Каждую неделю ходила на вокзал к поезду из Воронежа, куда муж уже отправлял передачи птичнице из Мордовии.
Вера Михайловна в своей жизни была женщиной спокойной и предсказуемой. Двадцать три года в краеведческом музее Воронежа, двадцать два года замужем за Григорием, пятнадцать лет – мать Кате. Каждое утро в половине восьмого – кофе, газета, ровный инженерный почерк мужа на листке с расписанием дочери на день. Ничего лишнего.В тот четверг пятого сентября она пошла на вокзал провожать коллегу.Ирина Павловна отбывала в Ростов на конференцию, и букет астр в ладонях Веры уже начал хмуриться от жары. До отправления оставалось четырнадцать минут. Вера торопилась через виадук, сумка с музейными отчётами била по коленям.На седьмом пути стоял саранский. Прицепной вагон – беспересадочный, до Рузаевки. Синий, с трафаретной надписью. У ступеньки – мужчина в тёмной ветровке.Григорий.Она остановилась за столбом навеса. Муж разговаривал с проводницей – пожилой женщиной в жилете поверх форменной рубашки, волосы собраны в пучок. В руках у Григория был чёрный пластиковый пакет, перевязанный двойным узлом, – тем самым узлом, которым он завязывал всё на свете: и коньки дочери на соревнованиях, и мешок с картошкой на балконе, и её подарочную коробку на сорок пятый день рождения. Он передал пакет проводнице. Та кивнула, сказала что-то короткое. Григорий улыбнулся – коротко, как улыбался знакомым, – и пошёл к переходу.Вера вжалась спиной в столб. Букет задрожал в кулаке.
Полная история 👇
