Город встретил недружелюбным пасмурным днем. И только редкие снежинки кружились, заигрывая с прохожими.
Наташа, запрокинув голову, считала этажи высотного дома: – Девять, - прошептала она, - как много… Вера окликнула дочку, и направилась к многоэтажке.
- Здравствуй, Тамара, вот и мы заявились.
Тамара, в длинном халате, ткань которого шелковисто струилась по ее телу, встретила гостей улыбкой: - Верка, здравствуй! Ну, дай хоть обниму тебя.
- Вырвались-таки, добрались до города, мы только на одну ночку, Тома, - оправдывалась гостья.
- Да хоть на три, хоть на неделю, ты же знаешь, как я рада тебе, как я скучаю...
Тамара уехала из деревни после школы, осталась в городе, получила высшее образование и устроилась на завод. Теперь она, хоть и не большой, но уже начальник. В деревне не осталось никого, кроме знакомых, да подруги Веры. Изредка она приезжала, в основном летом, оставаясь дня на два. Переодевалась в простое ситцевое платье, ходила босиком по траве, и, запрокинув руки, с удовольствием вдыхала деревенский воздух.
- А Наташенька-то как подросла, с прошлого лета не видела!
Восьмилетняя девочка застеснялась, коснулась пуговицы пальто.
– Ну, раздевайся, давай я тебе помогу, - предложила хозяйка.
Наташа ни разу не была у тети Тамары, и теперь робко разглядывала посуду в стенке, присев на краешек кресла.
- Мы переночуем, а завтра вечером домой, - сказала Вера. - Я уже ребятишкам всё купила: Вовке пальто, Мишке ботинки, Наташке кофту теплую. Книжки вот еще попались, - тоже взяла, пусть читают.
- А я думаю, чего так долго нет, а вы уже по магазинам успели пройтись. Ладно, садитесь за стол, кормить вас буду. Что успела, приготовила, ты же знаешь, мне вечно некогда.
Вера достала из сумки банку с солеными помидорами, шмат сала, чеснок и печеные пироги. Тома, я тут привезла тебе гостинец, попробуй наше, деревенское.
- Ой, какой аромат, - Тамара даже прикрыла глаза. Попробую, всё попробую... только зачем так много? Сама перебиваешься с тремя детьми одна, еще и мне везешь.
- Ничего, не обеднею, это свое.
Ночью Наташа слушала, как тикают ходики и не могла уснуть от непривычно светлого окна - городское освещение «врывалось» в комнату. Нежный тюль, который был похож на фату невесты, рассмотрела еще днем. Из соседней комнаты доносился шепот матери и хозяйки квартиры - подруги не могли наговориться.
- На автобус бы не опоздать, - забеспокоилась утром Вера, - ехать долго, три часа, а завтра на работу.
- О-оо, да еще времени вагон, не торопись, - успокоила Тамара, пододвинув вазочку с конфетами Наташе, - ешь, чудо голубоглазое. А потом косички тебе заплету. – Тамара, вдруг вспомнив, обратилась к Вере: - А мальчишкам-то купила сладости?
- А как же! Взяла конфет, карамелька в основном, да печенье вот фигурное, целую коробку везу.
- Жаль, шоколадные не попались тебе. Ну да ладно, мы сейчас с Наташей сходим в магазин, знаю я тут одно место.
Вера испуганно посмотрела на подругу.
- Да не волнуйся ты, не опоздаете на автобус, это я тебе точно говорю.
Тамара, зная самые «сладкие» места в городе, где можно купить дефицит, поехала с девочкой именно туда. Уже когда конфеты были куплены, Наташа засмотрелась на универмаг, что через дорогу напротив.
- А давай зайдем, - предложила Тамара, - я тебе банты куплю, будешь в школе самая красивая.
- Тетя Тома, они же помнутся, - глядя на новые широкие банты, сказала девочка.
Тамара рассмеялась: - Ну и пусть мнутся, погладить можно, ты главное -носи, пока не выросла, пока еще косы есть.
Тамара вела девочку за руку, приближаясь к отделу с игрушками. Наташа смотрела с волнением на всё это пестрое богатство с мишками, зайцами, куклами. – Ну-уу, какая на тебя смотрит? – спросила женщина, указав на ряд кукол.
Эту куклу она заметила сразу – большую, белокурую в голубом платье – и, казалось, кукла тоже смотрит на девочку.
- Та-аак, наверное, эта понравилась. Дайте нам эту куклу, - попросила продавщицу.
- Пожалуйста.
- Ух, ты, смотри, Наташа, так она еще и ходит!
