Публикации канала «Рассказы Ждановны»

Патрина. Некровные узы Глава 57 Живя в доме Ромы, Патрина почему-то вспоминала, как жила беременная у Тамары и Натана. Только тогда с ней, как с принцессой обращались. И кормили, и поили, и одевали. И жила она в отдельной комнате, как положено по их законам. А сейчас…Всем, включая ее названного мужа, нет до нее дела. Прислуга и есть. И живет как собака какая-то. Рома постоянно отсутствовал, где он бывал, она не знала. Она видела только, что он приносит деньги, потому что работы в доме пошли скорее. У Патрины даже не было возможности с ним поговорить! Она часто думала про свой дом. А может, пришла пора в него вернуться? Не ко двору она здесь. И она еще думала, что Рома полюбил ее…По - настоящему. Нет, видно не создана она для этого. Не будет у нее никогда своей семьи. *** Пока не было большого живота, Патрина стремилась заработать. Просилась у Аси Пэтровны на рынок. Ася неохотно соглашалась - тогда заботы по дому ложились на ее плечи. Она предпочитала уезжать «по делам» с самого утра, наспех позавтракав, оставляя все на невестку. Патрина брала товар, ловчила, делала наценку на куртки и шапки, или говорила свекрови, что пришлось уступить немного. Разницу откладывала и держала в стеклянной банке, зарытой под старой сливой в дальнем углу сада. Чтобы никто не нашел. Эти деньги помогут ей, она сможет ей уехать отсюда. А дальше видно будет…Ничего, прокормятся. Они с Бэлой обычно торговали на выходе из рынка - там были дешевле места. Контролеру «Рябиновского» рынка, Антонине Васильевне, они исправно платили - связываться, обманывать, убегать не хотелось. Пусть все будет легально! Есть места и ладно! Главное, чтобы торговля шла. Они сидели на старых стульях, неизвестно откуда взятых, покрытых старыми вытертыми кофтами, а рядом, прямо на заборе были навешаны куртки на плечиках, на импровизированном прилавке, наспех сколоченном из досок и покрытом простыней, стояли, красуясь шапки из колонка. Кругом бродили и глазели люди, выбирая себе вещи, мерили туфли, сапоги, куртки - приближалась весна. Патрина зорко следила за ними, и, увидев хоть малейший интерес во взгляде потенциального покупателя, подбегала сразу, приводила, уговаривала мерить. Она четко знала, что от этого зависит ее выручка. А значит, и приближается дорога домой. -Домой хочу, - кутаясь в платок от пронизывающего ветра, сказала она Бэле, - не могу я там больше. Загонят они меня в гроб. Бэла покуривала свою вечную сигарету, держа ее пальцами, желтыми от табака. Ногти ее были черные - эти куртки и шапки «красились», руки вечерами приходилось долго отмывать. -Ну и правильно, - сказала Бэла, - домой тебе надо возвращаться. Ну на кой тебе это все? Живешь, как золушка чертова. А Ася эта там жиреет! Сели на спину тебе и едут! Господи, и дернуло же нас в это кафе зайти тогда! Она покачала головой. Невезучести ее давней подруги впору удивиться! *** Очень скоро Рома стал раскрываться совсем с другой стороны - он впервые поднял на нее руку. В тот день он был сам не свой. Возбужденный, злой, нервный какой-то, глаза красные. Патрина готовила обед, когда в дом с ревом забежал самый младший из его сыновей, Андрей. Оказалось, он залез на дерево и упал оттуда, разодрав ногу. Дома по цементному полу за ним расползались кровавые следы. - Аааа, ууууу! - выл он так, что у Патрины аж мороз по коже пошел. -Чего ты? - не поняла она, а как увидела эту картину, воскликнула, - ах ты, Господи…Садись вот сюда…Тихо, тихо! Она побежала, набрала в раковине маленькое ведерко воды, в панике сорвала с себя платок, оторвала от него кусок ткани, и, промыв ему ногу, перевязала. Андрей тихонько подвывал, подбородок его дрожал. В дверях появился всклоченный, ничего не понимающий, Рома. -Что тут происходит? Чего он орет? - накинулся он на Патрину. Она не успела ничего объяснить: -Да наступил на что-то…ногу поранил, - начала говорить она, но внезапно голова ее дернулась от сильного удара в ухо. Андрей затих, Патрина всхлипнула и застыла в ужасе. -Почему ты не смотришь за ним? - прорычал Рома, - т

Интересные заметки «В 1940 году взошла звезда Лидии Смирновой. Звёздной актрисой и любимой женщиной мужчин Советского Союза её сделал фильм „Моя любовь“. Режиссёр Корш-Саблин и композитор Исаак Дунаевский вылепили весьма привлекательный образ. Да и натура была с большими возможностями. В фильме героиня Смирновой — красавица, передовик производства, усыновила малыша. Это породило массу недоразумений в отношениях с поклонниками, где каждый явил своё лицо. Глуповатая картина, как определил её Дунаевский. Но фильм посмотрели 19 миллионов человек — её любовь собирала полные залы. В окружении военных и политических фильмов так хотелось глотка обывательской жизни, пусть даже глуповатой.» Автор: неизвестен. Источник: статья о Лидии Смирновой. Как вы думаете, что делает актёра по-настоящему любимым публикой: харизма, талант или роль, которая попадает прямо в сердце зрителей?

совала себе Патрина в мечтах. *** Она недоумевала - Рома сам строитель, а ничего в доме руками не делает. Пригнал каких-то людей, которые неспешно штукатурили стены. Когда же это кончится? -Потерпи, - говорил ей Рома, - ремонт такое дело. Зато потом весь второй этаж наш будет! Заживем нормально! И когда же это случится? В следующей жизни? Она готовила теперь и на этих работников. Ася зарабатывала на жизнь продажей одежды. Они с Ромой оптом заказывали из Москвы кучами кожаные и зимние куртки, меховые шапки и многое другое. Торговали успешно. В то время процветали вещевые развалы и рынки. Там одевалась вся страна, меряя одежду и обувь на кусках картона. Счастьем для Патрины были те дни, когда Ася с Ромой брали весь товар и уезжали «в тур». В доме хоть ненадолго становилось тише. Торговать Ася умела мастерски, умела показать товар лицом. Она стучалась в каждую квартиру и убеждала людей купить эти куртки и шапки в 10-20 раз дороже, чем те стоили на самом деле. И ведь покупали! Каким-то магнетизмом обладала Ася - людям есть нечего было, но на последние или сэкономленные они приобретали себе «норковую» шапку! Рома все время ждал мать в машине. Мало ли что не заладится - чтоб успеть убежать. Из квартир попутно исчезали с Асей какие-то вещи, деньги, оставленные на виду. Люди хватались тогда, когда «продавцы» уже были далеко. Патрину не брали в поездки - она должна была смотреть за детьми и держать дом в порядке. Только иногда по выходным ее, с сумкой, набитой товаром, Рома отвозил в город на рынок. Но он не рвался таскать огромные баулы с одеждой на продажу, предоставляя ей справляться самой. Патрина жалела о переезде после всего случившегося. Если бы можно было повернуть время вспять! Она бы никогда не совершила эту роковую ошибку! Не нужно было ей соглашаться! Она снова стала вещью в чужих руках! *** Злата, видя, как мучается мать, всячески старалась помочь ей, насколько могла, но и она уже стала бурчать и взбрыкивать. Почему мама в одиночку ведет быт, заботится обо всех, зарабатывает деньги! А эти только жрут, галдят, мусорят в доме, и уезжают! Сначала Патрина терпела, потому что полюбила Рому, верила ему, ждала. Построится же когда-то наконец этот дом, и будет у них другая жизнь. Но ничего не менялось… - Почему мы должны мучиться? - постоянно спрашивала ее Злата, - почему не вернемся домой? Но уйти Патрина не могла - она уже была беременна. Сначала она, вроде бы, даже обрадовалась: все - таки, носит ребенка от любимого, но потом сникла. Беременность никак не сказалась на поведении Ромы и его матери: Патрина все так же таскала тяжелые сумки, все так же готовила на всех, и драила дом. Продолжение следует...

