Публикации канала «Жизнь в дневниках | Литература»

Усадьба Малинники (Тверская область) Здесь мне очень весело. Соседи ездят смотреть на меня, как на собаку Мунито... На днях было сборище у одного соседа; я должен был туда приехать. Дети его родственницы, балованные ребятишки, хотели непременно туда же ехать. Мать принесла им изюму и черносливу и думала тихонько от них убраться. Но Петр Маркович их взбуторажил, он к ним прибежал: дети! дети! мать вас обманывает — не ешьте черносливу; поезжайте с нею. Там будет Пушкин — он весь сахарный, а зад его яблочный, его разрежут и всем вам будет по кусочку — дети разревелись; не хотим черносливу, хотим Пушкина. Нечего делать — их повезли, и они сбежались ко мне облизываясь — но увидев, что я не сахарный, а кожаный, совсем опешили. Александр Пушкин Из письма, 1828 г. Жизнь в дневниках

Когда русские заглядывают в комнату и видят, что там никого нет, они говорят: "ни души". То есть, главное в человеке - это душа. А англодумающие в таких случаях говорят: "nobody" - нет туловища. Это очень точно отражает их психологию. Для них человек - это туловище, а для нас - душа. Михаил Задорнов Жизнь в дневниках

Мне "Война и Мир" теперь отвратительна вся! Мне на днях пришлось заглянуть в нее для решения вопроса о том, исправить ли для нового издания, и не могу вам выразить чувство раскаянья, стыда, которое я испытал, переглядывая многие места! Чувство вроде того, которое испытывает человек, видя следы оргии, в которой он участвовал. — Одно утешает меня, что я увлекался этой оргией от всей души, и думал, что кроме этого нет ничего. Лев Толстой Из письма, 1873 г. Жизнь в дневниках

В мае 1974 года актеры съезжались на Дон. Началась работа над фильмом «Они сражались за Родину». Нам, актерам, предстоял тяжелый ратный труд вдали не только от дома, но и вообще от человеческого жилья. Съемки предполагались именно там, где разворачивались события, описанные в романе. Место указал сам автор, М.А. Шолохов. Шли дожди, дороги размыло, да их и не было на подступах к месту назначения. Добирались долго, сутками. Измучились. На берегу Дона стоял теплоход «Дунай». Актеров разместили в каютах первого класса. У всех было какое-то праздничное, возбужденное настроение, как перед отплытием. Будто еще немного — и начнется путешествие, круиз по родным местам, по России. А тут еще никуда не деться от воды, от солнечных зайчиков, которые проникают всюду и создают полную иллюзию движения. И музыка. Целыми днями корабельные радисты крутили на всю катушку одну и ту же мелодию из фильма (американского) «Доктор Живаго». Музыка гремела. 31 мая мне исполнился 41 год. День рождения. Утром в каюту мою громко постучали. Вошел Василий Макарович Шукшин в сопровождении Алеши Ванина. Они поздравили меня, и Василий Макарович подарил мне книгу, только что вышедшую, «Беседы при ясной луне». Шли дни, шли изнуряющие съемки. После съемок мы долго не засыпали, шептались то в каюте, то на палубе. Наши беседы при ясной луне. Теплоход стоял на том же месте. А мне казалось, что мы с Василием Макаровичем все время куда-то плывем: в прошлое, в будущее, просто в жизнь. Теперь я отчетливо понимаю, в моей жизни было счастье: дружба с Василием Макаровичем. И что наградил меня бог этим счастьем неспроста. Видно, до конца дней мучиться мне над разгадкой удивительного явления русской природы: Василий Макарович Шукшин. Георгий Бурков Жизнь в дневниках

Принятое нами решение хранить в тайне от родных и знакомых нашу помолвку продержалось не более недели. Тайна наша открылась самым неожиданным образом. Федор Михайлович, приезжая к нам, брал извозчика по часам, от семи до десяти. Во время долгого пути к нам и обратно Федор Михайлович, любивший простых людей, разговаривал обыкновенно со своим извозчиком. Чувствуя потребность поделиться с кем-нибудь своим счастьем, он рассказывал ему про свою предстоящую женитьбу. Однажды, вернувшись от нас домой и не найдя в кармане мелочи, он сказал извозчику, что сейчас вышлет ему деньги. Деньги вынесла служанка. Не зная, которому из трех извозчиков, стоявших у ворот, следует уплатить, она спросила, кто сейчас привез «старого барина»? — Это жениха-то? Я привез. — Какого жениха? Наш барин — не жених. — Ан нет, жених! Сам мне сказывал, что жених. Да я и невесту видал, когда дверь отворяли. Выходила его проводить, такая веселая, все смеется! Анна Достоевская • Воспоминания Жизнь в дневниках

