По словам Евгения Евтушенко, в 1950-е годы были востребованы «бодрые, зовущие вперед стихи», которые поддерживали идею о светлом коммунистическом будущем. Поэтому его новые работы о сомнениях в себе и проблемах советских людей публиковать не хотели.
Однако в 1953 году Иосиф Сталин умер, а новый партийный руководитель Никита Хрущев ослабил цензурные ограничения — началась оттепель. И за 1955–1957 годы у Евтушенко вышло три поэтических сборника: «Третий снег», «Шоссе Энтузиастов», «Обещание».
В 1960-е годы он вместе с Андреем Вознесенским, Беллой Ахмадулиной, Робертом Рождественским, Булатом Окуджавой и другими поэтами-шестидесятниками выступал в московском Политехническом музее. Творческие вечера собирали множество слушателей. На одном из них Евтушенко и прочитал впервые свою резонансную поэму «Бабий Яр» о том, как нацисты массово расстреливали евреев в годы Второй мировой войны. Эти события не обсуждали публично и даже замалчивали. Поэт вспоминал:
Я давно хотел написать стихи об антисемитизме. Но эта тема нашла свое поэтическое решение только тогда, когда я побывал в Киеве и воочию увидел это страшное место, Бабий Яр
Стихотворение напечатали в «Литературной газете» — номера раскупили в киосках за одно утро, а поэту приходили письма и телеграммы от незнакомых людей со всей страны.
Евтушенко освещал многие проблемы советской жизни. Так, в 1962 году в газете «Правда» он опубликовал стихотворение «Наследники Сталина» о том, как репрессии повлияли на страну. А через три года вышла поэма «Братская ГЭС». В ней автор рассуждал о свободе и предназначении советского человека. Фраза из вступления — «Поэт в России больше, чем поэт» — стала манифестной для Евтушенко.
В то же время он выступал в защиту Андрея Синявского, Александра Солженицына, Иосифа Бродского и других писателей-диссидентов, много печатался в оппозиционных журналах «Юность», «Новый мир» и «Знамя». А также критиковал ввод советских войск в Венгрию и Чехословакию и войну в Афганистане в стихотворениях «Танки идут по Праге» и «Афганский муравей».
Танки идут по Праге
в закатной крови рассвета.
Танки идут по правде,
которая не газета.
Танки идут по соблазнам
жить не во власти штампов.
Танки идут по солдатам,
сидящим внутри этих танков.
Боже мой, как это гнусно!
Боже — какое паденье!
Танки по Яну Гусу,
Пушкину и Петефи.
Страх — это хамства основа.
Охотнорядские хари,
вы — это помесь Ноздрёва
и человека в футляре.
Совесть и честь вы попрали.
Чудищем едет брюхастым
в танках-футлярах по Праге
страх, бронированный хамством.
Что разбираться в мотивах
моторизованной плётки?
Чуешь, наивный Манилов,
хватку Ноздрёва на глотке?
Танки идут по склепам,
по тем, что ещё не родились.
Чётки чиновничьих скрепок
в гусеницы превратились.
Разве я враг России?
Разве я не счастливым
в танки другие, родные,
тыкался носом сопливым?
Чем же мне жить, как прежде,
если, как будто рубанки,
танки идут по надежде,
что это — родные танки?
Прежде чем я подохну,
как — мне не важно — прозван,
я обращаюсь к потомку
только с единственной просьбой.
Пусть надо мной — без рыданий
просто напишут, по правде:
«Русский писатель. Раздавлен
русскими танками в Праге»
✍️ - 1968 год
На фото внизу справа - Евгений Евтушено, Булат Окуджава, Роберт Рождественский, Андрей Вознесенский - поэты-"шестидесятники"
👍❤️🙏👏 - лидеру "шестидесятников"
