарегистрируйтесь в боте, там будет запись конференции.

Что мешает российским фермерам продать курицу Дополнение к статье о птицеферме Курица за год подорожала почти на 16%, в августе килограмм стоил в среднем 263 рубля. Кажется, у фермеров хорошее время. Но на этом рынке их становится только меньше. Почему? Кто на самом деле выращивает курицу в России Около 95% мяса птицы дают агрохолдинги, и двое крупнейших, ГАП «Ресурс» и «Черкизово», по оценке аналитиков, держат около 30% рынка бройлеров. С 2022 года число компаний в птицеводстве сократилось почти на 9%. У холдингов свои корма, инкубаторы и бойни, поэтому оптом они продают тушку бройлера примерно по 225 рублей за килограмм. На фермеров приходится меньше 1% рынка, и в 2025 году эта доля ещё уменьшилась. У Евгения килограмм мяса по себестоимости выходит примерно в 220 рублей, почти по той же цене холдинг продаёт готовую тушку. Поэтому Евгений берёт за курицу 380 рублей за килограмм и кормит её без антибиотиков. Спрос есть, зимой он даже отказывает покупателям. Но законно продавать мясо он почти не может. Почему с подворья продать кур проще, чем с фермы Деревенское подворье юридически называется ЛПХ, личное подсобное хозяйство. Его ведут для себя, без регистрации и налогов, а излишки можно продавать. Фермер, который растит птицу на продажу, обычно регистрирует КФХ, крестьянское фермерское хозяйство. Это уже бизнес с налогами и отчётностью, и требования к нему строже. Техрегламент на мясо птицы на ЛПХ не распространяется. На практике хозяин подворья может забить кур дома, показать мясо ветеринару на рынке и продать. Фермеру нужно ветеринарное свидетельство, а его выдают только на птицу, забитую в зарегистрированном убойном цехе. Таких цехов для фермеров почти нет, а строить свой дорого. В Мордовии, по словам Евгения, официального фермерского цеха по убою птицы не было никогда. Свой цех он заложил в бизнес-план под грант, но при согласовании цех вычеркнули. Потом Евгений собрал его на свои деньги, а под требования тот не подошёл. За 2025 год он отчитался по гранту о 9,5 тонны проданного мяса, а 3100 кур в государственной системе до сих пор числятся живыми. С сентября 2025 года действуют и новые правила содержания птицы. Для хозяйств до 100 голов требования упрощённые, а от 101 до 15 тысяч голов хозяйство считается крупным и должно соблюдать строгие нормы биобезопасности. У Евгения 1200 бройлеров, но по правилам он в одной категории с хозяйством в 12 раз больше. Привести ферму ко всем нормам ему стоило бы около 15 млн рублей. Проще всего агрохолдингам со своими бойнями и маленьким подворьям, которые под строгие правила не попадают. Труднее всего средним фермам на несколько сотен или тысяч голов. Требования к ним почти как к заводу, а денег на свою бойню нет. Как фермеры пытаются выкрутиться Чаще всего обсуждают общий убойный цех. Владельцы фермы «Переполох» прикидывали, что убойный пункт стоит около 12 млн рублей, а одна ферма загрузит его лишь на 10%. Если скинутся десять ферм, цех выгоден всем, и в некоторых регионах на такие кооперативы дают гранты. Другие фермеры продают бройлеров живыми. Тогда убойный цех не нужен, хотя ветеринарные документы всё равно требуются. Но для кооператива нужны соседи-фермеры, а их в районе может не оказаться. Источники: Росстат, Центр Агроаналитики, Agrifood Strategies, Минсельхоз России, ТР ЕАЭС 051/2021, данные компаний: ферма «Переполох».

Я вложил 7,5 млн в птицу, стал лучшим фермером России, но живу в бытовке Мы с женой Светой больше трёх лет живём в строительной бытовке посреди своей птицефермы в мордовском селе Латышовка. Выращиваем бройлеров на корме без антибиотиков, и зимой спрос такой, что мы отказываем людям. В 2025 году заняли первое место во всероссийском конкурсе «25 легендарных фермеров России». При этом продавать мясо законно мы не можем, потому что у нас нет официального убойного цеха. Что делать дальше, я честно не знаю. Поэтому и решил рассказать нашу историю целиком, вдруг кто-то, прочитав её, подскажет выход. Начинали с птичника на 45 квадратах В 2023 году мы со Светой переехали в Мордовию, имея немногим больше 2 млн рублей. Купили участок, почти все деньги вложили в первое помещение для птицы, а сами поселились в двух строительных бытовках. Первых покупателей нашли через Авито, дальше пошло сарафанное радио, и маленький птичник перестал справляться. Достраивались на деньги, отложенные на дом В 2024 году мы получили грант «Агростартап» на 2,7 млн рублей. Убойный цех при согласовании из бизнес-плана вырезали, поэтому собрали его на свои деньги, примерно за 1,2–1,3 млн. Достраивались на сбережения, которые откладывали на дом, и на кредиты. В ноябре 2024 года ферма на 240 квадратах заработала. Только на отопление с тёплыми полами ушло около 1,2 млн, а всего в хозяйство вложено около 7,5 млн рублей. Бройлер оказался капризнее, чем кажется Бройлера мы выбрали за скороспелость: уже в 50 дней он весит от трёх килограммов. Зато иммунитета у него почти нет. До 21 дня цыплятам нужна температура 32–33 градуса и строгая влажность, и это зимой, когда на улице бывает минус 40. Чуть упустишь, и начинается падёж, а мясо теряет сочность. В первый год мы из-за отключения света за один день потеряли около тысячи птиц, после этого сразу купили генератор. Сколько стоит вырастить одного бройлера Корм берём премиальный, без антибиотиков и гормонов роста, и многие считают меня из-за этого дурачком. Тушку продаём по 380 ₽ за килограмм, средний вес около трёх килограммов. Себестоимость складывается так:

Суточный цыплёнок 100 ₽ Корм, около 7 кг 420 ₽ Электричество и текущие расходы 50 ₽ Ремонт и обслуживание 100 ₽ Себестоимость 670 ₽

По отчёту для гранта за 2025 год мы сдали 9,5 тонны мяса, это около 3100 голов. Обязательные платежи у нас около 140 тысяч в месяц: кредиты, зарплата помощнику, бухгалтер и коммуналка. Если считать по рознице, с птицы остаётся около 470 рублей, но большую часть мы отдаём оптовикам дешевле, так что на все платежи выручки не хватает. Зимой отказываем людям Большую часть птицы забирают три оптовика. Им мы отдаём заморозку дешевле, чем в розницу, зато не нужно охлаждать, опаливать и развозить. Остальное уходит постоянным покупателям. Летом спрос падает, а зимой мы отказываем людям, хотя ферма рассчитана на 600 голов в месяц. Работаем вдвоём со Светой, иногда помогает пенсионер из деревни. Продать законно не можем Ветеринарное свидетельство на мясо выдают только после забоя в официальном цехе, а такого фермерского цеха в регионе нет. Наш цех зарегистрировать не дают, пока мы не перестроим его под требования. Поэтому 3100 голов, проданных в 2025 году, по отчёту для гранта так и числятся живыми. С 1 октября фермерским хозяйствам нужно маркировать продукцию в «Честном знаке», а ветеринарные документы нужны на каждом шаге, даже суточного цыплёнка без бумаг не перевезти. Министр сельского хозяйства республики приезжал к нам и, увидев бытовки, сказал, что такое жильё сейчас в моде. Письма в Минсельхоз остались без ответа. Если потребуют вернуть грант, отдавать нечего, и летом мы всерьёз думали о банкротстве. Бытовка эту зиму не переживёт, поэтому зимой переезжаем жить прямо на ферму. Если вы знаете, как маленькой ферме выйти на официальный убой без многомиллионной перестройки, подскажите. Читать целиком на сайте За интервью спасибо Евгению Мордакину, владельцу птицефермы в Мордовии

Самое время издать газету собрание сочинений Мне недавно написал подписчик канала:

Слава, здравствуйте! Спасибо за Ваши статьи. Как начинающий предприниматель изучаю разные опыты и сегодня попал к Вам на канал. Была идея делать подобные посты в сфере производства. Не нашёл общую сводку всех статей, поэтому сделал себе читалку, чтобы постепенно изучать. Поэтому, если будет полезно - пожалуйста.

Я решил, что и правда пора собрать все истории вместе по нишам, думал сделать газету, а получилось целое собрание сочинений – 9 электронных книжек для чтения на читалках и на компе (аж по 500 страниц в среднем). Но так как хотел-то я газету, обложки будут газетными. ПДФ прикрепил, формат epub прикреплю в первом комменте к посту. А если вам нравятся страницы на ощупь, "Упал, поднялся" можно достать и в обычном печатном формате здесь.

