Золовка диктовала список гостей, невестка вернула листок с одной строкой.
Я доставала безе из духовки, когда в мастерскую вошла Лариса. Без звонка, без предупреждения – толкнула незапертую дверь и встала на пороге, пока я балансировала горячим противнем. Безе было капризное, утренний заказ – сто двадцать штук, каждая размером с пятирублёвую монету. Полчаса при ста градусах, и если передержать хотя бы на пять минут – трескается. А тут золовка.
– Руки заняты, подожди, – я поставила противень на решётку и стянула силиконовые перчатки.
Лариса уже оглядывала помещение – от стеллажей с формами до холодильной витрины с образцами. Семь лет я вела эту мастерскую, а она всякий раз смотрела так, будто зашла с внеплановой проверкой. Провела пальцем по краю рабочего стола. Осмотрела палец. Демонстративно.
– Ваниль в стены въелась, – произнесла она вместо приветствия.
– Кондитерская. Тут так пахнет.
– Ладно, к делу.
Она положила на стол двойной лист из тетради в клетку. Исписанный с обеих сторон крупным нажимным почерком. Каждая строка пронумерована, рядом с некоторыми фамилиями – пометки: «обяз.», «важно», «нужны».
– Список гостей на свадьбу Артёма. Восемьдесят два человека. Я всё продумала.
Я вытерла ладони о фартук и взяла листок. Нечаевы – номер один, жирно подчёркнуто. Рудаковы – номер девять, пометка «важно». Зубковы, Фатеевы, Кривошеины. Я перевернула лист. Вторая сторона – ещё тридцать строк. Мелешевы – кто это? Усовы – понятия не имею. Пять строк снизу подчёркнуты двумя линиями и помечены «вип». Среди них – фамилия какого-то начальника. Она и на свадьбу племянника тащила коллег из администрации.
– Кто такие Кривошеины? – спросила я.
– Вторая жена дяди Гены. С детьми. Родня.
– Дядя Гена умер четыре года назад. Его жену мы видели один раз – на похоронах. И она теперь на свадьбе моего сына?
– Нашего Артёмки, – поправила Лариса.
Полная история 👇
