Подняла мальчика из переулка с книгой из помойки и через годы он стал её студентом.
Книгу я увидела раньше, чем мальчика. Потрёпанный томик без обложки лежал на раскрытых коленях – страницы серые, загнутые, с бурыми пятнами от дождя. И только потом я разглядела руки, которые держали его: широкие не по возрасту ладони, грязные ногти, ссадина на костяшке указательного пальца.
Мальчик сидел на бетонном блоке у контейнерной площадки. Май уже нагрел асфальт, и от мусорных баков тянуло тёплой кислятиной. А он читал.
Мне было сорок восемь. Я возвращалась из библиотеки педагогического института, где заведовала научным фондом и вела два курса по литературоведению. В сумке – маркеры, квартальный отчёт и бутылка кефира. Короткий путь через дворы: мимо площадки, мимо гаражей, мимо тополей с липкими почками. Я ходила этой дорогой двенадцать лет и ни разу не видела ребёнка с книгой у помойки.
Я остановилась.
– Что читаешь?
Он не поднял головы. Чёлка – длинная, нестриженая – закрывала левый глаз. Худой, в куртке на ватине не по сезону, рукава коротковаты. На развороте мелькнули строки: «…и тогда он понял, что возвращаться некуда, но идти вперёд – единственное, что осталось». Приключенческая повесть, советское издание – я узнала шрифт.
– Откуда книга?
Полная история 👇
