Пожалуй, лишь один Протазанов отнесся к дарованию Анатолия Кторова с проницательностью. Он пригласил его в свою «Бесприданницу» (1936, эпизод - на видео). Кторов был уверен, что на роль Карандышева, которого он уже играл в театре Корша.
Карандышевых я найду сколько угодно, а вот где мне найти Паратова, кроме вас?
– неожиданно ответил режиссёр.
Это была их последняя совместная работа. После смерти Протазанова Кторов почти на тридцать лет ушёл из кино.
В 1932 году единственный на тот момент частный театр – театр Корша – стал филиалом МХАТа. Лучшая часть труппы влилась в новый состав. Но неизвестно ещё, как бы сложилась судьба Кторова, если б не его жена – признанная всей Москвой театральная премьерша Вера Попова. Станиславский с Немировичем «киношников» не жаловали. Корифеи МХАТа в кино снимались по самым большим праздникам.
Кторов обожал МХАТ и боялся. Всю жизнь – по собственному признанию – держал экзамен на мхатовца, но так и не стал «своим». Его приняли более чем настороженно – киногерой, красавчик, муж Поповой.
Свою первую роль в спектакле «У жизни в лапах» он благополучно провалил. На долгие годы за ним укрепилось звание дублера первого положения. Играл в основном вслед за Качаловым, Москвиным, Вербицким, Прудкиным.
В июне 1941-го театр гастролировал в Минске. Утром 22-го город уже бомбили. Командование смогло выделить для Художественного театра лишь одну легковую машину для дирекции и одну грузовую – для женщин. Директор театра Иван Москвин отказался расстаться со своими актёрами. Уехали только женщины. Мужчинам предстояло выбираться как повезёт.
Народные артисты Кедров, Ершов, Масальский, Топорков, Кторов и другие смешались с толпами беженцев. Передвигались на попутках, пешком, пока не добрались до Можайска, где им удалось попасть в идущий до Москвы товарняк. В ноябре 1942-го МХАТ эвакуировали в Саратов, там и состоялась премьера «Русских людей» Симонова, пьесы, ставшей вскоре обязательной для всех театров страны. Кторов получил в ней роль фашистского генерала Розенберга. Это был почти приговор. Отныне не только положительные, но и хоть сколько-нибудь значимые роли были для него закрыты.
В театральной жизни того времени Анатолий Кторов – явление уникальное. В том, что он выжил и состоялся, есть какое-то магическое исключение. Советская власть, дама капризная, больше всего не любила, когда её не замечали. А Кторов жил так, как если бы этой дамы не было вообще. Отношения – не более чем соседские. Поклон, легкий кивок – и довольно. Дама платила той же монетой.
Характерно, что единственную свою Сталинскую премию он получил за... трёхминутный эпизод в пьесе Льва Толстого «Плоды просвещения». Кторов играл барона Клингена под прямо-таки неприличные овации зала. Мимолётный, проходной персонаж стал неотделим от плоти спектакля до такой степени, что Кторова не могли не включить в число лауреатов.
Сыграл эту роль, и стали звонить со студий. Предлагать роли в оперетте,
– вспоминал он.
👏❤️🙏🔥 - Анатолию Кторову, уникальному актеру
