«Этот мальчик его достоин», — дед оставил дом соседу, а не родной семье.
Завещание читали в доме деда. В том самом доме, из-за которого все и собрались.
Большой, крепкий, на хорошем участке у реки. Дед строил его сам, своими руками, ещё в советские годы, и потом всю жизнь холил — то крыльцо подновит, то баню перебёрет, то яблони привьёт. Дом стоил теперь немалых денег. И вся родня съехалась, как воронье на падаль, — едва дед остыл.
Я приехал тоже. Я — внук, Сергей. Но я держался в стороне, у окна. Мне дом был не так важен, как им. Мне важен был дед. А его уже не было.
Нотариус, женщина в строгом костюме, разложила бумаги.
— Завещание Михаила Андреевича Зотова. Зачитываю.
В комнате стало тихо. Дядя Олег — старший сын деда — подался вперёд, потирая руки. Тётя Галя поджала губы, заранее готовая к бою. Их дети, мои двоюродные, переглядывались, прикидывая доли.
— «Дом и земельный участок по адресу… я завещаю Кравцову Антону Игоревичу».
Тишина лопнула.
— Кому?! — дядя Олег вскочил. — Это кто такой вообще?!
Нотариус спокойно повторила:
— Кравцову Антону Игоревичу. Соседу.
Антон. Соседский мальчишка. Лет семнадцати. Тихий парнишка из дома напротив, из небогатой семьи — мать одна тянула троих, отец давно ушёл.
Поднялся гвалт. Дядя Олег орал, что это подлог, что отец из ума выжил, что он засудит всех — нотариуса, соседа, реку, небо. Тётя Галя визжала, что «чужому щенку — отцовский дом, а родным детям шиш». Двоюродные подхватили. Комната гудела как растревоженный улей.
Я молчал. Я смотрел в окно на этот соседский дом и пытался понять.
А потом нотариус достала ещё один конверт...
📖 Жизнь пишет • Истории