Ко мне на консультацию однажды пришла "идеальная пара". Что-то пошло не так. Когда я посмотрел на них я задался вопросом: "Что же привело их ко мне?". Казалось, они отлично подходят друг другу по всем статьям, и, как я вскоре обнаружил, что они были обеспечены всеми материальными благами, которые только могут встретиться в жизни. Но в итоге я нашел, что настоящая беда была в том, что они слишком хорошо подходят друг другу. Это предотвратило всякое напряжение, существующее в их интимных отношениях. Они были похожи настолько, что ничего не происходило – ситуация столь же трудная, как и противоположная крайность – полная несовместимость. Посмотрите на это с точки зрения повседневной жизни. Будет ли разговор интересен, когда ты знаешь заранее, что партнер будет согласен со всем, что вы говорите? Стимул к дискуссии умирает. Когда вы знаете, что ваше мнение согласуется с мнением вашего партнера, нет смысла обсуждать его вовсе. Итак, о чем же остается говорить? Гораздо более интересно и продуктивно обсудить что-то, о чем приводятся разные мнения. Мы не особо наслаждаемся обсуждением, с которым все согласны – нет никаких препятствий для преодоления, никакого напряжения, никакого продуктивного потока. Разница во мнениях может быть плодотворной. Карл Густав Юнг Из интервью, 1955 г. Жизнь в дневниках

Летo как выходные. Такое же прекрасное и также быстро проходит. Июнь – это пятница, июль – суббота, август – вocкpeceнье. Марина Цветаева Жизнь в дневниках

Из воспоминаний Лидии Чуковской Корнеем Ивановичем владела настоящая телефонофобия. Немыслимо представить его спокойно беседующим с кем-нибудь по телефону. Он до такой степени не выносил этот способ общения, что нередко ставил в тупик тех, кто звонил ему. Так, возьмёт трубку, скажет несколько слов и, не дослушав, вдруг положит её на рычаг, без всякой заключительной фразы, не попрощавшись, оставив в своем собеседнике полную уверенность, будто внезапно оборвалась телефонная связь. Средства борьбы с телефоном применял он разнообразные. Зайдя однажды за книгой в его кабинет, я услыхала, что в письменном столе что-то булькает. Он сидит и пишет, а в ящике булькает. Прислушалась: несомненно, человеческий голос. Оказывается, Корней Иванович снял трубку, поздоровался, затем засунул трубку в ящик стола, чтобы голоса не было слышно, и продолжал писать. Изредка он вынимал трубку, произносил: «Чудесно! Я с вами совершенно согласен!» – и снова упрятывал чужой голос в ящик, сердясь на шнур, который мешал задвинуть ящик поглубже. Вскоре мы перенесли телефон в другую комнату – от него вдалеке! – и стали подходить сами, стараясь оберечь его от звонков. Но вот седьмой раз звонит дама, настойчиво требуя Корнея Ивановича. Я зову его. Я устала врать, будто его нету дома. – Неужели ты ничего спасительного неспособна изобрести? – с раздражением отвечает он мне. И вдруг вдохновенно, как счастливую находку, звонким голосом, слышным во всех углах квартиры, говорит: – Скажи ей, что я уже умер и похоронен на Волковом кладбище! Жизнь в дневниках

Не видишь человека дня два, потом увидишь, и он спросит: «Что нового?» Столько за эти два дня передумано, столько перечувствовано. «Что нового?» — отвечаешь. — Да ничего…» Евгений Шварц 17 сентября, 1948 г. Жизнь в дневниках

Дети – птахи божьи. Даже в выходной встают в шесть утра и чирикают. Летают по жилищу, ищут чего поклевать. А мы спим, нам очень хочется. Выходной. Им же некогда спать, детство кончится вот-вот и конфеты потеряют вкус. Когда дети приземляются, важно успеть спрятать пузо, иначе печёнки и всякие желудки могут пострадать. Не говоря уже про не пасхальные тантрические символы. Вчера – помню сквозь дрёму – с меня стянули одеяло и считали родинки – 103 шт. Я похрюкивал от счастья. А сегодня я был бережком синей реки. На мне сидели и болтали ногами, с меня ловили рыбу, потом на мне же развели костёр и варили уху. Жена спросила не просыпаясь: – Лаврушку кинули? Слава Сэ Жизнь в дневниках

Книга - это зеркало. И если в него смотрится обезьяна, то из него не может выглянуть лик апостола. Артур Шопенгауэр Жизнь в дневниках

