НАЧАЛО ИСТОРИИ 👉 Зять привёз ко мне внука с дачи в глухом капюшоне
ПОДПИШИСЬ ЧИТАЙ ПРОДОЛЖЕНИЕ
— Алёшенька, — прошептала Валентина.
Мальчик не повернулся. Только веки медленно опустились и поднялись — механически.
— Алёша, это бабушка. Ты меня слышишь?
Тишина. Потом он улыбнулся — улыбкой Константина, широкой и пустой.
— Всё хорошо, бабушка. Я просто устал. Папа сказал, что я должен спать.
— Кто это сказал? Папа?
Мальчик кивнул — после паузы, после разрешения.
— А что ещё сказал папа?
— Сказал, что если я буду хорошо себя вести и не расстраивать бабушку, то мама скоро поправится.
— Мама?
— Мама заболела. У неё температура. Она на даче. Она спит. Ей нельзя звонить.
Валентина присела на край кровати, взяла внука за руку.
— Алёша, посмотри на меня. Ты мне веришь?
Мальчик посмотрел по-настоящему, и в глазах мелькнул испуг.
— Бабушка, а мама правда болеет?
В этот момент скрипнула дверь.
— Валентина Георгиевна, вы чего не спите?
Она обернулась. Константин стоял в проёме.
— Ребёнок не спит. У него нет температуры. Зачем вы сказали, что он болен?
Константин улыбнулся той же улыбкой.
— Ну, мало ли. Горло красное...
— Он себя не помнит. Вы его чему научили, Константин?
Константин шагнул в комнату.
— Вы меня извините, но давайте отбой. Вы же не хотите, чтобы он плакал?
— Я хочу, чтобы вы ответили. Где Марина?
— Марина на даче, я же сказал. У неё температура.
— Позвоните ей. Сейчас.
— Она спит.
— Разбудите.
— Валентина Георгиевна, вы с ума сошли?
— Тогда дайте мне её номер. Я позвоню сама.
Константин посмотрел на неё, потом на Алёшу.
— Знаете что, давайте без истерик. Ребёнок спит. Завтра поговорим.
Он натянул капюшон обратно на лицо мальчика.
— Отойдите, пожалуйста.
— Я позвоню в полицию.
Константин выпрямился, и на его лице появилось облегчение.
— Звоните. Алёша, если его спросят, скажет, что всё хорошо. Правда, Алёша?
Из-под капюшона донеслось:
— Всё хорошо, папа.
— Алёша, ты не бойся. Ты можешь сказать правду. Бабушка тебя защитит.
Мальчик молчал.
— Он не боится, — Константин взял её за локоть. — Пойдёмте, выпейте валерьянки.
— Уберите руку.
— С удовольствием. Как только вы ляжете.
В утреннем свете Валентина увидела на запястье внука тонкие ровные следы.
— Я не бил его, — сказал Константин. — Я его просто… учил.
Она вышла на кухню, набрала номер дочери. На четвёртый звонок ответила соседка:
— Валентина? Тут ваша Марина… Приезжайте. Скорую вызвали, и полицию.
— Что с ней?
— Она нарассвете пришла. Босиком, в ночной рубашке. Говорит, не может найти Алёшу. И лица на ней нет, Валентина.
— Я приеду. Скажите ей, что Алёша у меня. Жив и здоров.
Валентина зашла в детскую, стянула капюшон.
— Алёша, я сейчас уеду, привезу маму. Ты жди здесь. Я оставлю дверь открытой, на кухне черешня.
Мальчик повернулся. Глаза сухие, лицо спокойное — спокойствием того, кто научился не плакать.
— Бабушка, а вы вернётесь?
— Вернусь. И маму привезу. И мы больше никуда не поедем. Понял?
Мальчик кивнул сразу.
Валентина поцеловала его, вышла, взяла ключи. В зеркале на неё смотрела седая женщина — та, которая знала: самое страшное начинается не с удара, а со слова «не говори».
Она открыла дверь и шагнула в утро.
ПОДПИШИСЬ! У нас много интересного👇
