Деверь учил невестку тратить премию мужа, она положила перед ним табличку доходов втрое меньше.
Я закрыла последнюю ячейку и откинулась на стуле. Без десяти восемь, пятница. На экране планшета светились столбцы – доходы, расходы, итоги за март. Продукты – четырнадцать двести. Ипотека – тридцать восемь. Машин садик – три восемьсот. Бензин – шесть с лишним. Третий год я вела этот файл. Не из жадности – из привычки. Когда работаешь аудитором двенадцатый год подряд, жизнь без таблицы кажется комнатой без света. Вроде всё на месте, а спотыкаешься.
Из коридора донёсся грохот замка. Костя вернулся. Я услышала, как он стянул ботинки, чертыхнулся, зацепив шнурком за крючок, и появился в дверях кухни – с таким лицом, будто ему снова одиннадцать лет и он притащил из школы грамоту.
– Дин!
– Что?
– Премия. Квартальная. Сорок восемь тысяч!
Я встала и обняла его. По-настоящему обрадовалась – не из-за суммы. Костя работал инженером-наладчиком на кабельном заводе, получал семьдесят пять в месяц, и каждая премия для него означала не деньги, а признание. Два месяца он оставался после смены, перенастраивал линию – и вот результат. Заметили. Оценили.
– Молодец, – сказала я. – Серьёзно.
Он сел за стол, вытянул ноги и потянулся к чайнику.
– Я маме звонил по дороге. Рассказал.
Внутри привычно стало тесно – как всегда, когда наша жизнь соприкасалась с Костиной роднёй чуть плотнее, чем я планировала.
– Зачем?
– Дин, ну это мама. Она за меня радуется.
– Она расскажет Артёму.
– И что?
Полная история 👇
