В кино Зинаида Славина дебютировала в 1965 году в фильме "Дорога к морю". Далее почти каждый год выходило по фильму с ее участием: «О друзьях-товарищах», «Нос», «Семейные обстоятельства»...
Но все-таки главным своим призванием Славина считала сцену:
Ну и что, что я не кинозвезда. Моя жизнь — это театр. Он заменяет мне все
Всем для нее был и Любимов. Ходили слухи, что между красавицей-актрисой и режиссером были личные взаимоотношения. На самом деле Зинаида боготворила Любимова, но в отношения с ним, как говорят знавшие ее люди, не вступала.
Она помогала ему в театре, иногда приезжала домой, чтобы разобраться с бытовыми хлопотами, могла что-то приготовить, убрать. Она считала, что к мастеру нужно относиться только так и не иначе, что о нем нужно заботиться. Конечно, за кулисами перешептывались, не понимали ее. Но Славина не обращала внимания на досужие сплетни и продолжала служить сцене и Любимову.
Но внезапно ее сказочный мир рухнул. Любимов дал интервью американскому изданию «Times», где очень резко высказался о развитии культуры в Советском Союзе. Это был грандиозный скандал. Любимов стал в СССР персоной non grata. Ему пришлось уехать жить за границу.
А театр и труппа остались брошенными. Славина восприняла отъезд мастера как предательство:
Когда Любимов уезжал из страны, оставив театр, нас, своих актеров, я умирала от боли и обиды. Мне казалось невозможным пережить такое предательство. Я его боготворила. Уехав, он разом перечеркнул все, что было у нас общего, все, чем я жила многие годы. Меня перечеркнул! Я не захотела жить. Так не захотела, что и в самом деле оказалась почти у черты. Той, за которой, быть может, ничего уже нет. Ни театра, ни дружбы, ни света... Мне казалось, что с уходом, отъездом Любимова мир рухнул. Как вообще можно играть что-либо, когда тебя – перечеркнули?
Боль, отчаяние, страшная депрессия, а затем болезнь. После долгих душевных страданий Славина оказалась на больничной койке. Она говорила:
Врачи, что называется, вытащили меня с того света. Я вернулась, но абсолютно пустая
И тут, как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. В больнице Зинаида Славина познакомилась со своим будущим супругом. Он был прикован к постели, сильно страдал, и Зинаида в этом человеке, в уходе за ним нашла новый смысл жизни. Свою любовь, свою заботу она переключила с Любимова на мужа:
Тогда моему Борису грозила неподвижность. В лучшем случае он мог бы передвигаться на инвалидной коляске. Когда узнала об этом, не испугалась. У нас была любовь с первого взгляда. Мы пронесли ее через всю жизнь… Мне повезло с семьей – мы любили друг друга, умели понять и простить, поддержать в трудную минуту
Детей в браке с Борисом Курбатовым у нее не было, но с сыном и дочерью мужа от первого брака у Зинаиды Славиной сложились теплые отношения.
Постепенно она вернулась в театр, играла новые роли, научилась снова получать удовольствие от жизни. Но в начале 1990-х любимовское детище распалось на два театра. Славина приняла решение перейти к Николаю Губенко в театр «Содружество актёров Таганки», где проработала до последний своих дней.
А Николай Губенко так отзывался об актрисе:
Мы начинали с Зиной вместе. Она много сделала для того, чтобы театр стал популярным. Зина — потрясающая работяга. Такая лошадка, которая всю жизнь, от восхода до заката, ходит по кругу. По кругу театра. Ведь это феноменальная цифра — было сыграно 1600 спектаклей "Доброго человека из Сезуана", где она была бессменной Шен Те и Шуи Та.
Если разделить эту цифру на годы, то получится каждый день в течение пяти с лишним лет. Каждый спектакль заканчивался десятиминутными овациями. Потом было 800 спектаклей "Мать", 1000 спектаклей "Тартюфа". И всегда она играла так, что казалось — после этого она умрет. Особенно у нее получаются трагические роли, хотя она и потрясающая комедийная актриса. Это блистательная, подвижническая отдача себя
🙏❤️🔥😢 - памяти Зинаиды Славиной
