Дочь устроилась на работу и впервые не попросила денег. Через месяц я узнала, где она работает.
Звонок застал меня в регистратуре.
Январь, понедельник, очередь у стойки – человек восемь, все с бумагами наготове, все недовольные. Я как раз пробивала талон пожилой женщине в рыжем пальто, когда телефон в кармане халата завибрировал раз, потом ещё раз. Я глянула на экран мельком – номер незнакомый, городской. Хотела сбросить: в рабочее время личные звонки я не брала, правило железное. Но что-то остановило.
Я подняла палец: секунду, – и отошла к окну.
– Здравствуйте. Вы мама Катерины?
Мужской голос, спокойный, казённый.
Я не ответила сразу. Что-то сжалось внутри – не страх ещё, скорее его предчувствие, как тот момент, когда поскальзываешься и ещё не упал, но уже понял, что упадёшь.
– Да, – сказала я. – Я.
– Сергей Николаевич, главный врач клиники «Семья». Хотел уточнить некоторые детали по документам вашей дочери. Это займёт пять минут.
Клиника «Семья».
Я знала этот адрес. Видела его на конверте, который три месяца пролежал у меня в ящике стола под слоем бумаг. Я его и прятала-то не специально – просто положила, закрыла ящик, и всё.
– Что с Катей? – спросила я.
– Ничего страшного, – сказал он. – Она на смене. Просто нужно ваше согласие на оформление корпоративной льготы.
Корпоративная льгота. Что это значит – он не успел объяснить, потому что я уже перестала слушать. Я стояла у окна и смотрела на улицу, где шёл мокрый снег. Машины проезжали медленно, фары – мутными кругами в сером воздухе.
Катя работала в клинике «Семья». В той самой. И ни слова мне за пять недель.
– Я перезвоню, – сказала я. – Скоро.
И убрала телефон.
Полная история 👇