Патрина. Некровные узы Глава 56 Ася Пэтровна, мать Ромы отнеслась к ней нейтрально, даже безразлично. Но в дом все же пригласила, угостила мясным паприкашем и пуфе (лепешками) налила чай. Патрина, откусив кусочек лепешки, будто сразу вернулась в детство. Такие же пуфе готовила Капитановна! Это показалось ей хорошим знаком. -Вот мама, жена моя будет, - сказал радостно Рома, обняв Патрину, которая очень стеснялась. Какой-то недобрый глаз был у Аси Пэтровны. Ей словно все равно, кого ее сын домой приводит! -Тебе с ней жить, - сказал она, махнув рукой, - раз любишь, нравится, живите. Скоро, правда, сладились, надо бы получше узнать друг друга… Она с каким-то подозрением посмотрела на Патрину: -Ошибок вы наделали в жизни, бывает…- постановила она, - но жизнь не кончается на этом! Хочет мой сын тебя в жены - пусть берет. Но в моем доме будешь жить по моим правилам. Рома показал ей дом. Он произвел впечатление на Патрину. Большой, новый, двухэтажный, но при этом почти пустой. Ни мебели какой, ни кроватей. Жили они в двух комнатах внизу. В одной Рома, в другой его мать. -Просто стройка пока не закончена, - воодушевленно говорил Рома, - а как закончим, все новое купим! *** Патрина даже немного обиделась на будущую свекровь, та вела себя так безразлично. Она еще докажет ей, что Рома выбрал ее в жены не зря! Рома был так настойчив, что Патрина приняла решение. Сандро с Медеей, познакомившись с будущим зятем, в восторге тоже не были. - Какой-то странный он, - сказал брат, - ты уверена? -Да, - сказала Патрина, - свекровь, правда, холодно отнеслась как-то, и дом еще не достроен, но места всем хватит. Может, потом и Любу заберу. -Ну гляди сама, - сказал Сандро, - ежели чего - приезжай. За домом твоим присмотрю. Злата устроила им в день отъезда такой концерт, что собрались все соседи. Мертвой хваткой вцепилась она в ногу матери, как приросла к ней, долго кричала и плакала, пока руки не онемели, и не осипла. Но все же, погрузив вещи в машину, они уехали. И с этого момента их жизнь изменилась раз и навсегда. *** - Я не буду спать с этой бабкой! - недовольно заявила Злата, - от нее воняет! И она храпит! -А где ты будешь спать? - устало спросила Патрина, - ты же видишь, нет места больше… -Я лучше на голом полу буду спать, на втором этаже, - сказала Злата, - но больше с ней в комнате спать не буду! И вообще, я лучше к папе жить уеду! Зачем ты нас сюда притащила? Это ты виновата! За полгода жизни в доме Ромы Злате уже снились тазы с мыльной водой, грязная пена, и вечно красные руки. Она помогала матери со стиркой. Вопреки сладким речам Ромы Патрине в этом доме была уготована участь самой настоящей прислуги. Спали они на полу, на матрасах, и как придется. Детям приходилось отбивать себе место для сна. Поскольку Злата была девочкой - ее определили спать в комнату к Асе Пэтровне. Мальчики спали в комнате с Патриной и Ромой и на кухне. А все потому, что в доме их стало слишком много. Ася Пэтровна, Рома, Патрина, Злата, Миша и трое сыновей Ромы, которых он с боем забрал у жены. Выкрал! Ох и скандал тогда был! Даже баро их местный приезжал разбираться, пытался договориться. Но Рома стоял на своем - мальчики должны воспитываться с отцом! И не отдал их. Патрина была в ужасе. Но ведь раньше и речи об этом не было! Ей бы со своими справиться! Она каждое утро складывала за всеми постель, убирала матрасы и драила старые пыльные ковры - в доме постоянно шел ремонт, серая цементная пыль буквально стояла в воздухе. От нее у Патрины стали трескаться руки - она ежедневно мыла полы и протирала все поверхности. Готовила она тоже постоянно, попробуй, прокорми всю эту ораву - еда сметалась за секунду. Бесконечно мыла за всеми горы посуды, и никто и никогда не предлагал ей помощь. Белья для стирки было так много, что таскать его приходилось в мешках до бани. Хорошо, что Злата помогала! Ася Пэтровна не считала Патрину и ее детей членами их семьи, до них никому не было дела, они превратились в обслуживающий персонал. Все вышло совсем не так, как ри

ыты. Чего пилить сук, на котором сидишь. На некоторые недостатки мужа Медея закрывала глаза. -В Васильевку, - сказала Патрина, - недалеко тут, в области… -Да ты же его совсем не знаешь! - присвистнула Медея и посмотрела на нее, как прожгла, - какая-то ты странная! И чего ты на всех мужиков кидаешься? Куда спешишь? -Люблю я его, - вздохнула Патрина, и опустила глаза, - и он меня вроде бы. - Любит она, - пренебрежительно сказала Медея, - какая любовь? У тебя детей выводок, с ними как? И вообще, почему он сюда не может переехать? -Условия у нас не очень, - сказала Патрина, - а с детьми он хорошо, ладит… -Дак пусть и поправит дом, - рассудила практичная Медея, - мужик ведь! И сама говоришь - он стройкой занимается. Или нет? -Не знаю я, что мне делать, - посетовала Патрина, сжимая руки, - и дети еще.. -Да ты их с удовольствием бы папашам раздала, - усмехнулась Медея, - и начала новую жизнь! Стукнула дверь, Медея мигом одернула юбку и вскочила. Сандро пришел. -О, у нас гости? - сказал он, входя, - бахтало, пхэн (привет, сестра)! -Бахтало, - выдохнула Патрина, волнуясь. Ну, сейчас выдаст ей брат «благословение»! - Какими судьбами? – спросил Сандро, сбросив башмаки и присаживаясь к столу. -Уезжать хочет, - опередив ее, торжественно сказала Медея, - любовь у нее случилась! У Сандро, который выслушал сестру, пропал аппетит. Опять чего-то удумала. Тут хоть на глазах, а то в Васильевке! Некоторое время он молча переваривал информацию, подкручивая пальцем усы. -Если хочешь знать мое мнение, я против, - сказал он, наконец, - ты чужая там будешь, а тут мы вместе. «Да где же мы вместе!» хотела сказать Патрина, никому из них она не нужна! Но спорить с братом не стала. -Но все же, может, и правда получится, - продолжил он, - ну не понравится чего - вернешься. Но сначала приведи его сюда, хоть посмотрим мы на «жениха» твоего… Слова брата вселили в Патрину какую-то надежду. *** В итоге, волею судеб, Патрина с детьми все же переехала в Васильевку к новому мужу. Переехала она со Златой и Мишей. Любу ей Санько не отдал. -Ты что, так и будешь мотаться по мужикам всю жизнь? - кричал он, узнав, - нет, моя дочь со мной останется! Мать, хоть и плоха - присмотрит, я работать пойду! -Можно подумать, я от тебя этого не слышала, - отрезала Патрина, складывая вещи. - Чего ты ребенка кидаешь, как мячик? То сюда, то обратно. Она только привыкла! -Ты не любишь ее! - парировал Санько,- ты вообще хотела ее в роддоме оставить! -Перехотела, значит, - ответила Патрина. Он крупно поссорились, но Патрина сдалась - Люба осталась жить у отца и бабушки. Все против нее! Даже Злата надулась -Из Васильевки тоже ходит автобус, - уговаривала ее Патрина, - ты сможешь ездить к отцу. Столько хлопот ей еще предстояло! Нужно перевести Злату в другую школу. Собрать документы…Патрина уже украдкой и сама думала, зачем она все это затеяла, если любит ее Рома - мог бы, и правда, к ним переехать…Дом можно подправить, воду завести...К матери бы ездил - машина же у него есть…Но Рома настаивал. Перед тем, как переехать, он, вняв просьбам Патрины, все же отвез ее познакомиться с его матерью. Продолжение следует...