Вы, наверное, заметили, что я публикую здесь много анонсов видео роликов, в том числе по старым историям. За три года у меня накопился большой архив интервью с предпринимателями. Я записывал их для статей на VC и сюда, и большая часть записей просто лежала. Год назад я начал выкладывать эти разговоры на ютуб целиком, по часу с лишним из зума. Ролики набирали по несколько сотен просмотров. Сейчас каждый будний день у меня выходит 20-минутный ролик, собранный из интервью по сюжету статьи. Медиана просмотров выросла с 500 до 14–15 тысяч. За последние четыре недели канал собрал больше 400 тысяч просмотров и почти 3 тысячи новых подписчиков, это около 40% всей базы. Написал большую статью о том, как это устроено: зачем я записываюсь на ходу, как мы сократили производство ролика с двух недель до дня и по какому принципу делаем обложки. И, конечно, рассказал, что не сработало 👇 Статья на VC

Почему я бросил свою сеть по ремонту телефонов и причем здесь Онлифанс (видео-версия) В день, когда я расписывался с женой, мне позвонили из сервиса. Местному бодибилдеру, звезде Онлифанс, не понравился ремонт. Он зашёл на точку и дал леща моему инженеру прямо при ребёнке. Полчаса я успокаивал одного и ругался с другим. Меня зовут Александр Родионов. С 2018 по 2023 год я открыл пять сервисов по ремонту телефонов в Курске, Туле и Москве и хотел построить глобальную компанию. Сейчас точки в Москве и Туле закрыты, а в Курске я отключил рекламу и сократил часть штата. Расскажу почему. С ремонта остаётся половина чека, а с месяца 15% Замена дисплея на Xiaomi Redmi 10C стоит клиенту 3000 ₽. Запчасть я покупаю за 945 ₽, мастер получает 25% от того, что осталось, это около 514 ₽. Сервису достаётся 1541 ₽, примерно половина чека. Если считать целый месяц, остаётся намного меньше. В октябре 2023 года три курские точки принесли 1,27 млн ₽ выручки. На запчасти ушло почти 29% этих денег, на зарплаты ещё 26%. 13% я заплатил подрядчику в Москве. Пайка и переклейка стекла нужны только в каждом пятом заказе, а для них пришлось бы покупать дорогое оборудование и держать опытного мастера. Поэтому такие телефоны я отправляю в Москву СДЭКом, хотя клиенты злятся, когда посылка задерживается. Ещё 9% ушло на аренду. В итоге за октябрь я заработал 193 тысячи, это 15% выручки. Прибыль приносит проходное место Обычно я тратил на рекламу от 50 000 ₽ в месяц. Заявка из Яндекс.Директа стоила 500 ₽, а до сервиса доходил каждый десятый, так что один клиент обходился в 5000 ₽. С замены дисплея сервису остаётся втрое меньше. Когда я отключил рекламу и сократил часть штата, прибыль почти не изменилась. Около 70% её приносит один островок в самом проходном месте торгового центра. Выходит, в этом бизнесе важнее всего стоять там, где ходят люди. Точка в Туле ушла в минус на 1,5 млн Тулу я открывал, когда у меня было 4 года опыта и три прибыльных сервиса в Курске. Отдельное помещение с ремонтом и вывеской обошлось в 625 тысяч. Финмодель популярной франшизы в нише обещает плюс с первого месяца, но моя точка первые полгода работала в минус и съела ещё около 800 тысяч. Через 6 месяцев она вышла в ноль. К этому времени я устал от этого бизнеса, поэтому принял потерю в 1,5 млн и закрыл точку. Цену назначает конкурент из подвала Я хотел, чтобы ремонт стоил минимум вдвое дороже запчасти. Но если конкурент в подвале за углом делает в два раза дешевле, приходится подстраиваться. В регионе почти невозможно объяснить клиенту, почему у нас на 200 ₽ дороже, даже если запчасть лучше и гарантия длиннее. Мы пробовали привлекать клиентов сервисом и запустили ночной ремонт. Если у человека сломался телефон, а до поезда остался час, мастер приезжал и чинил его на вокзале. Клиентам это нравилось, но мастеров ночные выезды выматывали. Когда мы ввели для клиентов доплату за ночной выезд, таких заказов осталось 2–3 в месяц. Все конфликты решает собственник Сотрудники подворовывают, и больше всего украл один мастер, 40 тысяч. Раз в год кто-то из клиентов подаёт на нас в суд. Все такие истории в итоге разбираю я сам. С прибылью 150–200 тысяч в месяц в Курске я чувствовал себя хозяином жизни, но в Москве этого мало. Когда на тебя работают 16 человек, рассчитываешь зарабатывать больше среднего айтишника. Поэтому 1,5 млн из накоплений я вложил в производство сувениров. Три сервиса в Курске продолжают работать. Смотреть на Ютубе Текстовая версия статьи, если пропустили, здесь

Я выбрался из долга в 4,5 млн, поставил всё на ВБ, а потом сгорели склады 18 июля загорелся склад Wildberries в Электростали. Для селлеров, которые продают продукты, это основной склад, и почти весь наш кофе был именно там. Сгорело 700–800 наборов, это 2–3 млн выручки, которую мы должны были получить. А ведь мы только-только начали нормально зарабатывать и строили план на миллион чистой прибыли к новогоднему сезону. Я продаю кофе на маркетплейсах с 2018 года, и это уже третий раз, когда я начинаю практически с нуля. Первые два раза меня обнулили долги Первый раз был в феврале 2022-го. Импортёры перестали давать отсрочки, и на нас разом повисли два счёта по полтора миллиона. Мы правда думали, что не выберемся. Покупатели в панике скупали всё подряд, я поднимал цены каждый день и к апрелю закрыл оба счёта. Но кофе нам теперь отдавали только по предоплате, и денег на закупку не хватало. Второй раз я загнал себя в яму сам. Начал брать займы на Ozon под 4–5% в месяц: сначала один, потом второй, третий. Пока обороты шли, это казалось ерундой. Потом кофе подорожал, маржа ушла в минус, и деньги с продаж перестали покрывать платежи. Тогда я стал лихорадочно брать потребительские кредиты и кредитки, чтобы закрывать займы, и долг дошёл примерно до 4,5 млн ₽. Весной 2024-го я понял, что если так продолжать, придётся продавать единственную квартиру и по сути оказаться на улице. Из долгов по кредитам я выбрался через банкротство, но займы Ozon оно не списало. Чтобы их погасить, я полтора года продвигал на маркетплейсах чужие магазины. Вставал в 5 утра, проверял рекламу клиентов, разгребал их штрафы и поставки, и так по 14 часов почти без выходных. Почти всё, что зарабатывал, уходило на займы. В итоге я заработал атеросклероз и бессонницу и пил успокоительные, чтобы поспать хотя бы пару часов. Только в первом за много лет отпуске с женой я понял, что застрял. Наконец-то пошли деньги Летом 2025-го я вернулся к своим магазинам и наборам кофе под своими брендами. Больше всего денег в кофе приносит запрос «кофе в зёрнах 1 кг», но там буквально льётся кровь: килограмм Бразилии в закупке стоит 1400–1500 ₽, примерно столько же он стоит на полке. Вот как раскладывается один из самых недорогих наших наборов на ВБ:

Цена 2 000 ₽ Комиссия и логистика ВБ 804 ₽ Себестоимость 550 ₽ Налог 120 ₽ Реклама 100 ₽ Прибыль 426 ₽

На Ozon этот же набор приносит 388 ₽, потому что площадка забирает почти половину цены, и мы ушли почти целиком на ВБ. В сентябре 2025-го прибыль была 79 тысяч, в декабре уже 618 тысяч. За девять месяцев мы продали на 15,5 млн ₽ и получили около 3 млн прибыли. Займы я к тому моменту погасил и закрыл агентство. Сгорели склады А потом в третий раз всё обнулилось: сгорела Электросталь, за ней склады в Краснодаре и Казани. Мы остались должны производителю, который делает наши наборы, за две поставки. К 28 июля нужно было заплатить налог за полугодие, около 300 тысяч. Мы ждали, что пострадавшим его перенесут, но отсрочка действует только с 1 августа. Погасили частично овердрафтом, частично деньгами, которые заняли у родных. Компенсации от ВБ мы так и не получили, и в какой-то момент я решил ничего не ждать. На одну площадку я ставил дважды В 2022-м, когда сгорел склад Ozon на Новой Риге, мы почти всё продавали через Ozon. В 2026-м снова работали на одной площадке, теперь на ВБ. Сейчас развиваем ВБ и Ozon параллельно, хотя на Ozon зарабатываем меньше. Рентабельность после перезапуска 3–7% против прежних 20%. А из кофе я потихоньку ухожу. Это биржевой товар, цена на него зависит от курса и урожая в Бразилии. В ноябре запускаем травяные сборы «Вершки да Корешки» из трав, ягод и корней с Алтая, Урала и из Карелии, и их цена от биржи не зависит. Читать целиком на сайте За интервью спасибо Алексею Кудряшову, основателю брендов Black Coffee Beans, Presto Caffe и Attimo tea.

