Свидетельница на банкете прочла СМС жениха невесте и положила телефон ему на тарелку.
Зоя завязала мне ленту на левое запястье и отступила на шаг.
– Вот. Теперь ты – свидетельница. Ты отвечаешь за моё счастье.
Белый атлас лёг чуть выше косточки, плотно, но не тесно. Я повернула руку – ткань блеснула в свете торшера, и Зоя рассмеялась так, как только она умела: запрокинув голову, чтобы три тонких браслета на запястьях звякнули друг о друга. Она всегда смеялась целиком, не сдерживаясь. С пятого класса. Двадцать один год.
– Не подведу, – ответила я.
И тогда я ещё не знала, что значит не подвести.
До свадьбы оставалось четырнадцать часов. Мы сидели на полу в Зоиной гостиной, среди коробок с рассадочными карточками, обёрнутых фатином бутылок и россыпи булавок. Зоя подписала каждую карточку от руки – ровным, чуть наклонным почерком, с завитком на последней букве фамилии. Она любила такие мелочи. В магазине, на работе, дома – везде старалась сделать что-то руками. Держала крохотный цветочный на три витрины, и от её пальцев вечно пахло зеленью, то лилиями, то хризантемами, то той свежей горечью, какую оставляют срезанные стебли.
Она уже в третий раз за вечер надела платье – покрутиться, посмотреть в шкаф с зеркальной дверцей. Молочное, с узким рукавом до локтя, без кринолина и лишних деталей. Простое. Зоя поворачивалась, приподнималась на цыпочки, щурилась.
– Волосы наверх? Или распустить?
– Наверх, – сказала я. – Тебе идёт шея.
Она хмыкнула, подхватила волосы ладонью, приподняла. Левая бровь чуть дёрнулась вверх – это у неё означало удовольствие. Я знала каждое её движение. Как она накручивает прядь на палец, когда нервничает. Как щурится на солнце, потому что линзы жмут, а она не признаётся. Как берёт сдачу в магазине двумя пальцами – будто щипцами.
Полная история 👇