Патрина. Некровные узы Глава 55 Патрина почти дала согласие Роме, но все же сомневалась. Злата вообще яро выступала против их переезда, как будто чувствовала что-то неладное. Не спалось. Как тут уснуть, когда такие перемены на пороге? Она встала, залезла в старую потрепанную шкатулку, где в платке были замотаны бабушкины карты, и достала их. Как давно она не гадала! Время пришло такое, что людям это было уже не нужно, все просто стремились выжить. Страна стремительно нищала, многие в те времена оказались за чертой бедности, перестали получать зарплату вовремя. До гаданий ли им? Даже студентов хотели лишить стипендий, она слышала по радио. Так они протестовать вышли, но, вроде как, не лишили их. А ведь основная категория желающих узнать свое будущее была как раз из молоденьких девчонок - студенток…Раньше она на этом зарабатывала, а сейчас, с детьми и заботами, все позабыла! Патрина зажгла свечу, чтобы не будить детей и Романа, и пошла в сени. Впервые за долгое время раскинула карты. Задумчиво она смотрела на них. Обычно на себя не гадают - есть такой закон. Но больше обратиться не к кому, все их гадалки уже кто помер, кто уехал… Почему - то Патрина вспомнила ту встречу в городе с Тамарой, когда она была совсем ребенком. В ушах у нее прозвучали слова цыганки так, как будто это вчера было: -Судьба у тебя такая…Ну словом, бывает и лучше. Ты не переживай, все будет хорошо… Тогда она даже немного испугалась, но она была совсем девчонка, прямо как Злата сейчас - ну кто в таком возрасте придает значение гаданиям? А вышло как Тамара и говорила, и судьба у нее - не дай Бог. Внезапно она поняла, что во всех этих горестях и хлопотах она перестала видеть! Просто жила, принимала все, как есть. Она даже будущее своих детей не видит! Это открытие потрясло ее. Бабушка говорила, что у нее есть дар, и его нужно беречь. А она, выходит, не уберегла? Когда, в какой момент это произошло? Наверное, когда перестала гадать? Особенная она? Да вся ее особенность в том, что бесталанная она какая-то, несчастливая. У нее могла быть совсем другая жизнь, но, как говорила ей Капитановна, судьбу ей они поменяли, выдав ее за Натана…И что из этого вышло? Все только хуже сделали! Она снова взглянула на карты, которые показывали дальнюю дорогу, хлопоты, связанные с крестовым королем. Это и так понятно. А что же дальше? Патрина собрала колоду и решила завтра сходить к брату за советом. *** Родительский дом стал другим. Сандро перекрыл крышу, поставил новый забор, дом покрасили, он сиял белизной. Во дворе бегали двое младших детей брата. Патрина вручила им по конфете, и вошла. В доме отчетливо пахло мясным бульоном, Медея с хрустом резала щавель на шутлагу (летний щавелевый суп). -Здравствуй, Патрина, - не удивившись, сказала она, вытирая пот со лба, - ну и жарища! Медея тоже изменилась - родив троих, из тоненькой девушки, она превратилась в полную матрону. Медея фартуком вытерла красное потное лицо и пригласила ее сесть. -Я к Сандро пришла, - объяснила Патрина, - поговорить надо. -На обед сейчас приедет - поговорите, он тут недалеко сейчас работает, - сказала Медея, - в сельсовете крышу кроет. Не знаю я, как он на такой жаре – в доме -то помереть можно! Она села на лавку, задрав юбки и обнажив полные колени, и стала обмахиваться фартуком. -Уехать хочу отсюда, - сказал Патрина, - мужчина у меня появился, к себе зовет жить… -Да знаем уж, - усмехнулась Медея, - думаешь, все слепые и глухие, и не знают, кто к тебе ночевать ходит? Санько уж по всему селу раззвонил. Куда собралась? Медее на самом деле было все равно, уедет свояченица или нет. С одной стороны это было бы даже каким-то облегчением - вечно с ней какие-то заботы! То дом ей купи, то замуж собралась за алкаша этого, то с детьми ее сидеть. А у нее своих трое, между прочим, а еще эти! В такие дни дети переворачивали весь дом вверх дном. Но ведь не откажешь - вроде как родня! И перечить мужу Медея остерегалась - у Сандро был крутой нрав. Но живут они в относительном достатке, в своем доме. Дети с

Интересные заметки Как-то Эйнштейна спросили: «Как вы придумали теорию относительности?» Ответ его был откровением. Он сказал примерно следующее: «Обычно вопросы о природе реальности задают себе дети; к годам к 9-10 им взрослые все объясняют, далее у детей не возникает таких вопросов. Но у меня почему-то эти вопросы возникали и в 15, и в 18. Мне оставалось только искать ответы — на вопросы, которое более никто себе не задавал...» Наводит на мысли... Знаете, в чем наша проблема? Мы ведь стали мудры. Стали умны. Стали опытны. Нам — все ясно. Нам — все понятно. У нас «ученые степени» по дисциплине «жизнь». А еще у нас репутация, и дорожим мы ей так, словно хотим жить вечно. Мы так боимся выглядеть дураками. Вот и банально перестали задавать себе интересные вопросы о том, как устроена Вселенная...

м, Веда с Санько, ее семья, наконец… А с другой стороны…Кому она больно нужна? Жить тут только из-за того, чтобы Веда и Санько могли видеть Любу? Сколько она будет жить для других? Они тоже ей обещали, а потом свалили на нее все обязанности по уходу за ребенком! А Вадим сможет забирать Злату и из Васильевки, если хочет! Она не на краю географии! 16 километров отсюда всего… Сандро и младшие братья не интересуются ее жизнью уже давно. Душевные метания Патрины были очевидны: с одной стороны, множество всяких условностей, а с другой - человек, который обещает ей совершенно новую жизнь, обещает заботиться о детях…Любить ее безусловно. Абсолютно неизведанные ранее чувства, которые вызвал разговор о переезде, захлестнули Патрину с головой. Конечно, ее вдохновляла мысль о том, что можно начать жизнь с чистого листа: рядом с любимым, в окружении новых людей. Она ведь и раньше хотела уехать отсюда навсегда, а сейчас судьба предоставляет ей этот шанс, это как билет в светлое будущее, необыкновенная возможность, и то, что Рома - бывший заключенный, ее никак не тревожило. Она решила, что судьба дает ей шанс. *** -Злата, - спросила она у дочери, вернувшейся из школы, - дядя Рома зовет нас жить к себе. Как ты думаешь, ехать? -Куда? - округлила глаза Злата, - я не хочу никуда уезжать, тут папа и бабушка недалеко…Школа, друзья… -Но у Ромы хороший дом, - попыталась уговорить ее Патрина, - он зовет нас к себе. -А ты его видела? - спросила Злата, - даже если и лучше - я уезжать не хочу! И дядя Саня не позволит Любу увезти… -Мала еще матери указывать, - вспылила Патрина, - иди обедай и уроки делай. Злата переоделась, вытащила книжки из портфеля, и села за стол. Нужно действительно сначала съездить, посмотреть, познакомиться, подумала про себя Патрина. Вот уж правда, устами младенца…А она-то, совсем мозги от счастья расплескала! Нужно поговорить с Ромой вечером. *** Роман вернулся домой, какой-то необычайно оживленный и возбужденный. Он буквально светился от радости, взахлеб рассказывая, как удачно сегодня у него прошел день. На словах это звучало убедительно, но еще больше его энтузиазм подкрепляли пачки денег, которые он с гордостью ей продемонстрировал. Патрина не знала чем именно он занимается, чтобы зарабатывать столько. Но видя его такое воодушевление и, честно говоря, некоторую тревогу от такого количества наличности, она все же решила расспросить его подробнее. -Рома, откуда? – спросила она с тревогой, - ты снова торгуешь? -Нет, конечно, - весело ответил Роман, - у меня же бригада, строим, починяем! Оказалось, что Роман сколотил бригаду. В нее вошли рабочие из Узбекистана, и вместе они брались за разные объекты: крыли крыши, строили дома. Услышав это, Патрина почувствовала облегчение. Главное, что это была честная работа, без всякого криминала. - Переедем ко мне – работать не будешь, - сказал он, - я мужчина, заработаю сам! Тебе больше не придется ни о чем беспокоиться. -Рома, - сказала она, - давай все же сначала съездим…познакомимся, - сказала она тихо, - негоже так ехать. Сразу в чужой дом… -Он вовсе не чужой, - возразил Рома, - а мой. Но если ты так хочешь – поедем. Матери о тебе я уже рассказал… Продолжение следует...