Как я построил детский лагерь на советских руинах. Потратил 130 млн и улетел в кассовый разрыв (видео-версия) Многие детские лагеря работают на чужих базах и платят за аренду. Михаил Шелков решил построить свой лагерь, но открыть его оказалось сложнее, чем построить. Он 23 года занимается детскими лагерями, а в 2022 году начал восстанавливать заброшенный пионерлагерь «Мирный» под Рузой. Вот что он рассказал: Раньше мы снимали чужие базы. В 2022 году наши лагеря приняли около 2 800 детей и получили 116,5 млн выручки. Половина этих денег уходила владельцам баз, а чистая прибыль за год составила 7,3 млн. С одной путёвки мне оставалось 2 607 рублей. Со своей базой оставалось бы 6 178, даже с учётом содержания зимой и амортизации. Ещё базы сами отвечают за питание и могут менять условия. У нас бывали жалобы на еду, на отсутствие москитных сеток, на разбитую дорогу и странных охранников, а повлиять на это я не мог. Поэтому я решил строить свой лагерь. Восстанавливать дороже, чем строить с нуля, зато проще с согласованиями Я позвал строителей, и они оценили проект от 1 млрд рублей и от двух лет работы. Миллиарда у меня не было. Я взял оборотные средства компании, накопления, займы у знакомых, кредиты и начал стройку сам. Как выяснилось, с нуля строить было бы гораздо дешевле. Но тогда пришлось бы долго согласовывать новые здания. Реконструкция одного спального корпуса на 60 мест обошлась примерно в 30 млн. Всего на лагерь ушло 130 млн: мы купили участок, провели коммуникации, построили котельную, дорогу и столовую на 120 мест, поставили юрты и сафари-тенты, разобрали развалины и благоустроили территорию. 60 млн из этих денег я взял в долг. Юрты втрое дешевле корпуса, но лагерь из одних юрт не откроешь Место в корпусе обходится примерно в 450 тысяч рублей, а в глэмпинге около 150 тысяч. Глэмпинг считается некапитальным строением, и согласовывать его не нужно. По правилам это палатка, хотя внутри есть душ, туалет и электричество. Но глэмпингов нет в кадастре. Если застроить территорию одними юртами, база никогда не станет стационарным лагерем. Чтобы получить санэпидзаключение, нужно восстановить хотя бы один корпус по документам как капитальный ремонт. Юрты к тому же приходится полностью обновлять раз в пять лет. Корпус простоит минимум 25 лет, если вовремя переклеивать обои и подкрашивать стены. Лагерь построили, но открыть целиком не разрешили Я рассчитывал открыться в сезон 2023 года и быстро вернуть часть вложений. Но Роспотребнадзор выдал не все разрешения. После гибели детей на озере в Карелии под суд попал глава карельского Роспотребнадзора, и с тех пор проверяющие перестраховываются. В январе мы с юристами отправили письмо и приложили к нему послание президента Федеральному собранию 2020 года. Там поставлена задача восстановить 6 тысяч заброшенных лагерей. Мы написали, что выполняем поручение президента, и попросили содействия. Роспотребнадзор пошёл на небольшой компромисс: разрешил запустить глэмпинги на этот сезон и подписал санэпидзаключение. Это немного спасло ситуацию, но быстро окупить вложения не вышло. Из-за кассового разрыва мы сократили часть офиса и остановили рекламу. Детский отдых сейчас не самое выгодное дело. Наш бизнес довольно крупный, и я боюсь представить, каково небольшим лагерям. Надеюсь, к лету 2024 года нам одобрят все документы и лагерь начнёт окупаться. Смотреть на Ютубе Текстовая версия статьи, если пропустили, здесь

Почему мое производство пельменей умирает (видео-версия)

«Самое сложное в этом бизнесе — найти непьющего, адекватно ворующего человека, готового прийти на работу в 7 утра».

Так говорит владелец пельменного производства из города до 400 тысяч жителей. В 2018 году он пришёл помогать брату, у которого лепили пельмени две лепщицы. Продажи пошли, он открыл свой цех, а в ковид дорос до трёх цехов и тонны пельменей в день. Сейчас проводит аудит: один цех уже закрыл и думает закрыть остальные. Вот что он рассказал. Куда уходят 3 миллиона выручки Возьму обычный месяц — март, оборот 3 млн ₽. Половина, 1,5 млн, уходит на сырьё. Хорошие цены на мясо и муку начинаются, когда берёшь фурами, а я до этого не дорос. Ещё 800 тысяч я плачу мясникам, тестомесам, лепщицам и водителям. Аренда двух цехов стоит 160 тысяч, коммуналка 150 тысяч, а летом, когда холодильники работают на полную, все 200. Воровство обходится примерно в 25 тысяч в месяц. Бороться с ним дороже: нанимаешь охрану, потом вторую, чтобы следить за первой, потому что первая уже в сговоре. Дальше идут налоги, бензин для газелей и 10% торговым агентам. В итоге в марте мне осталось 130 тысяч. Это и прибыль, и моя зарплата: цехом я тогда руководил сам. Март — средний месяц. В декабре я заработал 700 тысяч, а в январе и феврале потеряли 514 тысяч на двоих. За 2022 год вышло около 3 млн прибыли с 42 млн оборота, но минимум 700 тысяч из них ушло на ремонт холодильников, тестомесов и газелей. Ещё 1–2% оборота я не получаю совсем: магазин закупился, разорился и деньги за мои пельмени отдал другим кредиторам. Коллекторы долги в 7 тысяч за пельмени не выбивают. Почему маленькие цеха ещё живы Фарш волокнистый, и трубки промышленных пельменных аппаратов при большом количестве мяса забиваются. Поэтому на фабриках фарш доводят до состояния паштета, и мяса в магазинных пельменях мало. Когда лепишь вручную ложкой, кладёшь нормальный фарш с луком. Ради этого магазины и берут пельмени у маленьких цехов. Продаю я в 200 магазинов у дома. Сначала ходил по ним сам, и бывали дни, когда меня посылали 50 раз. В сети не иду: они хотят скидку 50%, а моя наценка 100%, так что продажа была бы в минус. Почему производство всё-таки умирает Два года назад водитель получал 30 тысяч, сейчас 50. Работать руками в регионе некому. Кто-то уехал в Москву, где те же котлеты делают за 70 тысяч, кто-то получает 200 тысяч от Министерства обороны, мигранты уехали, когда упал рубль. Я плачу в среднем 35 тысяч при медиане по региону 25 и за 6 лет ни разу не задержал зарплату. Старые сотрудники держатся, но на место ушедшего найти человека почти невозможно. Когда я вышел из операционки, выручка упала на 10–15%, а расходы на столько же выросли: вовремя не закупили сырьё по хорошей цене, что-то не отследили, что-то сломали. К этому добавилась зарплата управляющего. Я предлагал и 200, и 300 тысяч, больше, чем сам зарабатывал в марте, но приходили одни Остапы Бендеры. Рекорд поставил управляющий Павел. На собеседовании он казался приятным и опытным, а в первый же день за мелкую ошибку так обматерил девушек в цехе, что они рыдали. Проработал 15 минут. Когда я начинал, можно было получать 30% прибыли от оборота. В 2022 году вышло 7%, а за вычетом ремонта ещё меньше. Смотреть на Ютубе Текстовая версия статьи, если пропустили, здесь

