Сын привёз на дачу «мастера». У калитки тот спросил, оставлю ли я ему лавку.
Человек, которого мой сын привёз чинить насос, спросил, оставлю ли я ему лавку у калитки.
— А она вам зачем? — спросила я.
— Жене понравилась. Говорит, вечером сядем, будем смотреть, кто мимо идёт.
Он сказал это без всякой задней мысли и даже показал, куда жена хочет переставить лавку, чтобы ноги не стояли в луже. Я посмотрела на его руки. Ни сумки с инструментами, ни разводного ключа. В одной руке телефон, в другой — листок в клетку, на котором мой сын нарисовал план участка.
В доме звякнула чашка. Саша вышел на крыльцо с сахарницей, увидел нас у калитки и сразу понял, какой вопрос я сейчас задам.
— Мам, — сказал он. — Я собирался тебе объяснить.
Я стояла с мокрым полотенцем через плечо. Мы с утра таскали воду из колонки, потому что насос действительно сломался. Вот и попробуй потом вспомнить, где в чужих словах кончается правда.
Мне шестьдесят три. До пенсии я работала лаборантом в районной больнице. На пробирке, если из-за спешки забыть написать фамилию, потом хоть весь журнал перелистай — не угадаешь, чья кровь. Я всегда подписывала всё сразу. На даче у меня тоже подписано: в железной банке семена, в белой коробке запасные прокладки для крана, в синей — гвозди. Только про эту дачу я с самого начала говорила так, будто она ничья и достанется тому, кому раньше понадобится.
Полная история 👇