Патрина. Некровные узы Глава 54 Они долго еще сидели в этом кафе. Бэла уже ушла домой, а Патрина, забыв обо всем, не могла отвести от него глаз, всю слушала его зачарованно. Какой же он…Интересный, умный, красивый. Впервые за долгое время у нее внутри шевельнулось какое-то теплое чувство. Рома не стал ничего скрывать от нее. Оказывается, он недавно вернулся из тюрьмы, где отбывал срок за сбыт запрещенных веществ. Патрину это не испугало - подумаешь, сама занималась тем же. Несмотря на его незавидное прошлое, между ними довольно быстро завязалось общение. Когда Патрина приезжала в город - они встречались, а вскоре Рома приехал к ней в гости, а потом стал приезжать снова и снова...Патрине было неудобно перед детьми, но Рома был таким настойчивым, и очень скоро стал оставаться у них на ночь. Патрина не смела ему отказать, наоборот, она начала ждать встреч с ним. *** Она приехала из города, зашла в сельский магазин за хлебом и сахаром, и пошла к себе домой. -Чего, хахаля себе нашла? Мотается он к тебе! Ночует! - поймал ее на улице Санько с Любой на руках, - недолго горевала? -Я по тебе вообще не горевала, - отвела глаза Патрина, забирая ребенка, - можешь идти к себе. Спасибо, что побыл с ними. - Я тут с детьми сижу, а ты шляешься? – с презрением сказал Санько, - давай плати мне, раз я нянькой у тебя сижу! -Это твоя дочь, - отрезала Патрина, - и вообще - то, это ты клялся, что она будет жить у тебя! Иначе никогда бы больше не увидел ее! -Сука! - зло брякнул Санько, - а ведь я тебя любил! Патрина, не оглядываясь на него, вошла в дом. *** У нее захватывало дух, когда она смотрела на него. Быстрая горячая речь, белозубая улыбка, доброе лицо. И именно эта его кажущаяся доброта и подкупила ее. Рома разговаривал громко, высказывался горячо и резко, от его голоса она порой вздрагивала. Но его глаза все равно оставались добрыми. И еще - он очень хорошо относился к детям. Любу на руках носил, Мишку на шее катал, играл с ними. Только Злата держалась с Ромой холодно. -Люба у тебя просто сказка, а не ребенок! – сказал он Патрине, - ну такая красавица, и смышленая! Как-то раз показал ей фото своих трех детей. Он рассказал Патрине, что когда его посадили, его жену и детей забрали к себе родители. Возвращаться к нему она отказалась, детей он видел редко. Патрину не смутило, что Рома сидел, она лишь подумала, что раз детей любит, то и мужчина, стало быть, хороший, семейный. Она сама, к примеру, мать никудышняя. А он…Подумаешь, совершил ошибку - с кем не бывает? Она посчитала, что тюрьма изменила Рому, сделала его лучше, поэтому безоговорочно поверила ему. *** -Давайте переедем ко мне, - сказал однажды Рома, - я живу в Васильевке, тут же в области. Дом у меня, мать там живет, отца давно нет - помер…И дом у нас лучше - вода, удобства. Патрина была потрясена. Неужели судьба наконец повернулась к ней лицом? Так все быстро и гладко! Неужели так бывает? Ей даже не верилось… - Ты что? - даже испугалась она, - у меня же дети. Трое! Твоя мать наверняка будет против! -Не будет, - улыбнулся Рома, - я поговорю с ней. У меня ведь тоже трое! Дети это счастье! Да уж, подумала Патрина, в ее случае это было совсем не так. -Как то уж больно скоро все…- потупилась она, - мы же мало знаем друг друга… -А чего тянуть? - улыбнулся Рома и привлек ее к себе, - мы же нравимся друг другу, это видно. Почему бы нет? У Патрины не было ответа. Для нее такое предложение было неожиданным: чтобы кто-то вот так, просто, взял и предложил ей выйти замуж, сказал, что увезет жить в другое место… Она уже привыкла одна, видя, что мужчины изменились, не хотят брать на себя ответственность. Ни Натан, ни Санько, ну разве что Вадим, и то по отношению к ребенку. А таких, чтобы руку и сердце предложить на таком этапе, принять детей…Санько сначала обещал, складно говорил, а что случилось потом? Рома уехал по делам, обещав вернуться вечером, а Патрина, накормив детей и поставив тесто, задумалась. Уехать с Ромой означало оставить всех родственников, а как же Злата, Вади

лезет везде, вон, бровь разбила - с крыльца упала. Оставил и ушел, негодяй. Как будто у нее был выбор! А Люба весь вечер орала, как оглашенная - матери-то она не знала! Извивалась как уж, истерила, все к отцу просилась. Еле угомонила ее! Патрина была вне себя от досады. Ну, к чему ей это все? Зачем она в очередной раз поддалась на эти уговоры? Что это за жизнь? Работать она как будет? Но никуда не денешься, ребенка же не выгонишь. Все ее сбережения уже проели эти дети, с тоской думала она. С мечтой о новом доме пришлось попрощаться. И Злата уже в школу пошла. Куда им теперь? Ладно хоть Санько пить бросил, за матерью ходил, и Любу навещал. Но работать он тоже не мог, поэтому все расходы и заботы легли на Патрину, что совсем ее не радовало. Единственным светлым пятном было то, что Злата стала общаться с отцом. Патрина не знала, как Вадим договорился со своей женой, матерью, да она и не спрашивала - совсем ей не до этого было, но теперь Вадим часто забирал дочь в город на выходные. Она неохотно отпускала Злату - в доме постоянно нужна была помощь с двумя маленькими детьми, но и препятствовать не могла. От Златы она узнала, что у Вадима скоро родится еще один ребенок, и дочка с нетерпением ждала появления брата или сестры. Своих ей, что ли, мало? С самим Вадимом она старалась не видеться. Злата или ехала к отцу на автобусе, или он сам приезжал на ней на своем недавно купленном, подержанном «жигуленке». Она долго смотрела им вслед, когда они уезжали. И понимала, что больше ничего между ними быть не может. Никогда. *** -Девчонки чего скучаем? - спросил у них молодой и видный цыган, - грустные такие сидят! Может, выпьем, поговорим? -А мы не против, - храбро сказала уже подвыпившая Бэла, - замерзли, как собаки! Только у нас денег нет! -Поесть бы чего, - устало сказала Патрина, чувствуя, как опьянела. -Да сейчас организуем! - подхватился парень, не отводя от нее глаз, и позвал официанта, - эй! Так Патрина познакомилась с Ромой. То ли выпитая водка, то ли харизма самого Ромы подействовала - он понравился Патрине. Давно она ни на кого не обращала внимания, не до этого было. А этот парень, с черными, как смоль волосами, поджарый такой, глазастый, смешливый… Рома был чувственным и мужественным, и вскоре целиком и полностью завладел вниманием Патрины. Продолжение следует...