Как айтишник из Ашана выбирался из зарплаты в 35 000 рублей (видео-версия) Ушёл из Ашана с зарплатой 35 000 ₽, чтобы стать свободным предпринимателем. Спустя 10 лет и семь попыток я снова в долгах и работаю 24 на 7. Поговорил с Владимиром Макаренко. Он разрабатывает интерактивные игры для детских праздников. Вот что рассказал про свои попытки уйти в бизнес: В маленьком городе план на салфетке не сработал В 2014-м я числился IT-специалистом в Ашане, а по факту принимал звонки: «У меня сломались весы, приезжайте!» Мы с женой решили открыть игровой клуб в родном городе, где живёт 60 000 человек. Думали, в маленьком городе это будет в новинку. Я уволился и взял кредит на 450 000 ₽. Прибыль прикинули на салфетке: 50 человек в день по 300 ₽ за вход дают 450 000 ₽ выручки и 350 000 ₽ чистыми в месяц. За 300 ₽ к нам никто не пошёл. Цена опустилась до 120 ₽, а гостей было в разы меньше плана. Клуб приносил около 45 000 ₽ в месяц, и работали мы за них с 9 до 23 без выходных три года подряд. К тому же мы не понимали, кто наш клиент. Днём мамы приводили детей, вечером парни играли в фифу и курили кальяны. Когда начались звонки коллекторов, я открыл ещё будку на рынке: печатал фото на футболках и сам шил подушки. В лучшие месяцы она давала 30 000 ₽. Прибыльную нишу подсказали сами клиенты Однажды пришла мама: её ребёнок не хотел аниматоров и просил отметить день рождения у нас. Мы запустили Kinect Sports на Xbox и за один праздник получили больше, чем клуб зарабатывал за день. После этого праздники у нас стали заказывать и другие родители. Налоги мы не платили и сдавали нулевые декларации. Когда меня вызвали в инспекцию, друзья посоветовали сказать, что три года идёт ремонт. Инспектор открыла нашу группу ВКонтакте:

— Да вы что, угораете? У нас уже все дети к вам ходят на праздники, мы сами у вас празднуем.

Я доплатил 90 000 ₽ за три года и перешёл на патент. После этого мы с женой решили работать только на детские праздники и переехали. Тут пригодилось, что я программист. Написал на Unity игры, где дети делятся на команды, а программа сама даёт задания, считает очки и включает музыку. Потом добавил обычную веб-камеру: дети приседают и машут руками, а игра считывает движения. Это порвало весь город, и центр стал приносить 80–150 тысяч ₽ чистыми в месяц. С партнёром оборот вырос, а мой доход остался прежним Через пару лет я нашёл интерактивные стены. Крупные компании продавали их за 500 000 ₽, а я брал аналоги в Китае за 20 000 ₽ и продавал за 40 000 ₽. Они грели рынок рекламой, а покупали у меня, потому что дешевле. Я зарабатывал около 300 000 ₽ в месяц, но всё тянул сам, и телефон не умолкал. Знакомый бизнесмен спросил:

— Сколько ты зарабатываешь? — 300 000 ₽, примерно. — Со мной сделаешь 3 млн!

Мы договорились 50 на 50. Партнёр стал директором и нанял руководителя продаж и маркетинга. Через полгода оборот дошёл до 8 млн в месяц, а прибыль на пике была около 2 млн. Но её вкладывали обратно в бизнес, и через два года я получал те же 300 000 ₽. Партнёр говорил, что денег в компании нет, а отчётность я по дружбе не просил. Я вышел и забрал долю. Сейчас сам продаю игровые комнаты под ключ. Деньги от доли ушли на новые игры с нейросетью, которая по веб-камере видит руки и голову ребёнка. Только про такой продукт никто не знает, игровые подолгу решаются, и на рекламу уходит треть выручки. Себе закладываю зарплату 150 000 ₽, но получаю её далеко не каждый месяц. Смотреть на Ютубе Текстовая версия статьи, если пропустили, здесь

Как я чуть не открыл домашнюю школу Я часто смотрю на бизнес-кейсы. Поэтому меня регулярно подрывает открыть бизнес. Последний такой случай произошел с идеей домашней школы. Это когда вместо стационарной школы ваш ребенок ходит в онлайн-школу, где занимается по видео и сидит в чате с одноклассниками. Социализацию решают кружками. Это большой рынок (запрос «домашняя школа» 80К+ запросов в Вордстат). Почему думал надо запускать? – Умеем работать с контентом и делать глубоко. Дадим предметы и правда нужные современному человеку. Плюсом к школьной базе научим системному и критическому мышлению, эмоциональному интеллекту, логике. – Аня – выпускник МФТИ, можно использовать в рекламе – Обучим через игры. – Построим мышление ребенка с учётом фрейма ИИ (текущее образование не учитывает ИИ-революцию) – Построим здоровое общение внутри групп Пока прорабатывал узнал как устроен рынок домашнего обучения. Там любопытно. 1. Когда покупают домашнюю школу? – вы живете в регионе и рядом с вами школы с не самым прекрасным окружением и не самыми лучшими учителями. – часто переезжаете и/или зимуете в жарких странах. С домашней школой не привязаны к городу. – переживаете за проблемы общей школы. Травля, некомпетентные/агрессивные учителя. 2. Как быть с лицензией? Казалось бы замена школы это ответственное дело. Но открыть такую школу можно очень просто. Есть фирма, которая прикрепляет всех желающих уйти на домашнее обучение за Московской школой. Родитель платит около 13К в год, ребенку дают личный кабинет и возможность сдать экзамен. Это тест, который ребенок может писать без ограничений по времени и без проверки, что тест не проходит взрослый родитель за него. Если тест пройден, ребенок получает документы что закончил, например, первый класс. Так работает до 11 класса. Перейти в аналоговую школу можно в любой момент, с этими документами вас берут. В этой схеме без разницы будете ли вы учить ребенка дома с помощью бабушки или с помощью онлайн-школы. То есть если я хочу открыть онлайн-школу я просто договариваюсь с такой конторой и уже могу писать на сайте, что я полная замена обычной школой. Теперь чтобы принимать учеников мне остается получить обычную образовательную лицензию. Такую лицензию сейчас получает любой инфобиз. Повозиться с ней все равно придется: подготовить программу, показать преподавателей, образовательную платформу. Но это не сложнее, чем открыть любую онлайн-школу. По такой схеме работают крупные игроки вроде онлайн-школы №1 и Фоксфорда (миллиарды выручки). 3. Экономика Чтобы замутить свою домашнюю школы в основном нужно потратить силы. Денег понадобится немного. – лицензию можно подать самому, или с помощником тысяч за 30 000 руб. – онлайн-платформу, где будет идти учеба можно зайвайбкодить, например, подписка на Клод стоит 200$ в месяц. Мы и так берем Клода, поэтому допвложений не понадобится. – регулярная экономика.

10 учеников по 20 000 руб/мес это 200 000 руб выручка Из них тратим 92 000 руб на зарплаты (вам нужно 92 часа в месяц) Около 30 000 руб на налоги (зарплатные и УСН) Остается 78 000 руб.

Продаем, помогаем, общаемся с клиентами сначала сами. Главное в этой бизнес модели – сколько вы потратите на привлечение учеников. Мы умеем в маркетинг и в вирусные ленты, поэтому тут есть конкурентное преимущество. 4. Как протестировать такой бизнес с минимальными вложениями? – взять только подготовку к школе (дальше этим людям можно продавать свою начальную школу) – взять начальную школу 1-4 класс. Из плюсов тут вам нужно всего 3 вида учителей (учитель начальной школы, иняза и физры) 5. Почему пока решили не запускать – на рынке есть сильные игроки, с длинной историей и хорошим продуктом, поэтому, чтобы побелить нужно дать «ВАУ предложение». У нас есть идеи как улучшить программу, но не факт, что это даст кардинально другой результат, в отличие от того что предлагают конкуренты. А сил и ответственности очень много, поэтому гипотеза пока на паузе. А вы отправили бы своего ребенка в домашнюю школу?

