Написано жизнью
MAX ·
о, что жива ещё: в раю такой боли нет.
Тут мужик заходит в дом, увидал, что она села, и сразу
кинулся её укладывать.
— А ребёнок где? — вымолвила девушка.
— Всё в порядке, спит твой ребёнок, не волнуйся. Тебе нельзя вставать. Мне пришлось ребёночка через животик вынимать — ну, типа кесарева, понимаешь? — сказал мужчина ласковым, спокойным голосом.
— Понимаю… — ответила Агрофена и как-то сразу успокоилась от его голоса.
— Всё, лежи спокойно. Кстати, у тебя мальчик, — сказал мужчина.
Агрофена слышала это уже сквозь сон… мальчик… это хорошо… Во сне ей почему-то слышался волчий вой, она видела волчат, бегущих по траве, и среди них маленького мальчика — очевидно, её сына. Интересно, подумала девушка, а как там волчица? Родила своих щенков? И где теперь она, её помощница по страданиям?
Когда Агрофена проснулась снова, таких болей в животе уже не было. Странно, думала она, ребёнка ведь надо покормить. Где же он и где её спаситель?
Девушка привстала с кровати и увидела дверь в другую комнату. Осторожно ступая, она прошла туда и увидела зрелище, которое не всякому суждено увидеть. На полу, на расстеленном одеяле, укрытом чистой простынёй, лежала та самая волчица, кормила пятерых волчат, а шестым — ребёночек, кормился среди волчат. Эдакий молочный брат. Только тут Агрофена поняла, что это её ребёнок, её мальчик.
Она бросилась к нему и подняла на руки. Малыш заплакал от неожиданности. В комнату вошёл тот самый мужчина.
— Вот ты быстрая какая! Ну, сказал же, что надо лежать. Ничего с твоим сыном не случится, — сказал он.
— Это та волчица? — спросила Агрофена.
— Конечно. А какая же ещё. Благодаря ей только и нашёл вас обоих. Чёрт понёс тебя в лес беременную? — сердито говорил мужчина, уводя Агрофену из комнаты.
— Как это — благодаря ей? — спросила девушка, прижимая к груди малыша.
— Она выла так, что кровь стыла в жилах. Я от самого дома услышал и пошёл на зов, — ответил он.
— Ой, молодец какая, значит, она спасла нас всех! — заметила девушка.
— Прости, я, кажется, не представился. Тимофей меня зовут. Я тут вроде знахаря. Короче, долгая история — потом как-нибудь расскажу, — уже более мягким тоном сказал Тимофей.
— А я Агрофена, — сказала девушка.
— А я знаю. О тебе уж вся деревня судачит: в лес ушла, пропала, волки съели, — Тимофей засмеялся.
— Вот и пусть судачат, мне до них и дела нет, — сказала девушка.
— Ну и мне тоже нет, — ответил мужчина.
— Можно я сама буду его кормить? — спросила Агрофена.
— Нет, думаю, у тебя не получится, — ответил Тимофей.
— Как это? — возмутилась Агрофена.
— Да у тебя нет молока! — сказал мужчина.
Девушка густо покраснела. Первые несколько дней ребёнка кормила волчица — она даже вылизывала мальчика, как своего детёныша. Потом Егорку перевели на коровье молоко. Тогда уже Агрофена стала справляться сама, давая сыну бутылочку с соской.
Вскоре Тимофей поведал ей свою историю. Он был молодым врачом. Однажды у него на операционном столе скончался пациент. Он долго переживал и так и не смог вынести тяжести утраты. Собрался и ушёл в леса. Он сам родом из этих мест — вот тут и поселился.
Агрофена тоже рассказала свою историю — о детстве, о бабушке. Когда дошла до Васьки, до его семьи и о своей поездке в армию к нему, Тимофей вдруг напрягся и как-то помрачнел.
Девушка не стала допытываться, что, как и почему. Она решила: может, это навеяло Тимофею какие-то свои грустные воспоминания.
Так они и жили — втроём. В деревню возвращаться Агрофена не хотела. Да и Тимофей не торопил: видно было, что она ему нравится и относится он к ней не только как к пациентке.
Шло время. Егорка подрастал. А Тимофей и Агрофена давно уже жили словно муж и жена. Любовь, которая возникла у них, казалась такой простой и естественной. В деревню Агрофена сходила только один раз — сказалась всем, что жива, здорова, да сына в сельсовете зарегистрировала. Узнала, что Василий пришёл из армии, разыскивал её.
Однажды в дверь к Тимофею и Агрофене под вечер постучали. На пороге стоял Василий со своей матерью.
— Ты сына мне не хочешь показать?