Патрина. Некровные узы Глава 53 -Кто? - с испугом переспросила девочка, попятившись. А Миша, услышав, замер. Он, как и сестра, всегда считал, что их папа - Санько. А тут какой-то чужой мужчина! -Отец твой, - отвернулась Патрина. -Привет, - просто сказал Вадим Злате, и протянул руку. Вадим не верил своим глазам. Девочка была настолько похожа на него, что перепутать было просто невозможно! Он хорошо помнил свои детские фотографии, и эта девочка оказалась его маленькой копией, живым отражением его самого. А еще говорят, у цыган кровь сильнее! Даже его собственная мать сказала, что такого быть не может! Но это случилось. И как же жаль, что он не знал раньше, что это его дочь. Вадим ругал себя, что так долго откладывал встречу. Он боялся. Боялся, что это окажется правдой, боялся, что это действительно окажется его ребенок. Но вместе с этим в глубине души он на это надеялся! Теперь он не знал, как быть дальше. Как общаться с девочкой, как наладить с ней отношения? Что скажет Патрина? Теперь перед ним стоял сложный выбор, который требовал мужества и честности. Злата, не в силах поверить, застеснялась и убежала в свою комнату. Миша последовал за ней. -Ну что? Посмотрел? – как-то излишне резко спросила Патрина. -Да, - смутился от ее тона Вадим, - она даже нос морщит, как я… -И что теперь? - спросила Патрина. Она почему-то знала, что, как бы она не мечтала о нем, их пути разошлись навсегда, слишком много всего у нее произошло. У нее дети. Вадиму она такая точно не нужна. Даже обсуждать это глупо. И у нее внутри что-то умерло. Все отдалилось, стало неважным. Холодная она стала, как ледяная глыба, которая свисает зимой с их старой крыши… -Ты позволишь мне навещать ее? – спросил Вадим с надеждой. Патрина даже не знала, как поступить, настолько все случилось неожиданно. -Я не знаю, - сказала она, покачав головой, - как Злата захочет… -Злата, - позвал ее Вадим. Из-за занавески показалось обеспокоенное лицо девочки. -Что ты скажешь, если мы…гм… будем дружить с тобой? - спросил он. -Я не знаю… - Злата посмотрела на мать с немым вопросом. Патрина кивнула. - Ну ладно… Вечером, когда Вадим уже уехал, Миша уснул, Злата забросала мать вопросами. Пришлось ей все рассказать дочке. Как сказку слушала Злата ее рассказ о том, как сильно любила мама ее отца, как отдали ее родители замуж, почти насильно. Что не знала она, чья Злата на самом деле, рассказала и о предательстве Натана. Как могла, Патрина объяснила все девочке. Злата была потрясена. Значит ее папа не Санько…А она еще все время думала, почему мама, папа и Миша - черненькие, а она светловолосая… Год спустя В субботу они с Бэлой снова чуть не попались, потому что торговали в неположенном месте. Всю выручку пришлось отдать, только чтобы договориться с милиционером этим толстым! Вот жмотяра, буквально выпотрошил их! Домой идти и не с чем! День работы пропал! И так не сахар - стоять весь день на промозглом ветру, тряси лифчиками этими, так еще и торговать не дают спокойно! -Пошли домой, - с тоской сказала она Бэле, понимая, что их лимит везения на сегодня исчерпан, - день пустой вообще! Не стоит испытывать судьбу. -Пошли, - согласилась Бэла, собирая их незатейливый «прилавок» с женским бельем. Они собрали пакеты с товаром, сложили в большую сумку. -Айда выпьем, погреемся, - предложила Бэла. Патрина согласилась. Она устала и замерзла. Они зашли в привокзальное кафе и заказали 100 грамм и по чебуреку. Выпили. Горькая водка ершисто легла на голодный желудок. Ну, хоть согрелись! Патрина в тепле расслабилась, в тоске подперла рукой щеку. Даже домой ей идти не хотелось. Как это все надоело! Опять она вернулась к тому, от чего пришла! Будет ли когда-то просвет в ее жизни??? *** Несколько месяцев назад, еще летом, Веда сломала ногу, собирая в огороде вишню. То ли что-то срослось у нее неправильно, потом операцию в городе делали, и теперь полгода она уже дома лежит, никак не отойдет. А Санько принес ей годовалую Любу: -Не могу я за двумя смотреть! - виновато сказал он, - а она растет,

Интересные заметки "Самое дорогое у человека — это жизнь. Она дается ему один раз, и прожить ее надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы". Николай Алексеевич Островский, "Как закалялась сталь".

говорила, что она будет особенная? В чем ее особенность? Где она? *** Как только из дома убрался Санько, в нем сразу стало тихо. Патрина убиралась в комнатах, с чувством мстительного удовольствия выметая веником следы своего бывшего мужа. Она закончила уборку, постелила тщательно вытряхнутые на дворе половики. В доме стало намного свежее. Прямо дышать легче! Дети бегали на улице. Патрина устало опустилась на кровать. Хоть передохнуть немного! Ее почти всегда не было дома, дети были предоставлены самим себе. Медее было некогда смотреть за ними, у них с Сандро уже своих было трое. Но Патрина не беспокоилась. Злата, как наседка, приглядывала за младшим братом. Умная она у нее не по годам. И с новорожденной Любой сразу все поняла, ни одного вопроса не задала. Скоро ее в школу отдавать. Патрина очень хотела, чтобы ее дочка училась. И она, в отличие от своих родителей, постарается дать ей это. А эти замужества по их традициям - прошлый век. Зачем? Прав был Гожа, когда выступал у них против ранних браков. Раздался стук в дверь, Патрина тяжело поднялась с кровати: -Чего стучитесь - то? – крикнула она, думая, что это пришли с улицы дети. Больше она никого не ждала. -Патрина? - услышала она знакомый голос. Сердце гулко ухнуло в груди. Может, она сошла с ума? Этого не может быть! Она выглянула в сени и оторопела. На пороге стоял Вадим. -Вадим! - потрясенно прошептала она, - ты как меня нашел? -Здравствуй, - неловко топчась, сказал он, - да, это было непросто. Но я в сельсовет ваш зашел…Я это...поговорить пришел. Патрина пристально посмотрела на него: -Да нет, - сказал она, - не поговорить…Посмотреть ты пришел на нее. -Ну да, - согласился Вадим. - И это тоже. Не прогонишь? -Нет, входи, - выдохнула Патрина, - раз уж пришел. Она привела его в кухню, поставила греться на плитку большой блестящий чайник. -Как живешь? Вернее, живете? - спросил Вадим присаживаясь и оглядываясь, - я не подумал…А муж твой где? Не заругает, что я пришел вот так… -Я не замужем! - отрезала Патрина, - еще чего! -Но ты же, вроде беременна была, - удивился Вадим, - я думал…А где ребенок? -Он ээ… в больнице пока, - соврала Патрина, не моргнув. – Заберу потом. Болеет. Да, подумала она про себя. Столько лет прошло, она изменилась, уже не та юная влюбленная девочка. И уж чему-чему, а врать и ловчить она научилась хорошо. Настоящая цыганка! Вадим замолчал, не зная как продолжить разговор. Никак он не клеился. Патрина не могла смотреть ему в глаза, молча положила конфеты в вазочку и поставила на стол. Странное дело, она так долго ждала этой встречи, так страстно мечтала его увидеть…А вот встретились, и сказать нечего. -Как ты живешь? – спросил Вадим. -Да как все, - опустила глаза Патрина, - время сейчас такое, все выживают. С детьми одной непросто… -А я думал муж у тебя, семья, - растерянно сказал Вадим, а сколько детей? Патрина хотела было ответить, но в этот момент в дверь ворвалась смеющаяся Злата, за ней спешил Миша. -Мам! Есть хотим, - с порога отрапортовал он, и, взглянув на Вадима, смутился, - а это кто? -Познакомься, Злата, - со вздохом сказал Патрина, - это твой папа. Навестить тебя приехал. Две пары совершенно одинаковых глаз встретились. Продолжение следует...