Как я потратил 250 миллионов в деревне (видео-версия) В 2009 году я начал возить молоко и мясо из деревни в Москву: вставал в 4 утра, а до двух ночи мы с женой варили компоты и пекли запеканки. Потом купил 20 га в Тульской области у своего поставщика баранины и построил там ферму. Вложения в неё я называю вкапыванием: один только коровник переделывал пять раз. За эти годы я понял, на чём ферма зарабатывает, а на чём нет. Сырое молоко продаётся в ноль Литр молока на ферме обходится мне в 60 рублей. В эту цену входят зарплаты, корма и ремонты. Потом молоко нужно расфасовать и довезти до покупателя. Ещё я плачу продажникам и бухгалтерии. С этими расходами литр стоит уже 165 рублей, почти втрое дороже, чем на ферме. Поэтому сырое молоко мы продаём примерно в ноль. С мясом не лучше. Бычок за полтора года приносит около 30 000 рублей чистыми, это меньше 2 000 рублей в месяц. Деньги в переработке На пике мы выпускали около 400 наименований, больше всего было кулинарии. Литр кефира мы продаём за 230 рублей. Это на 65 рублей больше полной себестоимости молока, а закваска добавляет к ней всего около 10 рублей. На кулинарии я зарабатываю ещё больше. Свиньи вдвое выгоднее баранов Свиноматка приносит 16 поросят в год. Десять я продаю по 5 700 рублей, шесть оставляю на вырост. Выходит около 57 000 рублей валового дохода, а овцематка даёт 24 000. На 10 свиноматок уходит час на кормление и час на уборку. Едят свиньи всё, даже отходы с бойни. На курах я сначала только терял Сейчас с одного бройлера мы зарабатываем около 200 рублей. До этого я потерял много денег и птицы. Первых кур я поселил на чердаке коровника. Думал, сэкономлю на отоплении, там всегда тепло. Завёз 1 000 цыплят, а через неделю вывез 990 мёртвых: коровы выделяют слишком много газов. Потом год кормил бройлеров своей пшеницей с творогом вместо комбикорма. Хотел вырастить самую экологичную птицу и заодно сэкономить. Через полгода куры стали такими тощими, что проходили сквозь жерди. Я остановился, когда кончились деньги на птицу. Ещё около 20% корма я терял из-за теней. В учебниках пишут, сколько света нужно в птичнике, но не пишут, что в тени цыплёнок не ест. Он садится со светлой стороны кормушки, а с тёмной корм высыпает. Это мне подсказал опытный ветеринар. Маржинальность агротуризма втрое выше У фермы маржинальность около 10%, у агротуризма 30%. Поэтому я сделал упор на гостей. Для них мы построили 10 гостевых домов на 45 человек. Сейчас гости приносят мне от 2 до 4 млн рублей оборота в месяц. А продажи продукции я сознательно сократил: поднял цены примерно вдвое, и заказов стало 160 в месяц вместо 2 400. Покупать продолжили только самые верные клиенты. Видео снято на основе интервью с Евгением Кузыком. Смотреть на Ютубе Текстовая версия статьи, если пропустили, здесь

Мы зарабатывали на фото для маркетплейсов 400 тысяч в месяц, а я всё равно пошёл в электрики Мы с женой снимаем товары для каталогов, интернет-магазинов и маркетплейсов. В лучшие месяцы зарабатывали около 400 тысяч рублей на двоих. Заказчики записывались на два месяца вперёд, мы думали открывать ещё студии. А вместо этого я стал работать электриком. Езжу по квартирам, штроблю стены, переношу розетки. Не сказать, чтобы я мечтал о такой работе. Бизнес вырос из скупки: я перепродавал технику и фотографировал её для объявлений, так и научился снимать. Камеры, объективы и свет тоже попадали ко мне через скупку. Жене фотография нравилась, и когда она устала работать инженером по охране труда, мы решили зарабатывать съёмкой. Разместили объявление на Авито, и клиенты пошли даже без платного продвижения: первые два-три года Таня иногда полдня только отвечала на звонки. Сначала снимали дома, потом купили под студию отдельную квартиру. Ретушёры не вписывались в цену фотографии Начинали мы с 200 рублей за фотографию. Когда работы стало много, подняли цену: обычно брали 500–900 рублей, а за съёмку часов доходило до 2 500. Хотели брать больше заказов и искали помощников для обработки, ведь на неё уходит процентов 70 времени. Ретушёры отделяли товар от фона и убирали пыль, а цветокоррекцию не делали. Она часто занимает половину времени обработки и всё равно оставалась на нас. По деньгам тоже не сходилось: фото стоило 500 рублей, ретушёр просил 200, а на оставшиеся 300 мы снимали, делали цветокоррекцию, проверяли его работу и платили налог. Когда подняли цены, задумались о штатном ретушёре за 100–150 тысяч в месяц, но тут начались изменения на маркетплейсах. Продавцам стало не до съёмки Раньше нам постоянно писали продавцы с маркетплейсов: кому-то нужно было снять для карточки носки, кому-то что-нибудь ещё. Потом таких обращений стало меньше. Думаю, отчасти потому, что самим продавцам стало сложнее зарабатывать: на площадках росли комиссии и другие расходы. А новых клиентов теперь приходится покупать. Вкладываем 10 тысяч в Авито и получаем заказы на 50 тысяч, а на оставшиеся 40 нужно всё снять и обработать. В неудачные периоды вообще было ощущение, что работаешь на Авито. Ещё примерно год нас держали постоянные клиенты, и запись сохранялась на месяц вперёд. Потом заработок стал сильно отличаться от месяца к месяцу:

На пике, за вычетом рекламы 400 000 ₽ Когда держались на постоянниках 150 000–200 000 ₽ Июнь 2026, был отпуск 100 000 ₽ Август 2026, оплата за два проекта 270 000 ₽

А в июле и сентябре работы почти не было. Сейчас мы снимаем в основном у клиентов, по 4 500 рублей за час, а помещение студии планируем сдавать. Но выездных дней у меня в лучшем случае два-три в месяц. Пошёл в электрики Я очень начинаю нервничать, когда не понимаю, что будет с заработком. Сегодня со съёмок сто тысяч, в другой месяц триста, а потом может вообще не быть заказов. Мне нужно планировать расходы, я люблю определённость. Электрику я уже знал: на прежней работе чинил ресторанное оборудование и сам монтировал проводку для торговых помещений. Часть инструмента осталась со времён скупки, остальное докупил вместе с машиной, на электромонтаж ведь нужно ездить каждый день. Всего вложил около 1,06 млн, из них 850 тысяч ушло на Kia Rio. Загрузки пока хватает: работу заказывает примерно каждый второй, кто обратился. Рабочий день приносит 10–30 тысяч, в месяц выходит около 300 тысяч, но это до вычета рекламы, расходов на машину и налогов. Только работа тяжёлая. Надеваю защиту для глаз, ушей, хорошую маску, а всё равно весь день в пыльном помещении, и так около десяти часов. Хочу зарабатывать те же деньги и тратить меньше времени. Студию мы тоже не бросаем. Возможно, заявок мало ещё и из-за нашего маркетинга: мы долго были загружены съёмками и почти не занимались рекламой. Сейчас вкладываемся в сайт и через три-шесть месяцев посмотрим на результат. Если заявок не прибавится, это направление придётся отпустить. Читать целиком на сайте За интервью спасибо Максиму, предпринимателю и владельцу студии SUPRUNPHOTO.

Я тру оленину в капучино и зарабатываю 400 тысяч чистыми в месяц Сергей из Норильска придумал добавлять в капучино вяленую оленину и кедровый орех. Приготовил около сотни пробных чашек, чтобы подобрать вкус, и поначалу сам стеснялся своего напитка. Потом повёз его на выставку в Москву, а следом получил приглашение на Петербургский экономический форум. Там за кофе стояли в очереди министры. Только месячная выручка после этого заметно не выросла. При этом у Сергея остаётся около 400 тысяч рублей чистыми в месяц. Его кофейня на втором этаже, гостей с улицы почти нет, готовят около 50 напитков в день. Основные покупатели у него совсем другие. Офисы и рестораны регулярно заказывают зерно, а частные клиенты приходят забрать интернет-заказ или отдать кофемашину в ремонт. Сергей оплачивает кофе за два-три месяца до продажи. До Норильска его везут через Москву, Мурманск и Дудинку. Сделал ролик по этой истории. Считаем расходы и разбираемся, зачем вообще держать кофейню, если на чашках почти не зарабатываешь. Смотреть на YouTube Текстовая версия статьи, если пропустили, здесь

Я открывал автомат ключом, менял рулон бумаги и зарабатывал 180 тысяч в месяц с точки (видео-версия) Поговорил с Т. Мовсисяном, сооснователем Boft — сети деревянных автоматов для печати фотографий из Инстаграма. Чтобы поставить первый автомат, он полгода писал в торговые центры Москвы. Ему отказывали: живого устройства ещё не было, только 3D-модель. Согласился только дизайн-завод «Флакон» — бывшая фабрика в Москве, на территории которой открылись магазины, кафе и мастерские. Через несколько дней у автомата стояли очереди, а через неделю про него снимали сюжет. Люди печатали фотки, фотографировали их и выкладывали обратно в Инстаграм. На рекламу не потратили ни рубля. После этого торговые центры сами звонили и предлагали поставить автомат бесплатно. Лучшая точка приносила 700 тысяч рублей в месяц. А потом, по словам Мовсисяна, его уволили из компании. Свою долю он восемь лет пытался оформить, но она так и осталась на словах. В ролике рассказываю, как развивался этот бизнес и можно ли заработать на фотоавтомате сейчас. За него просят 700 тысяч рублей, а окупаемость средней точки составляет уже около двух лет. Смотреть на Ютубе Текстовая версия статьи, если пропустили, здесь *Instagram принадлежит компании Meta, деятельность которой признана экстремистской и запрещена на территории Российской Федерации.

