ЖЕНСКИЕ ПОСИДЕЛКИ
MAX ·
Семидесятилетний дед Степан привёз на мотоцикле молодую жену. Деревня онемела...
В тот день все в селе были ошеломлены.
На запылённой дороге со стороны трассы раздался знакомый, но давно забытый звук — дребезжащий мотор старого мотоцикла. Люди начали выглядывать из ворот. Кто-то остановился у колодца. Баба Нина даже поставила ведро, потому что узнала этот звук сразу.
Это был дед Степан. Семьдесят лет.
После смерти жены он почти ни с кем не разговаривал, ходил в одном и том же старом пиджаке и годами откладывал даже самые простые дела. Крыша его дома протекала каждую весну, забор перекосился, огород зарос сорняком. Мотоцикл стоял в сарае под брезентом — Степан не прикасался к нему лет пять, с самых похорон Нюры.
И вот мотоцикл ехал по деревне.
А на заднем сиденье сидела молодая женщина.
Лет тридцати, не больше. Волосы убраны назад, в руках небольшая сумка, держится спокойно — не испуганно, не растерянно, а именно спокойно, как человек, который знает, куда едет.
Степан остановился у своих ворот. Слез с мотоцикла — медленно, как всегда, колено давно побаливало. Подал женщине руку. Она взяла её просто, без лишних движений.
К тому моменту у ворот уже стояло человек десять.
— Соседи, — сказал Степан, — это Вера. Моя жена.
Пауза была такая, что было слышно, как ветер гонит пыль по дороге.
Баба Нина первой нашла голос:
— Стёпа… ты сказал — жена?
— Жена, — повторил он спокойно и открыл калитку. — Проходи, Верочка.
Они зашли во двор, и калитка закрылась.
А деревня осталась стоять у дороги и молчать.
Разговоры начались сразу. Конечно.
— Авантюристка, — говорила Клавдия от почты. — Приехала дом прибрать, пока старик не помер.