Патрина. Некровные узы Глава 52 Вадим уже долгое время вынашивал в себе идею найти Патрину. Он должен разобраться и увидеть свою дочь, несмотря на то, что мать была категорически против. На сердце было неспокойно - он и так уже долго собирался! Страх, конечно, был. А вдруг ее родственники выгонят его, или ее этот братец подкараулит его снова и закончит начатое когда-то…Но сейчас же не каменный век! Он взрослый человек и попытается объясниться! Он ни на что не претендует, ему нужно только знать… Где находится ее дом, он помнил смутно. Ничего, у них сельсовет есть, найдет! И он решился. Отработав сутки, он пришел домой, дождался пока Света уйдет на работу, мать - в магазин, переоделся и выскользнул из дома, как вор. *** Патрина вздохнула с облегчением. Как и обещали, Веда с Санько забрали девочку. Ребенок плакал всю дорогу. Ей хотелось заткнуть уши, выскочить, убежать! Это плач раздражал ее, преследовал. -Ты посмотри, какая девочка хорошая! - не могла налюбоваться Веда, - что ты за мать такая? Патрина отвернулась. Не будет она смотреть! Хотят - пусть сами водятся с младенцем, а с нее довольно. -Как назовем-то? – не унималась Веда, - у ребенка имя должно быть! -Не знаю, - буркнула Патрина, - может, Люба или Надя… -Люба – очень хорошо! – сказал Сандро, крутя руль машины, как маму нашу звали… - Ну пусть будет Люба, - согласилась Веда, не отрывая черных глаз от малышки. Свекровь ее была «старой закваски», живущая по старым законам и не хотела ничего менять. А времена сейчас уже другие! Веда не очень жаловала невестку. Патрина тоже не любила ее. Она вообще была рада отделаться от этой семьи. Санько уже давно поперек гола у нее стоял! Малышку Любу она видела 2 раза - когда забрали ее из больницы и когда прописывали ее, в сельсовет ходили. И оба раза ее сердце не дрогнуло. Да, думала она, вот бы еще Мишин папаша объявился, да забрал его к себе! А они со Златой жили бы себе спокойно. Плохая из нее получилась мать. Но разве она виновата в этом? Жизнь так распорядилась. Только к дочери она испытывала чувства. *** Сейчас самой большой мечтой Патрины было вырваться из Пантелеевки, купить дом, да поселиться где-нибудь, где ее никто не знает. Не видеть никого! Забыть все. Ее домишко уже настолько старый, что валится то тут, то там. Санько уже много лет ничего не делал по хозяйству…Сандро помочь не допросишься - у него свой дом и скотина. Младшие браться разъехались. А без мужской руки в доме не проживешь…И как так получилось, что она стала никому не нужна? Работала она много, постоянно теперь моталась в город. Подросшая Злата присматривала за братом, пока Патрина «работала». У них с Бэлой уже были налаженные пути сбыта товара. Однажды их чуть не повязали, хорошо Патрина успела сбросить товар. Теперь они работали в районе авторынка - на прежнем месте патрулировали милиционеры. Товар везли узбеки аж с самого Афганистана. Научились, наловчились подруги. Для прикрытия торговали куртками, мелкой бытовой техникой. Но это приносило не так много денег, как хотелось бы. Патрина была полна решимости заработать больше. А это можно было сделать только на «эксклюзивном товаре», который хорошо уходил. Главное было – не попадаться и быть крайне осторожным. До этого момента им с Бэлой все удавалось, и Патрине удалось скопить хорошую сумму, чтобы купить дочке все к школе, питаться, и платить за свет, дрова. Единственное, что немного тревожило ее - если ее, не дай Бог, «упрячут», что будет с детьми? Но ведь у нее есть родственники! Цыгане не бросают даже чужих детей. А уж своих-то и подавно! Ну а она сама…Она все делала для того, чтобы дети не были голодными! А на кусок хлеба заработать не стыдно! Надо знать, как он достается! И не раскидываться им! Какая у них большая была семья! Где же ее дядя Вася, крестный, тетка, мамина сестра? Родным братьям не нужна, как изгой какой-то живет. Все сама по себе. Такое ощущение, что все связи разрушились с того дня, как ушла Капитановна. Не было потом ни одного счастливого у Патрины. И почему бабка все

бенка нет столько времени! Патрина, которая ранее еще колебалась, но сейчас, увидев, что Веда так настроена, решила - пусть. И они в одном селе живут, на глазах будут. А одной всех ей не поднять! И от Санько проку нет никакого. Сандро еще вчера вечером пришел, явно науськанный ее муженьком. Требовал, чтобы забрала она ребенка, не позорила их. Она сама особенно не думала о новорожденной девочке, себе даже удивлялась. Будь ее воля, вообще бы уехала отсюда. Забыла все! Но куда уедешь? Тут ее все…Ну раз такое дело, и даже сама Капитановна к ней во сне пришла...Надо ехать. Санько в нетерпении все подгонял ее, пока Патрина кормила детей. Сандро уже ждал их у калитки на машине. -Злата, - сказала Патрина, уходя, - присмотри за Мишей. Мы скоро приедем. -Хорошо, - сказала Злата, беря брата за руку. Она закрыла за ними калитку и вернулась с мальчиком в дом. Как ей не хотелось ехать, кто бы знал! Сейчас, поди, начнут срамить, стыдить. А они пожили бы в ее шкуре! Что она видит в этой проклятой жизни? И до чего она докатилась! Если бы была жива Капитановна или родители, то, наверное, они бы плюнули в ее сторону. Она не о таком мечтала! Она теперь просто воровка и торговка чем попало. А могла бы в ансамбле петь и танцевать! И ее вся страна бы знала! А это существование удручало ее. Ведь все могло быть по-другому! И семья бы у нее была, и любимый, и дети. Но, увы, никогда дети не были пределом ее мечтаний! И появлялись они как-то случайно…А должны быть долгожданными и любимыми. Но одно она точно знала - любила она в своей жизни только раз. И только Вадима. И Злату любит поэтому, в отличие от других детей. А Вадим…Даже узнав о ребенке, он ничего не предпринял. Если бы не бабушкины карты…Патрина знала, что они скоро увидятся с ним. И надеялась на эту встречу. Сейчас нужно только с ребенком разобраться. *** -Здравствуйте, - она постучала в кабинет роддомовской юристки. Люда была просто ошарашена, даже подскочила на месте, увидев ее. Наконец-то! То они по сто раз ездили, искали - не нашли, то вот она! Сама явилась! -Слава Богу!- только и сказала Люда, - что же вы? Ребенка оставили и никаких вестей от вас! Или отказ надо написать или забирать… -Не отказываемся мы, - угодливо сказал Санько, - заберем. Как раз вот приехали… -Это отец? - спросила Люда у Патрины, - ну…эээ… хорошо, раз вы так решили. А девочку вашу перевели в детскую больницу. И даже родители ей уже нашлись. -Нет! - вступил Санько, - я отец, она мать. Мы забираем девочку! Что надо подписать? Люда с ужасом подумала о Филипповых, которые уже все подготовили для ребенка. Они все время были на связи, а Катерина навещала малышку каждый день. Вот кто мать! И что с ними теперь будет, когда они узнают? Но не отдать ребенка она не может! -Сейчас я позвоню главному врачу, - растерянно сказала Люда, - вот здесь подпишите. И езжайте на Путиловскую 2, там спросите Василия Петровича, скажете, что, мол, я - Вишнякова. Я предупрежу его. И вот документы. Люда смотрела на Патрину, и думала, а правильно ли она поступает? У этой молодой женщины ни один мускул на лице не дрогнул, когда она говорила о ребенке. Видно ведь, что не нужен он ей! Может они что-то задумали? Но ничего не попишешь, - те уже поехали в детскую, забирать девочку. Продолжение следует...