Попробуйте решить вот такую загадку. Две вдовы, пережившие утрату, каждая из них прожила в браке сорок лет. Одна сильно страдала, но постепенно вернулась к жизни, стала наслаждаться периодами спокойствия и даже счастья. Другой пришлось намного тяжелее: спустя год она впала в глубокую депрессию с суицидальными проявлениями, так что потребовалось длительное психиатрическое лечение. От чего может зависеть такая разница в исходе подобной ситуации? Вот в чём загадка. Теперь я дам вам небольшую подсказку. Эти женщины были во многом похожи, но между ними было одно очень важное различие: характер семейных отношений. У одной женщины были неустойчивые, конфликтные отношения с мужем, у другой — любовь, взаимоуважение и качественный рост отношений. А теперь я хочу задать вам вопрос: кто из них кто? Ответ: женщина, конфликтовавшая с мужем, пережила свою трагедию более болезненно. Не кажется ли вам, что это противоречит здравому смыслу? Можно подумать, что женщина, брак которой сорок лет дарил ей любовь и радость, должна была переживать намного сильнее. В конце концов, разве не пришлось ей пережить огромную потерю? Тому есть ряд объяснений. Думаю, «сожаление» в этом плане выступает как ключевое понятие. Представьте, какие мучения должны терзать женщину, которая где-то в глубине души чувствует, что потратила сорок лет жизни не на того мужчину. Так что горюет она не по своему мужу или не только по нему. Она оплакивает свою собственную жизнь. Смерть замораживает супружеские конфликты во времени. Они навеки остаются конфликтными, незавершёнными, не приносящими удовлетворения. Ирвин Ялом • Лжец на кушетке Жизнь в дневниках

Если в коробочку положить алмаз – она станет шкатулкой. Если в коробочку положить огрызок — она станет урной. Мы то, что мы вкладываем в свою голову. Бернард Шоу Жизнь в дневниках

Я не люблю цитат, но одна цитата давно меня заставила задуматься. «Быть честной, недоступной для света и куртизанкой для мужа – значит быть идеальной женщиной». (Бальзак) Людмила Гурченко Жизнь в дневниках

Любви все возрасты покорны; Но юным, девственным сердцам Её порывы благотворны, Как бури вешние полям: В дожде страстей они свежеют, И обновляются, и зреют — И жизнь могущая даёт И пышный цвет и сладкий плод. Но в возраст поздний и бесплодный, На повороте наших лет, Печален страсти мёртвый след: Так бури осени холодной В болото обращают луг И обнажают лес вокруг. Александр Пушкин • Евгений Онегин Жизнь в дневниках

Чудеса всегда доверены минутам. Чудо трудно растянуть на полчаса. Но минуты мы неряшливо минуем И поэтому не верим в чудеса. Леонид Филатов Жизнь в дневниках

Извините за лентяйство! Лето – ничего не поделаешь... Антон Чехов Из письма, 1883 г. Жизнь в дневниках

Отчего-то мне каждый раз ужасно трудно бывает утром ходить; сегодня как-то особенно было трудно. Пётр Чайковский 18 июня, 1887 г. Жизнь в дневниках

Осенью 1972 года редакция одного журнала попросила у Набокова для специальной подборки рецепт его фирменного блюда. Явно издеваясь над высоколобой редакцией, он прислал им рецепт яичницы «а-ля Набокок» (à la Nabocoque). Приведем эти инструкции полностью: «Вскипятите воду в кастрюле (пузырьки означают, что она кипит!). Достаньте из холодильника два яйца (на одного человека). Подержите их под горячей водой из-под крана, чтобы они были готовы к тому, что их ожидает. Положите каждое в кастрюлю, одно за другим, позволив им беззвучно опуститься в (кипящую) воду. Обратитесь к своим наручным часам. Придерживайте яйца ложкой (они склонны к пере­катыванию), чтобы не ударялись о проклятый край кастрюли. Если же яйцо треснет в воде (которая теперь бурлит как сумасшедшая) и начнет выбрасывать облако белой субстанции, словно медиум на старомодном сеансе, выловите его и выбросьте. Возьмите другое яйцо и впредь будьте бдительнее. После того как пройдет 200 секунд или, скажем, 240 (с учетом передышек), начинайте вынимать яйца. Положите их тупым концом вверх в две чашки. Маленькой ложкой постучите по кругу и проко­выряйте отверстие в скорлупе. Приготовьте соль и хлеб (белый) с маслом. Ешьте.» Владимир Набоков Жизнь в дневниках

У настоящих писателей есть дневники. Слово «дневник» подозрительное. Почему дневники? Скорее это должны быть ночники. Человек прожил день, что-то у него было с желудком или рассудком, потом он упустил нужную бабу, потом у него на работе кто-то рубль украл, потом он пришел домой, поахал, выпил 50 граммов, смотришь — уже ночь и сел писать воспоминания. Значит, это «ночники». У меня точно «ночники». Александр Ширвиндт Жизнь в дневниках