За две недели я потерял бизнес, семью, машину и жильё, но станки не продал (видео-версия) Алексей Сидоров мог бы пройти банкротство и списать долги. Вместо этого он каждый месяц отдаёт, сколько получается. Сейчас на кредитах осталось около 3,5 млн ₽. Получается у него от 100 до 150 тысяч в месяц. Он делает таблички для слабовидящих со шрифтом Брайля, иконы и навигацию для жилых домов. В ноябре и декабре заказов хватило на два миллиона, а январь с февралём вышли в ноль. Почему, он так и не понял. Всё посыпалось за две недели: жена подала на развод, сломался основной станок, а следом умер двигатель у фургона. Началось с застройщика, который до сих пор должен ему около миллиона за готовую работу. Полгода он собирал людям кухни из Леруа, чтобы отремонтировать станок. А до этого печатал листы по два с половиной метра в гараже и тащил их по снегу через двор к фрезеру. В ролике: сколько остаётся с одного заказа на 1,2 млн ₽, зачем он ушёл из банка, где платили очень хорошо, и как принтер, купленный под московские поликлиники, остался без дела. Смотреть на Ютубе Текстовая версия статьи, если пропустили, здесь

В России закрывается каждая седьмая кофейня, а продажи зерна растут Дополнение к статье про кофейный бизнес в Норильске За год в Москве закрылась каждая седьмая кофейня. «Шоколадница» закрыла 42 точки и ушла в убыток на 170 млн, «Кофемания» закрыла четверть сети. При этом кофе в России пить не перестали. Продажи зерна в рознице за полгода выросли на 17%, а кофемашин за год купили 2,6 млн, это рекорд. Почему кофейни закрываются Сначала подорожало сырьё. В 2025 году биржевая цена арабики была самой высокой за 22 года, у поставщиков зерно подорожало на 40%, молоко на 25%. Кофейни подняли цены: средняя чашка по стране за год выросла со 106 до 147 рублей, на 39%, в Москве капучино в кофейне стоит 250–300. Покупатель в это же время начал экономить, а кофе навынос это не хлеб, от него отказываются первым. В итоге покупок в кофейнях стало на 7% меньше, оборот вырос на 10% только за счёт цены, и у тех, кто сидит на дорогой аренде в центре, выручка перестала покрывать расходы. Кофеен к этому моменту было уже слишком много, аналитики 2ГИС и ресторанные консультанты называют это главной причиной закрытий наравне с экономией. В Москве кофеен больше, чем нужно, а в регионах пока нет: Ростов за год прибавил 47% кофеен, Воронеж 14%, Уфа 11%. Там чашка ещё дешевле московской. Капучино за 90 рублей вместо 250 Кофе стали покупать в супермаркетах и варить дома. В «Пятёрочке» и «Перекрёстке» тот же капучино стоит 90–100 рублей, и за год сети продали 200 млн кружек, на 86% больше, чем годом раньше. А тот, кто пьёт кофе каждый день, купил кофемашину: средняя цена 14,5 тыс., по сравнению с кофейней она окупается за один-шесть месяцев, и 55–60% таких машин покупают на маркетплейсах. Кто теперь зарабатывает на кофе Зарабатывает тот, кто продаёт зерно. Домашняя кофемашина без зерна не работает, поэтому продажи зернового кофе растут, 17% за полгода, а торговых точек, где его продают, стало на 15% меньше, и каждая оставшаяся продаёт больше. Растут и обжарщики: «Сварщица Екатерина», один из крупных, выросла с 259 тонн в 2023-м до 355 в 2025-м. Обжарщику всё равно, где его кофе выпьют, в кофейне или на кухне. Герой нашей статьи из Норильска зарабатывает так же. У него есть бар, 50 чашек в день, и на нём он не зарабатывает. 60% выручки дают офисы, рестораны и кафе, которые берут зерно оптом, 40% частники, которые покупают домой. Бар при магазине нужен, чтобы попробовать то, что стоит на полке, и когда кофейни вокруг теряют трафик, его это почти не касается. Ещё зарабатывает тот, кто чинит кофемашины. 2,6 млн машин, купленных за год, через год-два начнут ломаться, и везти их на ремонт в другой город никто не будет. Отраслевой статистики по ремонту кофемашин нет, но у героя из Норильска это отдельное направление примерно на 4 млн в год, в основном договор на обслуживание офисных машин крупного предприятия, и часть клиентов, которые пришли с поломкой, потом покупают у него зерно. Что будет с кофейнями дальше Сырьё уже подешевело. К октябрю 2026-го арабика упала на 25–30% на рекордном урожае в Бразилии, в российской рознице зерно с начала года подешевело на 2%. Кофейням станет легче с закупкой, и часть из них перестанет закрываться. Но тем, кто уже купил кофемашину, кофейня больше не нужна. Им нужны зерно и мастер. Источники: 2ГИС, Коммерсантъ, Ведомости, NTech, Платформа ОФД, RB, РИА Новости

Весь мой бизнес помещается в багажник. И приносит 2 млн за сезон (видео-версия) Из одной фуры Даниил вынес шесть мешков мусора, и рядом осталась ещё гора вещей. Хозяин, судя по всему, в этой фуре жил. Даниил чистит салоны на выезде: приезжает во двор к клиенту с генератором и моющим пылесосом и делает всё на месте, без бокса и аренды. Начинал он с комплекта тысяч за десять, который помещался в багажник легковушки. Сейчас средний заказ стоит 8 тысяч, и около тысячи из них Даниил тратит на бензин и химию. За прошлый год оборот вышел 2,6 млн, на руках осталось около 1,8. При этом за три года дело так и не выросло. Полная химчистка занимает 5–6 часов, поэтому в день Даниил берёт одну машину, а помощника зовёт только на лето. В жарком июне заказов было как в пиковом июле, и часть пришлось отменить: пока они вдвоём чистили пять автобусов для автопарка, три клиента так и не дождались. А с января по март работы почти нет, потому что химия замерзает прямо на сиденьях. В ролике разбираю, почему убитый салон у Даниила стоит столько же, сколько почти чистый, и зачем он не стал перекупать машины, где одна удачная сделка приносила до 200 тысяч. Смотреть на Ютубе Текстовая версия статьи, если пропустили, здесь

Я построил завод, зашёл во все федеральные сети, делал 3 млн в месяц, а потом похолодало (видео-версия) Одна региональная сеть торговалась с производителем льда так:

— Почём килограмм? — 45 рублей. — Килограмм для нас много, давайте пачку по полкило. — Хорошо, полкило будет 37. — Подождите, если килограмм 45, то полкило должно стоить 22,50!

Не договорились, и льда в этой сети нет до сих пор. Вода и электричество на килограмм льда обходятся заводу в 3 рубля. А пакет с печатью, коробка, палета и доставка на рефрижераторе для полкило стоят почти столько же, сколько для килограмма. Поэтому пачка вдвое легче дешевеет только процентов на 20. Завод стоит в Новосибирске. Его владелец в 2011 году работал бар-менеджером в ночном клубе, где летом вечно кончался лёд. Он занял 50 тысяч, купил льдогенератор и поставил его у друзей в бывшей душевой. Сейчас у него шесть льдогенераторов и оборудования почти на 30 млн ₽. Магазину завод отдаёт килограмм за 50 рублей и оставляет себе из них 10. В хороший месяц это 3 млн ₽ прибыли с 10 млн выручки. Но хороших месяцев в году четыре, а с ноября по февраль завод каждый месяц теряет по 300 тысяч. Когда на улице ниже 21 градуса, люди перестают покупать воду, мороженое и лёд. Мощности под лето владелец докупает зимой, не зная, каким оно выйдет. Летом 2025-го в регионах поставок было прохладно, и завод не добрал загрузку, под которую строил мощности. Поднять цену под плохой год он не может: сеть разрешает не больше 10% и не чаще раза в полгода. В ролике разбираю, как завод полтора года работал себе в убыток ради полки в сети, за что сеть оштрафовала его на 3 млн ₽ и почему льдогенераторы на весь город умеет чинить один мастер Андрей. Смотреть на Ютубе Текстовая версия статьи, если пропустили, здесь

