Когда Элина Быстрицкая уезжала из дома в Нежине поступать в театральный ВУЗ в Киев, мать на нее, как говорили в семье, «намолчала» - даже не попрощалась. А отец проводил на вокзал, купил батон и бутылку ситро в дорогу:
Это все, что я могу тебе дать
Деньгами студентке не помогали, приходилось подрабатывать в массовке: за выход на сцену платили 5 рублей, за съемочный день - все 30. Одно лето она даже летала под куполом цирка в номере гастролировавшего в Киеве иллюзиониста Эмиля Кио. А получив диплом с отличием, вернулась к родителям, которые к тому времени перебрались в Вильнюс, и поступила в труппу Русского драматического театра Литвы (с недавних пор - Вильнюсский старый театр).
Только увидев дочь в спектакле «Таня» по Арбузову, Быстрицкие наконец смирились с ее выбором.
Твоя взяла. Работай
- сказал после премьеры отец. Элина Авраамовна так же предпочитала далекую от искусства лексику. И когда была собой довольна, о вдохновении не вспоминала, говорила:
У меня получилось
Со своей стороны она дала зарок никогда не отказываться играть врачей, даже если роль откровенно слабая. Так видела свой дочерний долг (отец был врачом-инфекционистом, мать - больничным поваром). В середине 1954 года Вильнюсский театр был на гастролях в Ленинграде, и молоденькую красавицу заметили на «Ленфильме».
Начинавший режиссер Ян Фрид позвал ее на главную роль в шекспировскую «Двенадцатую ночь». Но Быстрицкая предпочла Фридриха Эрмлера с «Неоконченной повестью» (1955, эпизод - на видео) о любви простой участковой докторши. Впрочем, выбор был вполне прагматичен, Эрмлер перевешивал по всем статьям: четырежды лауреат Сталинской премии, народный артист СССР, худрук «Ленфильма».
Уже на тех съемках зародилась легенда о жестком характере актрисы. Партийный отец и мать-комсомолка воспитали дочь не ведающей рефлексии. Элина Авраамовна сызмальства была убеждена в своей правоте, презирала жалость, потому как она непродуктивна, была вызывающе безапелляционна. И так рьяно оберегала собственные границы, что часто не замечала чужих.
Из-за этого, к слову, она едва не вылетела с последнего курса института. Тогда перед концертом, посвященным годовщине смерти Ленина, какой-то студент из хулиганства дунул ей в ухо из пищалки. Быстрицкая, которая в войну ходила по едва освобожденному Донецку с заточенной металлической расческой, долго не раздумывала: так его огрела, что отлетел метров на пять. Судя по всему, это был не первый случай не вполне адекватного поведения. Как бы то ни было, ей тут же пригрозили отчислением. А она отрезала:
Если это случится, послезавтра ищите меня в Днепре
👏🙏❤️🔥 - ее красоте и железному характеру
