Детский дом располагался на самой окраине города, почти у кромки реки.
Зимой это место становилось особенно мрачным: серое небо нависало низко, деревья стояли голые, а с воды тянуло ледяным ветром. Воспитатели ходили угрюмыми, дети — тихими и настороженными. Здесь не любили тех, кто чем-то отличался от остальных. А Денис отличался. Он не плакал, когда его задевали, не жаловался, когда у него отнимали единственную игрушку. Он лишь сжимал зубы и молчал. А по ночам долго смотрел в окно на реку и думал о том, что находится по ту сторону.
Ему было двенадцать. К нему никто не приходил, его никто не ждал. Мать отказалась от него ещё в роддоме, отца будто и не существовало. В личном деле значилась сухая запись: «Отказной». И больше ничего.
Решение сбежать пришло в ноябре, когда ударили первые морозы и река начала покрываться тонким льдом. Он устал — от насмешек, от постоянного ощущения ненужности, от слова «казённый», которым его называли. Ему хотелось свободы. Он собрал в рюкзак сухари, стащенные из столовой, надел на себя всё тёплое, что нашлось, и в сумерках перелез через забор.
Никто не остановил его. За спиной не раздалось ни крика. До утра его даже не хватились.
Денис направился к реке. Там, за водой, начинался лес, а за лесом — другая жизнь. Он не знал, какой она будет, но был уверен: лучше, чем здесь. Ветер обжигал лицо, ноги в стоптанных ботинках немели от холода, но он упрямо шёл вперёд.
У самой кромки воды он остановился. Лёд был ещё тонким, местами ломким, с тёмными провалами полыней. Денис хотел обойти опасное место, как вдруг услышал звук.
Из воды доносился тонкий, отчаянный визг.
Он подошёл ближе и увидел: в полынье, почти на середине реки, барахтались два щенка. Маленькие, пушистые, они пытались выбраться на лёд, но тот ломался под их лапами, и они снова падали в ледяную воду. Они захлёбывались, визжали, отчаянно цеплялись за край...
📖 Жизнь пишет • Истории