Я тру оленину в капучино и зарабатываю 400 тысяч чистыми в месяц К нам не ведут дороги. Товар едет морем через Мурманск, 20 дней в лучшем случае, а два раза в год море закрыто: весной ждём, пока сойдёт лёд, осенью ждём, пока встанет. «Пятёрочки» у нас нет, с маркетплейсов доставка платная, и холодно. Хорошие клиенты раз в два-три года уезжают на материк насовсем. В таком городе я пятнадцать лет продаю кофе, и дела, кстати, идут неплохо. Работаю я в Норильске, население 170 тысяч человек. Двенадцать лет я в найме возглавлял отдел эспрессо в магазине бытовой техники, продавал кофемашины и сам их чинил, а в 2011-м ушёл и открыл интернет-магазин зерна. Четыре года он не мог перепрыгнуть 800 тысяч в месяц, и в 2020-м я открыл офлайн-магазин с баром, ровно к пандемии. Конкурентам сюда слишком дорого ехать На материке мне пришлось бы конкурировать с сетевыми супермаркетами, у которых своя полка кофе, и с маркетплейсами с бесплатной доставкой. В Норильске нет ни того, ни другого. С Ozon по цене с доставкой выходит так же, как у нас, только у нас человек видит дату обжарки и может взять ровно то, что хочет. Плюс на севере пьют много кофе, как в Скандинавии, нужно взбодриться. И норильчане всё время летают на материк, всё видят, всё пробуют, а потом хотят того же дома. На чашках не зарабатываю Бар у меня на втором этаже, в 200 метрах от главного проспекта. Делает 50 чашек в день, и цели, чтобы кофейня работала как кофейня, у меня нет. Зарабатываю я на зерне: примерно 60% выручки дают офисы, рестораны и кафе, которые берут оптом, остальные 40% частники, которые покупают домой. Бар нужен, чтобы человек попробовал то, что стоит на полке, и забрал интернет-заказ. Вот средний месяц 2025 года по магазину и бару:

Выручка 3 100 000 ₽ Закупка товара 1 500 000 ₽ Зарплаты 250 000 ₽ Аренда и коммуналка 100 000 ₽ Налоги 75 000 ₽ Автомобиль и стоянка 50 000 ₽ Прочие расходы 725 000 ₽ Чистая прибыль 400 000 ₽

Прочие расходы это в первую очередь логистика: килограмм кофе морем стоит 90 рублей, самолётом 470, и на время навигационных пауз деньги замораживаются в товаре на два-три месяца. Плюс запчасти и техника для сервиса, своё оборудование вроде кофемолок на баре, и убытки по двум точкам, которые я открыл в других местах и закрыл. Для Норильска 400 тысяч чистыми — это нормально: офисные сотрудники получают около 200 тысяч. Отдельно от магазина у меня ремонт кофемашин, это ещё около 4 млн рублей в год. Я принёс его из найма: договор на офисные машины крупного предприятия города, плюс частники и рестораны. И через ремонт к нам приходят люди: человек с поломкой узнаёт, что у нас ещё и зерно. Министры стояли в очереди В 2021 году для гастрофестиваля нас попросили сделать напиток с местным продуктом. Местных продуктов у нас мало: ягоды, рыба, оленина. Вечером в офисе я посмотрел на юколу, вяленую оленину, которая по плотности как шоколад, и говорю: а если на тёрочке, как декор? Добавили кедровый орех, получилось пикантно и солёно. Я этого напитка стеснялся, в комментариях писали «мясо в кофе, вы что». А потом Агентство развития Норильска взяло нас на туристическую выставку в Москву, оттуда позвали на Петербургский экономический форум, и мы три года подряд готовили там нон-стоп, министры стояли в очереди. В 2023-м я напиток запатентовал. На выручку это влияет мало, туристы заходят за ним, но на цифрах не видно. Зато нас знают. Сейчас бизнес работает без меня, младший партнёр — моя бывшая бариста, которая выросла до управляющей. Но совсем выйти не могу: каждый день контрагенты, переговоры, и гостям иногда приятно, когда я сам выхожу в зал. Читать целиком на сайте За интервью спасибо Сергею Сербину, основателю «Кофе-Друг» в Норильске.

Я напёк печенья, сделал 1,7 млн за месяц и думал, что разбогател, а потом тренд кончился (видео-версия) Про тюменские кукисы, которые за первый месяц сделали 1,7 миллиона на прилавке в конце торгового центра, вы читали у меня на днях, а теперь по этой истории вышел ролик. В нём я считаю, куда девается миллион выручки при себестоимости печеньки 100 рублей и цене 300, и показываю, сколько на самом деле остаётся владельцу с одной штуки. Разбираю, почему вторая точка не удвоила выручку, и почему не спасла доставка, где нет ни аренды, ни продавцов. Герой опросил 140 покупателей, что они сделали первым делом после покупки. Ответ объясняет, почему через полгода людей стало меньше при том же среднем чеке. Смотреть на Ютубе Статья, если пропустили, здесь

Я не хотел жить бедно, пошел в госзакупки и теперь отдаю 50 млн долга (видео-версия) На квартиру для сироты регион выделяет 2,7 млн ₽, а подходящую под все требования можно найти на «Авито» дешевле полутора миллионов. Покупаешь, делаешь ремонт, выигрываешь тендер, и через 2–3 месяца государство забирает её почти вдвое дороже. Клиента искать не надо, тратиться на рекламу тоже. Записывал как-то интервью с предпринимателем из Нижнего Тагила, который 6 лет зарабатывал на госзакупках. Он поставлял государству все подряд, от концертов на день города до проекторов и сигарет, и в лучший год его компания делала 160 млн ₽ выручки. А закончилось всё долгом в 50 млн ₽. Товар поставщик покупает на свои или заемные деньги, а заказчик вправе его не принять. Однажды ему пришлось сжечь в саду сигареты на 10 млн ₽. Их везли в колонию ровно по техзаданию, с нужным количеством смолы и никотина, но колония партию всё равно не приняла. Мы им привезли сигареты, которые подходят, а они говорят: слушайте, мы хотели не такие. Мы говорим: ну, по ТЗ подходит. Он говорит: ну, смотрите, нас на вилы поднимут, а мы потом скажем, кто нам это привез. Сигареты акцизные, и перепродать их на сторону незаконно. Одна партия обошлась почти во всю годовую прибыль компании. Еще у него не приняли диски для телеканала из-за подмокшей коробки и 56 проекторов, которые потом два года распродавали на «Авито». Велопрокат в Южно-Сахалинске компания сдала на 10 месяцев позже срока: заказчик не подписывал приемку, пока не сошел снег, а по займу на 22 млн каждый месяц набегало почти полмиллиона процентов. Банкротство закончилось без списания долгов, и из 50 млн ему еще осталось отдать 12. Выпустил по этой истории ролик. Там разбираю, сколько компании оставалось с каждого рубля выручки, как беспилотник для подсчета тюленей оказался на дне Северного Ледовитого океана и что он решил, когда на счёте было 30 млн, долг 80 млн и действующий загранпаспорт. Смотреть на Ютубе Текстовая версия статьи, если пропустили, здесь

