Шутил над женой при друзьях, через неделю она пришла директором его же типографии.
Артём постучал ребром визитки по краю стола – три раза, быстро, как стучат по дереву на удачу. За четырнадцать лет брака я выучила этот ритм наизусть. Три удара – пауза – и он скажет что-нибудь, от чего ему самому станет весело. Остальным – не обязательно.
– Кира, покажи ребятам свою визитку, – сказал Артём и поднял свою. Белый прямоугольник, золотое тиснение, логотип «Формат». «Генеральный директор. Артём Денисов.» – А, точно. У тебя же нет визитки.
Лёша и Наташа улыбнулись. Вежливо, как улыбаются, когда шутка так себе, но хозяин стола платит за ужин.
Мы сидели в ресторане на проспекте – из тех, где меню приносят в кожаных папках и хлеб подают в корзинке с полотняной салфеткой. Артём выбирал рестораны по тому же принципу, по которому покупал рубашки: чтобы казаться на полшага впереди собеседников. Ему за сорок, крупные кисти с чуть желтоватыми подушечками пальцев – типографская краска въедается намертво, и он этого стеснялся и гордился одновременно. Когда знакомился с кем-то новым, прятал руки в карманы. А когда выпивал второй бокал, начинал жестикулировать, и тогда желтизна на пальцах становилась заметнее.
– Нет, ну серьёзно, – продолжил он, разливая вино. – Кира у нас технолог. Начальник производства. Знаете, как это объяснить? Ну, представьте повара, который не ресторан открывает, а рецепты в тетрадку записывает. Работа нужная, но.
Он сделал паузу. Лёша хмыкнул. Наташа уткнулась в тарелку.
– Но никто ж не зовёт повара на деловой ужин, верно? – закончил Артём и отпил вино. – Хотя Кира могла бы. Она тут самая полезная – знает, сколько стоит тонна мелованной бумаги. До рубля. Скажи, Кир. Сколько?
Полная история 👇