Патрина. Некровные узы Глава 51 Вадим никак не мог выкинуть из головы встречу с Патриной. Мысли о ней не давали ему покоя, а главное - он никак не мог освободиться от желания увидеть её снова и, конечно, увидеть свою дочь. Любопытство раздирало его, он почему-то был уверен, что при первой же встрече поймет - его это ребенок или нет. Сотни вопросов роились в голове: а что, если да? Как ему потом общаться с ней? Он очень хотел этого. У них со Светой не было детей, и эта неожиданная новость стала для него настоящим сюрпризом. Галина Яковлевна, однако, даже слышать не хотела об этом, когда он, спустя время, решился поделиться с ней. Свете этого не расскажешь, она не поймет. - Где твоя голова? – сурово отчитала его мать, - ты из-за этих цыган был при смерти, и снова хочешь? Мы еле вытащили тебя! Галина Яковлевна была уверена, что всё это - выдумки. А может эта дрянь его приворожила? От этой мысли она пришла в ужас. -Вадим, потерпи, - уговаривала она сына, - у вас будут свои дети! Не надо тебе искать эту цыганку! Но ничего Вадим не мог с собой поделать - она не выходила у него из головы. Патрина… В его памяти она постоянно представала ярким, как будто мистическим образом. Она улыбалась, она манила его. Он даже пугался собственных мыслей. О чем он думает? Она замужем, наверное, уже родила – живот у нее был уже внушительный… Дочку он представлял себе маленькой, хотя той уже было лет 7. Возможно, она унаследовала пронзительный взгляд своей матери, или вообще, его внешность. Последнее время он жил желанием увидеть ее, представлял, как будет держать её на руках…Он уже почти был уверен, что Патрина не соврала. И у него где-то растет дочь! Его кровь, его продолжение, его шанс на полную смысла жизнь. Он не мог жить спокойно, смириться. Образ Патрины и, главное, образ его дочери, крепко засели в его сердце, не давая покоя и подталкивая к действию. Он должен поехать в Пантелеево и найти их. Хотя бы чтобы посмотреть на дочь. *** Патрина бежала по свежескошенной траве прямо босиком. Солнечный день разливался по бескрайнему полю, и она, босая, мчалась по нему, ощущая под ступнями нежное прикосновение свежескошенной травы. А запах! Каждый шаг дарил ей радость, наполнял душу ощущением безграничной свободы под огромным голубым небом. Затем тропинка увела ее в лес, где под ногами, словно драгоценные камни -самоцветы, росли спелые ягоды. Она наклонялась, срывала руками, дула на них, чтобы смахнуть с них пыльцу и дух леса, и отправляла в рот, наслаждаясь их сладким ароматом и вкусом. - Ешь, милая, ешь досыта, - ласково сказала Капитановна, сидя прямо на траве и улыбаясь беззубым ртом, - и домой еще наберем, вместе, в четыре-то руки… А дома их ждали мама, папа, Сандро... Это было самое счастливое время! Патрина уже предвкушала, что когда они вернутся мама напечет ее любимые маковые лепешки. Она обещала! Она собирала ягоды и бросала на бабушкин фартук, расстеленный прямо на земле. А Капитановна, попыхивая своей неизменной папироской, с нежностью наблюдала за внучкой, ее глаза светились теплом и любовью. -А ребеночка-то забери, - вдруг сказала она, - нельзя ей к чужим людям… Нехорошо это. Наша она, нашей крови…Плохо ли, хорошо ли, но с тобой должна быть… Патрина в ужасе проснулась и села на кровати. Фу ты, наснилось же! И бабка как живая прямо. Патрине стало не по себе. Ну, если она уже пришла ей сказать…Деваться некуда. *** Патрина нехотя собиралась в город. Санько, чисто выбритый, причесанный и трезвый, пришел с матерью с самого утра. - Ты коли не хочешь воспитывать - мы заберем, - сказала Веда, его мать, - нашенская же. Стара я уже, конечно, мальцов пестовать…А ничего, справимся как-нибудь! И вырастет как все. Не дури, слышишь, иди и забери ее! Веда сурово посмотрела на нее из-под черных, с проседью, густых бровей и поправила платок на подбородке. Она была очень недовольна поступком невестки. Где это видано? Своих детей, значит, «навьючила» ее сыну, он, работая на них, ногу потерял. А их родную внучку, родила и сдала! Даже имени у ре

Интересные заметки – Если у меня немножко КЦ есть, я имею право носить жёлтые штаны, и передо мной пацак должен не один, а два раза приседать. Если у меня много КЦ есть, я имею право носить малиновые штаны, и передо мной и пацак должен два раза приседать, и чатланин «ку» делать, и эцилопп меня не имеет права бить по ночам… Никогда!.. 🎬 «Кин-дза-дза!», 1986 год.

чу не насылайте, пожалуйста… Патрина, посмотрев на ее посеревшее лицо, сказала: -Ладно, иди себе. Все что, я тебе сказала - сбудется. Еще вспомнишь меня… Женщина кивнула и пошла от них по дороге, скорее завернув за угол. -Вот же дура! - сказала Бэла, и они обе прыснули. *** -Мама, мама, - закричал, увидев ее, Миша, - опять тетя с города приезжала, тебя спрашивала. Патрина скривилась. Как же надоели! Неужели непонятно, что не будет она забирать ребенка. Не нужен он ей. Хватит с нее и этих! Лучше бы нашли уже родителей что ли, чем таскаться сюда! -А ты что сказал? - спросила она, машинально вытирая малышу нос краем юбки. Миша высморкался и гордо сказал: -Я сказал, что ты в городе на работе! -Молодец, - Патрина, сбросив растоптанные, видавшие виды, туфли побрела в кухню. Дома опять шаром покати. Крошки везде, бутылка пустая. И где этот, ее муженек??? Санько как раз заявился домой. На пороге он долго не мог разуться, падал, чертыхался. Увидев Патрину, он, пьяно улыбаясь, протянул: -Ооо, наконец-то прибыла! И где же нас носило весь день? -Деньги зарабатывала, - буркнула Патрина. Сегодняшние события разозлили ее, и она решила, что оттягивать разговор с Санько больше нельзя. - А ты давай, манатки свои собирай и вали отсюда. Больше я тебя терпеть не намерена тут! – резко сказала она. У Санько просто челюсть отвисла. Бывало, они ругались, но Патрина больше молчала, а тут смотри-ка, голос прорезался! -Ух, как мы заговорили! - осклабился Санько. - А дом я купил, ногу свою отдал за него, а теперь что, не нужен стал? -Я за этот дом уже все отработала тебе! - сказала Патрина сквозь зубы. Надо попытаться договориться с ним по - хорошему. Пусть лучше уходит. Ей с детьми одной проще будет. Каждый вечер смотреть на его пьяную рожу уже было невыносимо! -А когда ты ребенка заберешь? - сказал Санько, - столько времени прошло! И Сандро спрашивал! А ведь это моя дочь, между прочим! -И что? - сказал Патрина, - а что ты ей можешь дать? Самогонки своей? Пусть в больнице живет. Я ее забирать не буду! Несколько секунд Санько потрясенно смотрел на нее. -Ты что, ополоумела? Чтобы цыганка ребенка оставила - такого не бывает! – крикнул он, - ты сумасшедшая! - А теперь будет! - сказала Патрина, - я ее рожать-то не хотела! Вон, взяла уже одного - родители настояли! И где они теперь? -Знаешь что, - сказал, подумав, Санько, - хочешь, чтоб я ушел…Я уйду. Но мое условие - ты заберешь ребенка. Я не отец по документам, мне его не отдадут! Мы с матерью воспитаем. Не брошу! А ты… сука холодная! Я сам жить с тобой не хочу! Он вышел на улицу, хлопнув дверью. Патрина села к столу и задумалась. А может, это выход? Лишь бы избавиться от него. Никаких чувств к ребенку она не испытывала. Один у нее ребенок – Злата. Рожденная от любимого человека. А это все нелепые случайности. Она из-за них как заложница! То у одного, то другого мужчины. Как же она их всех ненавидела! Вечером, когда Санько вернулся, она подошла к нему и сказала: -Хорошо, завтра же поедем в город и заберем. Но ты уходишь с ней к своей матери. Продолжение следует...

