Написано жизнью
MAX ·
ко тебе лет?
– Семь.
– А где твоя мама?
Денис опустил голову.
– Не знаю, – прошептал он. – Ушла и не вернулась.
Ильин вздохнул, сделал пометку в блокноте.
– Когда ушла? Два дня назад, как я понял?
– Да, – кивнул Денис.
Сержант, стоявший чуть поодаль, подошел ближе и заглянул в лицо младенцу.
– Девочка, – констатировал он. – Где документы? Свидетельство о рождении есть?
Денис растерянно посмотрел на Олега. Тот покачал головой.
– Я не знаю, есть ли у них документы. Мальчик сказал, что они жили на улице, адрес я записал. – Олег протянул листок с названием улицы, который успел занести в телефон. – Вот здесь.
Ильин взял бумажку, прочитал и хмыкнул.
– Общаги. Знаем этот адрес. – Он не договорил, но смысл был понятен. – Ладно. Сейчас мы их заберем в отделение. Там оформят все как надо. Свяжемся с органами опеки.
Слова «органы опеки» прозвучали как приговор. Денис вскинул голову, и Олег увидел, как его глаза наполняются слезами.
– Не надо в приют, – выдохнул мальчик. – Пожалуйста, не надо. Я не хочу в приют.
Ильин поморщился.
– Никто тебя в приют не отдает, – сказал он, но голос его прозвучал неуверенно. – Сначала разберемся. Может, мать найдется. А пока вы побудете в отделении, там тепло, накормят.
– Я не пойду, – Денис вцепился в рукав куртки Олега с такой силой, что побелели пальцы. – Дяденька, вы же обещали.
Олег посмотрел на Ильина.
– Послушайте, может быть, есть другой вариант? Я могу пока побыть с ними. Подождать, пока найдется мать. Или съездить по адресу, узнать, что случилось.
Ильин оторвался от блокнота, внимательно оглядел Олега – дорогой костюм, часы, ухоженный вид.
– Вы кто им? Родственник?
– Никто, – честно признался Олег. – Прохожий. Но я не могу их бросить. Мальчик напуган, девочка голодная. Если я сейчас отдам их в отделение, что дальше?
– Дальше ими займутся специалисты, – сухо ответил Ильин. – У нас процедура. Если мать не объявится, детей определят в социальное учреждение. Временное, до выяснения обстоятельств. Или если найдутся родственники.
– А если родственников нет? – спросил Олег, уже зная ответ.
Ильин развел руками.
– Закон есть закон. Вы же не думаете, что мы можем оставить детей с посторонним человеком на улице? Или отдать их вам просто так? Документы нужны, разрешение.
Денис слушал этот разговор, и его лицо становилось все более испуганным. Алинка заворочалась во сне, зачмокала губами.
– Я понимаю, – сказал Олег, стараясь говорить спокойно. – Но давайте хотя бы съездим по адресу. Узнаем, что с матерью. Может быть, она вернулась. Или соседи что-то знают.
Ильин задумался. Он переглянулся с сержантом, который пожал плечами.
– Ладно, – кивнул старший лейтенант. – Съездим. Вы с нами поедете? – он посмотрел на Олега.
– Да, – ответил Олег без колебаний.
Сержант открыл заднюю дверь служебной машины. Денис не двигался с места, продолжая сжимать рукав куртки Олега.
– Пойдем, – тихо сказал Олег. – Я сяду с вами. Вместе поедем.
Он взял Дениса за руку, помогая подняться. Мальчик, не выпуская сестру, осторожно встал. Олег помог ему устроиться на заднем сиденье, сам сел рядом. Денис прижался к нему, словно ища защиты.
Ильин сел на переднее пассажирское, сержант за руль. Машина тронулась.
Дорога до окраины заняла около получаса. Олег молчал, наблюдая, как за окном меняются лица города – от стеклянных высоток центра до обшарпанных хрущевок, а потом и вовсе до деревянных бараков и двухэтажных общежитий. Денис смотрел в окно настороженно, но молчал. Алинка спала, убаюканная мерным движением машины.
Наконец сержант припарковался у длинного серого здания с облупившейся краской. Двор был заставлен старыми машинами, у подъезда стояла группа подозрительных молодых людей, которые при виде полицейской машины быстро рассеялись.
– Это здесь? – спросил Ильин, оборачиваясь к Денису.
Мальчик кивнул.
Они вошли в темный подъезд, пахнущий сыростью и табаком. Денис уверенно повел их на второй этаж, к двери с ободранной обивкой.
– Здесь, – сказал он тихо.
Ильин постучал. Тишина. Постучал снова, гро
