В маленьком артистическом подвале впервые публично заявили о себе многие поэты, без которых сегодня невозможно представить русскую культуру. 30 ноября 1912 года в «Бродячей собаке» дебютировал Маяковский. Его товарищ, поэт Бенедикт Лившиц вспоминал, что в ту пору Маяковский тщательно выстраивал свой имидж:
Одетый не по сезону легко, со львиной застежкой на груди, в широкополой черной шляпе, надвинутой на самые брови, он казался членом сицилианской мафии, игрою случая заброшенным на Петроградскую сторону.
Его размашистые, аффектированные, резкие движения, традиционные для всех оперных злодеев, басовый регистр, прогнатическая нижняя челюсть, волевое выражение которой не ослабляло даже отсутствие передних зубов, сообщающее вялость всякому рту, — еще усугубляли сходство двадцатилетнего Маяковского с участником разбойничьей шайки или с анархистом-бомбометателем…
Образ поэта крайне впечатлил публику. Его стихи были приняты с восхищением, а сам Маяковский стал завсегдатаем кабаре. Он любил лежать на огромном турецком барабане, стоящем у сцены, и язвительно подшучивать над выступающими.
В этом кабаре, к слову, Маяковского чуть не убили. Поэт-футурист Василиск Гнедов вспоминал этот случай:
Один раз мы сидели вдвоем с Маяковским недалеко от эстрады за столиком и разговаривали о романе Вербицкой “Ключи счастья”. Маяковский хорошо знал эту повесть и стал ее пародировать, грассируя особенно слащавые места этой сугубо мещанской дребедени. У него это получалось великолепно. В темном углу за спиной Маяковского стоял основательно выпивший купеческий сынок; поклонник Вербицкой, который не смог перенести издевательства над своим кумиром.
В один миг обогнув стол он очутился против Маяковского и нераспечатанной бутылкой шампанского, держа двумя руками за горло бутылки, подняв над собой, направил со всего размаха на голову Маяковского. В последние мгновения я, инстинктивно взметнув свои руки вверх, успел над самой головой схватить бутылку. Так я спас Маяковского от верной смерти
🙏👏🔥 - интересная история