Патрина. Некровные узы Глава 50 Вокруг них стали собираться люди. Наверное, Патрина, впервые в своей жизни испугалась. Она не попадалась никогда! Всегда была аккуратной. Работала так, что комар носа не подточит! Потом взяла себя в руки. У нее ничего нет, пусть хоть милиция ее обыщет, бояться ей нечего. Кошелек давно у Златы, а ее и след простыл. Было у них одно условное местечко, скорее всего, дочь ждет ее там. -Там вся получка была, - в слезах рассказывала женщина окружившим ее людям, - не отпускайте ее, она украла мой кошелек. -Не брала я у тебя ничего, - стараясь казаться спокойной, сказала Патрина, - не бери грех на душу, уходи. Я тебе гадала, всю правду сказала. Ты довольна была! -Ты залезла ко мне в карман! - нервно взвизгнула женщина, - кто-нибудь, вызовите милицию! -Уже вызвали! - сказал какой-то парень, - приедут - пусть ее обыщут… Расстроенная женщина и еще несколько человек остались ждать приезда милиции. Патрина уже совсем успокоилась. Она видела, что собрав вещи в огромную сумку, к ней бежит Бэла. Та мгновенно оценила ситуацию. -Если не найдут у нее кошелек - порчу на тебя наведу за твой язык, - сказала она женщине, - прокляну! Ты не знаешь, с кем связалась! Женщина оторопело уставилась на нее. К толпе подъехала милицейская машина. *** Филипповы все же выпросили у Аллы Константиновны и Люды возможность посмотреть девочку. Алла Константиновна позвонила в детскую больницу и договорилась с главврачом Василием Петровичем о встрече потенциальных родителей с ребенком. - Скорее всего, даже если мы найдем Вишнякову - я уверена, что она откажется от малышки, - сказала Алла Константиновна Люде, - прошло уже столько времени, хоть бы раз объявилась. Мамаша! -Наверное, - нехотя согласилась Люда, до этого времени считавшая, что мать ребенка все же в приоритете, - Неверовы взять ее побоялись - цыганочка ведь. Сказали, будут ждать другого ребенка…А в детский дом девочку отдавать жаль. -Пусть лучше у нее родители будут, - согласилась Алла Константиновна. Катя, взяв ребенка на руки, прижала к себе и не захотела отпускать. -Мам, ты посмотри на нее, - с восторгом сказала она, обернувшись к матери, - она просто прелесть! И мне кажется, на меня похожа! Лидия Борисовна закивала. Девочка и впрямь была прелестна! -Здоровенькая девочка, - сказала им медсестра, - улыбается. Гулит. Кушает хорошо. Катя не могла на нее наглядеться. Ручонки пухлые розовые, все в «перетяжечках», толстенькие ножки, волосики черные, на затылке завиваются в колечки. Улыбается, пузыри пускает…Не ребенок, а картинка. Ну как можно было бросить ее? Только все эти больничные сиротские застиранные одежки на ней…Катя прижала к себе ребенка: -Уходить даже не хочется, - призналась она матери, - давай, мама, как - то договоримся, чтобы побыстрее ее забрать. Нечего тут ей лежать…У нее теперь родители есть.. -Дочка, не переживай, все обговорим, - сказала Лидия Борисовна, она в себе не сомневалась. По своим каналам она уже узнала, что эта роддомовская юристка Люда с маленькой дочкой живет на соседей. Если она им поможет, Лидия Борисовна договорится об однокомнатной квартире для нее. Дадут. Заплатят сколько надо человеку, который в исполкоме квартиры распределяет, выход на него у нее был. И Люде будет квартира. А Кате - дочка! Филипповы добра не забывали. К тому же, Кате так понравилась девочка. Цыганка-не цыганка, она сама брюнетка. Полненькая. Никто и не узнает ничего! -А имя есть у девочки? - спросила Катя медсестру. -Да нет пока, не зарегистрировали еще, - сказала медсестра, - а зовем мы ее Маруськой. -Я ее Ангелиной назову, - сказала Катя,- посмотрите на нее, она же чистый ангел! *** Патрина и Бэла вышли из милиции. Как и следовало ожидать, никто ничего у них не нашел, пришлось их отпустить. Бэла только усмехнулась. Ха! Кого они хотели поймать? Наивные! У них весь процесс давно отлажен. Женщина, лишившаяся кошелька, в смятении вышла из милиции вслед за ними. -Вы извините, - сказала она, пряча глаза, - наверное, я по дороге обронила где-то…Только пор

впишется в семью. -Но ведь мать все равно в приоритете, - сказала нерешительно Люда, - только вот…Она ребенка видела только в момент рождения. И убежала сразу. Ей все равно, что ли? -Ты сама ответила на свой вопрос, - сказала Алла Константиновна, - вот что Люда. Вишнякову найди, во что бы то ни стало! С ребенком нужно решать. По мне - пусть попадет в эту семью - хуже ей там точно не будет! А так, в халупе какой-то, в селе, с пьяным папашей… -Еще у меня кандидаты на усыновление есть, Неверовы, помните, - спросила Люда, - так они тоже девочку хотят, но побаиваются, что цыганка. Хотя сама Татьяна черноволосая. -Неверовых помню, мальчика они у нас усыновляли года 3 назад, - сказала Алла Константиновна, - в общем, ищи Вишнякову, и пусть положит на стол официальный отказ. А дальше – посмотрим. - А если они не возьмут, передумают? - спросила Люда, - что же ей, в детский дом? -Значит, судьба такая! - вздохнула Алла Константиновна. Люда озадаченная вышла из кабинета. Нет, только не в детдом. Пусть лучше тогда с матерью останется. Надо найти эту Патрину, хоть как! Пусть заберет ребенка! *** Патрина с Бэлой сидели на лавке и курили, перед ними на целлофановых пакетах были разложены кучками кофты из ангорской шерсти, которые заполонили рынки в то время. Приятельница Бэлы привезла из Москвы, с рынка «Лужники», крупную партию по бросовой цене, а они взяли на реализацию. Цену взвинтили в 3 раза, но кофты уходили хорошо. Вокруг куда-то торопились люди, к ним подходили покупатели. Если покупателю вещь оказывалась немного мала, не сходилась в груди или на бедрах, Патрина или Бэла забирали ее и со словами: - Постой здесь, сейчас тебе со склада такую же принесу, но побольше! – и убегали. Складов никаких, конечно не было, одна из них забегала за угол, где так же кучковались их знакомые цыганки, и натягивала вещь на кого-то потолще, растягивала и приносила покупателю. Сегодня на улице было пасмурно и дождливо, торговля шла вяло, а возвращаться домой с тюками товара и без денег не хотелось. -Пойду погадаю, - сказала Патрина, выхватив взглядом из толпы женщину, - а то вообще что-то сегодня не идет…Злата! Она только посмотрела на дочь, та мигом все поняла и подхватилась. Значит ей просто нужно быть рядом. Патрина неторопливо подошла к женщине: -Давай погадаю, милая, по глазам вижу, что-то не так у тебя… Женщина захлопала глазами, заволновалась: -Нет, не нужно! -Всю правду скажу, - Патрина внимательно на нее посмотрела, - муж у тебя ушел, да? Переживаешь… Женщина оторопела. Бэла удовлетворенно смотрела на эту картину. Да ее подружка мертвого уговорит, да еще скажет наперед, что будет! Есть у нее такое…Она наблюдала, как Патрина с женщиной отошли чуть поодаль. Патрина что-то говорила ей, заглядывая в глаза, женщина расплылась в улыбке. Патрина погладила ее по спине, рука скользнула в карман куртки. Кошелек появился на секунду, сразу пропал в складках юбки. А Злата, прятавшаяся за матерью, приняла у нее и рук кошелек и молниеносно испарилась. Очнувшись, довольная женщина хотела рассчитаться за гадание, но поняла, что кошелька нет. Она воззрилась на Патрину и закричала на всю улицу: -Милиция! Меня обокрали! Продолжение следует...