Дочь купила квартиру рядом с домом престарелых. Я не сразу поняла зачем.
Я стояла у окна и читала вывеску. Синие буквы на белом фоне, спокойные такие, почти ласковые: «Тихая гавань. Дом ухода». За деревьями, в двухстах метрах от Наташиной новой квартиры. Наташа в это время гремела на кухне чайником и что-то говорила про удобную развязку и низкое давление воды, а у меня в голове уже всё сложилось. Само. Быстро. Как умеет складываться то, чего боишься.
Она готовила место.
Я отступила от окна и опустилась на диван. Он был новый, ещё без вмятины от человека, упругий. Я сидела прямо, как учила детей сидеть тридцать лет подряд, и смотрела на стену напротив. Белая. Пустая. Без фотографий, без полок, без той тарелки с петухом, что висела у Наташи на кухне в прежней квартире.
– Мам, тебе с молоком? – крикнула она из кухни.
– Как хочешь, – ответила я.
Она принесла две кружки. Поставила на низкий столик, опустилась в кресло напротив, поджала ноги. Тридцать восемь лет, а садится всё равно как в пятнадцать – калачиком, пятки под себя. Я посмотрела на её лицо. Спокойное. Может, чуть усталое. Но спокойное.
– Ну как тебе квартира? – спросила она.
– Хорошая, – сказала я. – Светлая.
И ничего больше. Не спросила про вывеску. Взяла кружку, сделала глоток, похвалила чай.
Мы просидели ещё полтора часа. Говорили о пустяках: о её коллеге, которая ушла в декрет, о коте соседки, который заходит в подъезд и дремлет на батарее, о том, что у меня перестал закрываться кран в ванной. Наташа записала номер сантехника. Я положила бумажку в кошелёк. Всё было нормально. Всё было, как обычно.
Полная история 👇