Кто зарабатывает на модных десертах Дополнение к статье про кондитерскую американского печенья Дубайский шоколад, американское печенье в розовых коробках, бабл-ти, а этим летом корпусные пирожные в виде малины и лимона. Каждый из этих десертов блогеры сначала показывали в роликах, а через несколько месяцев его уже продавали в торговых центрах и на маркетплейсах. Мы разобрались, кто на них зарабатывает. Почему за модным десертом не возвращаются Главная проблема модных десертов в том, что их покупают один раз. Возможно, потому что их берут, чтобы сфотографировать и выложить в соцсети, а для этого хватает одной коробки. А может, новизна проходит быстрее, чем у покупателя появляется привычка. Снизить цену тоже не помогает, и осенью 2025 года дубайский шоколад стоил на 70% дешевле, чем годом раньше, а покупали его в 2,7 раза реже. Цена при этом падает не только из-за спроса. Рецепт модного десерта легко повторить, и вслед за первыми продавцами приходят десятки других. В октябре 2024 года дубайский шоколад на маркетплейсах продавали уже 50–90 брендов, а единого рецепта у него нет, и каждый производитель кладёт в начинку столько фисташек, сколько считает нужным. Что происходит, когда десерт делают все Новые продавцы не приводят новых покупателей, а делят тех, кто уже есть. Американская сеть Crumbl, с которой пошла мода на такое печенье, в 2023 году открыла на 41% больше пекарен, и выручка каждой в среднем упала на 37%. В России так уже было с бабл-ти. Сооснователь ростовской сети «Тапиока» рассказывает, что в 2014 году в Ростове-на-Дону открылись ещё восемь таких кафе, и через два года закрылись все, кроме его. В 2025-м его выручка упала вдвое, потому что рядом снова открылись конкуренты. Покупателей становится меньше, а аренда и зарплаты остаются прежними. Поэтому первым в минус уходит тот, кто открыл отдельную точку под один модный десерт. Прибыль пекарен Crumbl в 2023 году упала на 58%, и сеть впервые начала закрывать точки, а владельцы франшиз за год продали 54 пекарни. Кто всё-таки заработал На тех же трендах в плюсе остаются те, кому не пришлось ничего строить под модный десерт. В октябре 2024 года больше половины продаж дубайского шоколада на Wildberries пришлось на две карточки одного продавца, и покупатели были готовы взять ещё почти на миллион рублей, но товара не хватало. К Новому году шоколад под своим брендом выпустил «ВкусВилл», а в «Ленте» появилась версия российского производителя. Для сети модный десерт — одна позиция из тысяч, и, когда спрос падает, её убирают с полки. А компания Crumbl в 2023 году, пока её пекарни теряли выручку, увеличила свои доходы на 11%, потому что получает отчисления с каждой новой точки. Почему бабл-ти до сих пор продают Некоторые десерты продолжают покупать и после того, как о них перестают говорить. Бабл-ти за год стали искать в Яндексе почти вдвое реже, но точек, где его продают, стало больше. Клубнику в шоколаде после всплеска 2025 года в первом полугодии 2026-го покупали на 26% чаще, чем годом раньше. Возможно, остаются десерты, которые берут регулярно или в подарок, а не чтобы один раз сфотографировать. На маркетплейсе цветов и подарков Flowwow рассчитывают, что корпусные пирожные тоже закрепятся в подарочном ассортименте. Но кондитеры уже массово добавляют их в витрины, и в Новосибирске за три месяца средняя цена такого десерта снизилась с 1996 до 1816 ₽. Источники: «Платформа ОФД», Moneyplace, «Анабар», Flowwow, Restaurant Business, 2ГИС, «Коммерсантъ», «Инк.», АиФ, Shopper's

У меня 15 лет был бизнес, и вот почему лучше пойти на завод (видео-версия) У ремонтных контор, которые выдают себя за частных мастеров, есть общий чат для новичков. Модератор выкладывает туда лучшие заявки дня: например, парень приехал к бабушке на мелкую поломку, назвал ее чуть ли не капитальным ремонтом и взял 15 000 ₽. Честный мастер за такой выезд попросил бы около тысячи. В чате хлопают заслуге юного мастера. Разговаривал я как-то с владельцем сервиса, который работал честно. Он 15 лет чинил стиральные машины и холодильники, дорос до штата в 15 человек и склада запчастей на 3–4 млн ₽. А однажды вечером ему нечем было заплатить бригаде, и он звонил занять денег бабушке-пенсионерке. Бабушка до этого годами уговаривала его бросить ерунду бизнес и идти на завод. В месяц с сервиса ему оставалось всего 75 тысяч в месяц. Конторы чинят хуже, а зарабатывают больше. В ремонт звонят в основном домохозяйки и пожилые люди, и мастер этим пользуется: разбирает стиралку до винтика, а потом называет цену детали чуть ли не в половину стоимости машины. Отказаться в моменте уже трудно. Еще один прием держится на страхе перед накипью. Мастер вытаскивает обросший тэн, показывает хозяйке и говорит, что без ремонта тысяч на 20–30 машина вот-вот сломается. А плотная накипь, как в чайнике, тэну почти не вредит. Ломает его как раз средство от накипи вроде Калгона: оно разрыхляет налет, тэн перестает отдавать тепло, перегревается, и срабатывает предохранитель. Таких тэнов сервис заменил огромное количество, и почти каждый клиент говорил, что сыпал Калгон. Заработанное конторы тратят на рекламу, и честному сервису с его наценкой догнать их нечем. В итоге владелец ушел из бизнеса инженером на завод и теперь получает больше, чем приносил собственный сервис. Однозначно спокойнее. Думаешь только про инженерию, а не про то, как продать то, чем занимаешься В ролике разбираю, куда уходили деньги честного сервиса, как свои же мастера уводили у него заказы и почему подшипники барабана выбивали молотком за домом, подальше от хозяйки. Смотреть на Ютубе Текстовая версия статьи, если пропустили, здесь

Я напёк печенья, сделал 1,7 млн за месяц и думал, что разбогател, а потом тренд кончился Семь лет назад я посмотрел курс, где говорили, что бизнес это легко, и уволился с вахты день в день. С тех пор у меня были одежда, орехи на Wildberries, франшиза школы барабанов, кадровое агентство и фулфилмент, который умер в кассовом разрыве. Цель все семь лет одна: миллион чистой прибыли в месяц. Ближе всего к ней я подошёл на печеньках. На домашней кухне вышли на 300 тысяч за три месяца Идею принесла сестра Полина. Она пять лет жила в Казани, и там на её глазах открылась точка с американскими кукисами, большим мягким печеньем с начинкой, к которой стояли очереди. В Тюмени такого ещё не было, и мы решили сделать своё. Рецепт подбирали дома с мамой, на коробки, фотосессию и рекламу у двух-трёх блогеров ушло 150 тысяч. Первый заказ приехал через пару дней, а дальше по 10–20 заказов в день. Всё это Полина пекла одна на домашней кухне. Первый месяц сделали 150 тысяч, второй 200, третий 300. Мы решили, что расти дальше можно только в офлайне, взяли кредит и поставили островок в торговом центре. На открытие стояла очередь с этажа, за день продали 400 печенек, за первые 30 дней сделали 1,7 миллиона. Это был пик всего проекта. Если одна точка делает миллион, две сделают два Так я думал и в марте открыл второй островок. Двух миллионов не вышло. На компанию стали делать 1,5–1,6 миллиона, а клиенты просто разделились: 800 там, 800 здесь. При этом 1,6 миллиона было рекордом для всех моих бизнесов, а на счёте не прибавлялось. Вот месяц на первом островке, когда он делал миллион:

Выручка 1 000 000 ₽ Аренда островка с коммуналкой 130 000 ₽ Зарплата цеха 220 000 ₽ Зарплата продавцов 150 000 ₽ Сырьё 200 000 ₽ Маркетинг, аренда цеха, курьер 140 000 ₽ Налог 6% 60 000 ₽ Осталось 100 000 ₽

И эти сто тысяч тоже куда-то девались: на коробки, на непредвиденное. Со второй точкой расходы выросли до 1–1,1 миллиона, выручка до 1,5–1,6, и в лучшие месяцы оставалось 300 тысяч, потом 200, потом 100, а следующий месяц ноль или минус. Всё было финансово как-то безграмотно: мы выручку делаем, а тратим столько же и больше. Покупатели фоткали коробку и не возвращались Через полгода после открытия первой точки выручка упала до миллиона, а это уже ноль. Причин я вижу три: сезонность, зима для общепита глухое время; покупательская способность, в 2026 году она просела у всех; и главная, что продукт уже попробовали все, кто хотел попробовать. Кукисы это продукт на один раз. Я опросил 140 покупателей, что они сделали первым делом после покупки, и очень многие ответили одинаково: сфоткали коробку и выложили в соцсети. Медовик люди знают и покупают всегда, а к нам приходили попробовать, что это такое. Мы пытались это исправить: выпускали шесть новых вкусов каждую неделю, запускали бонусы, отработали 300 блогеров. Интерес к бренду держался, а повторных покупок оставался очень маленький процент. Чтобы бизнес на тренде жил, тренд надо постоянно подпитывать новыми вкусами, а это новое сырьё и новое обучение кондитеров, то есть деньги. Когда продажи просели, экспериментировать стало не на что. Ролик о закрытии дал последний хороший месяц В июне я собрал планёрку и сказал, что островки закрываем. Полина к тому времени выгорела и вышла из проекта. Перед закрытием мы сняли ролики и честно рассказали, что происходит. У видео около миллиона просмотров, люди поехали успеть попробовать, и в последний месяц мы сделали 1,5 миллиона. На эти деньги рассчитались со всеми. Цех я оставил, чтобы попробовать без островков: доставка и опт в четыре кофейни. Расходов меньше, но и денег тоже: в августе сделал 550 тысяч выручки, а чистой осталось 10 тысяч. Так что закрываю и цех. Спустя семь лет после того курса, где обещали, что бизнес это легко, я думаю: легко, конечно, легко... Читать целиком на сайте За интервью спасибо Артёму Исайчеву, сооснователю Tumbl Cookies.