Муж ушёл к молодой, через два года жена читает его курс на той же кафедре.
По средам на кафедру я не заходила. Среда принадлежала Глебу – три пары подряд, сто восемьдесят студентов, аудитория 301 на четвёртом этаже. Третий ряд он звал «зоной контакта». Лучших студентов сажал именно туда – оттуда, говорил, видно и доску, и лектора. А я по средам сидела дома за кухонным столом. Проверяла чужие курсовые и заполняла таблицы для его статей. Тридцать два года.
В тот сентябрь он собрал вещи в субботу.
Глеб стоял в прихожей с двумя спортивными сумками. Зимние ботинки, бритва, рубашки. Он переминался с ноги на ногу и не смотрел мне в глаза. Тяжёлые веки опустились ниже обычного – так он делал, когда тянул с неприятным разговором.
– Я переезжаю, Лариса. К Кире.
Кира. Двадцативосьмилетняя ассистентка с соседней кафедры. Я знала её имя, знала, что она носит длинные юбки и смеётся на весь коридор. Один раз видела, как она подавала Глебу кофе на кафедральном заседании – двумя руками, снизу вверх. Глеб тогда улыбнулся. Я тогда не придала значения.
Мне было пятьдесят пять. Ему – пятьдесят восемь. И вот он стоит в прихожей с сумками и не может поднять взгляд.
Я стояла босиком на кухонном линолеуме и думала о раковине. В ней не сливалась вода. Надо было вызвать сантехника ещё на прошлой неделе. Не о Кире. Не о совместной жизни. О раковине.
– Квартиру оставляю тебе, – добавил Глеб. – Документы оформим.
Полная история 👇
