Вера Инбер вела дневник, описывая каждый страшный блокадный день. Позже по этим материалам была издана книга. Во время Ленинградской блокады Инбер написала поэму "Пулковский меридиан", которая стала лучшим образцом ее творчества:
Мы отомстим за юных и за старых:
За стариков, согнувшихся дугой,
За детский гробик махонький такой,
Не более скрипичного футляра.
Под выстрелами, в снеговую муть,
На саночках он совершал свой путь.
Это произведение было удостоено Сталинской премии. В осажденном городе писательницу постигло горькое известие - в эвакуации умер ее годовалый внук. Оглушительная боль, трагедия. Несколько дней в состоянии прострации, когда задаешься вопросом: как жить дальше. Этот период Вера Михайловна описывает с неизмеримой горечью.
После войны Инбер начали называть "функционером". Молодые поэты ее откровенно не любили, а кто-то завидовал тому, что она заняла престижную должность в Союзе писателей, приобрела дачу и большую квартиру в центре Москвы. Писать она стала реже и хуже. А вскоре, в связи с нашумевшим "делом врачей", ее муж попал в психиатрическую больницу.
Все свое горе женщина начинает изливать на других людей: включается в новую травлю Пастернака, пишет донос на поэта Леонида Мартынова. Миловидная старушка с ангельским взором выплеснула всю жизнь копившийся страх и отчаяние на своих коллег.
По мнению поэта Михаила Синельникова:
Мартынов, жестоко пострадавший благодаря газетной статье за авторством Инбер, помешавшей ему печататься на протяжении последовавшего десятилетия (хорошо, что ещё не арестовали), не был в силах выговорить её фамилию. Любопытно, что в опубликованном на склоне дней дневнике она сочла нужным заявить о давней симпатии к Мартынову и любви к его поэзии… Как уродует людей Страх!
👍❤️💔🙏 - если понравился отрывок из "Пулковского меридиана"
