Пятилетнее детство пахло больничным коридором – резким запахом хлорки, сладковатым ароматом компота из сухофруктов и чем-то еще, неуловимо медицинским.
Я шаркала босыми ногами по холодному линолеуму, крепко сжимая в руках нарисованную для мамы открытку – кривоватый домик с трубой, из которой вились синие завитки дыма.
"Опять без тапочек!" – ворчала тетя Таня, санитарка, но тут же смягчалась, видя мой рисунок. Она знала – я спешу в палату №7, где на третьей койке у окна лежала моя мама.
Палата была светлая, залитая июньским солнцем. Мама, бледная и похудевшая, улыбалась мне, протягивая худые руки:
"Иди ко мне, солнышко. Что это ты сегодня такая нарядная?"
Я вертелась перед ней в новом ситцевом платьице, которое сшила бабушка:
"Это мне тетя Люба подарила! Смотри, тут цветочки и бантик сзади!"
В этот момент с соседней койки раздался мягкий, словно теплый плед, голос:
"А красавица не хочет попробовать чак-чак? Свежий, только из дому привезли."
Курулай-апа – так мы ее называли – сидела, подложив под спину подушку, и ловко орудовала спицами. На тумбочке рядом с ней всегда стояла баночка с чем-то вкусным: то домашняя пахлава, то лепешки с маком, то эти удивительные восточные сладости, которые таяли во рту.
Я робко подошла ближе. Курулай-апа была круглолицей, с добрыми морщинками у глаз и седыми волосами, собранными в тугой узел. Ее большие руки с короткими пальцами казались созданными специально для того, чтобы утешать и дарить тепло...
📖 Жизнь пишет • Истории
➖➖➖➖➖➖➖➖ ➖️ ➖ ➖
