Свекровь приказала готовить её подругам, невестка подала прайс с календарём смен.
Лилия Аркадьевна говорила так, будто зачитывала приказ по школе. Подбородок запрокинут, голос – на всю кухню, взгляд поверх Кириной головы.
– Я тут решила, – сказала она и подвинула блюдо с котлетами ближе к сыну. – По средам у меня девочки собираются. Кирочка будет готовить.
Кира положила вилку. Сложила руки перед собой – ладонь на ладонь, спина прямая. Так она сидела на производственных планёрках, когда мастер цеха объявлял нормы: не перебивая, не возражая. На кондитерской фабрике, где Кира проработала семь лет, начальство слушали именно так. А потом делали по-своему.
Лилия Аркадьевна не заметила ни жеста, ни паузы. Она продолжала. Подруга Зоя уже полгода рассказывала, как её невестка каждую пятницу накрывает стол на восьмерых. И горячее, и расстегаи, и рыбу запечённую – причём без просьб, без напоминаний. Фаина тоже упоминала – её Юля каждые выходные привозит домашнюю выпечку. Просто так.
– А у меня? – Лилия Аркадьевна опустила два куска рафинада в чай. Ложечка звякнула о стенку чашки – резко, как указка о доску. – У меня невестка – кондитер. Профессионал. А пользуюсь я этим раз в году. Один торт на день рождения, Кирочка. Один.
Брошь на воротнике блузки – крупная, с зелёным камнем – качнулась, когда свекровь наклонилась вперёд. Двадцать лет Лилия Аркадьевна проработала завучем. Из школы ушла шесть лет назад, но привычка руководить осталась навсегда. Еженедельные среды с подругами она придумала сама – когда поняла, что вечера без педсоветов и планёрок стали невыносимо пустыми. Четвёрка-пятёрка подруг – Фаина, Зоя, Нина, Клара, иногда кто-нибудь ещё – собиралась каждую неделю. И Лилия Аркадьевна на этих средах снова была завучем. Организовывала, распоряжалась, решала.
Полная история 👇
