Публикация от 11 июня 2026

Вспомнилась мне сегодня история одна. Стоит перед глазами лицо Тамары нашей. Как сейчас помню: прибежала она ко мне тогда, в промозглом конце октября, растрепанная вся, старый пуховый платок на плечи кое-как накинут, сапоги в осенней распутице перемазаны. Села на мою скрипучую кушетку, лицо руками закрыла. - Всё, Семёновна, - шепчет она. - Рухнула моя жизнь. Двадцать два года с Витей прожили, ни разу дурного слова друг другу не сказали, а теперь, видать, врозь доживать будем. Я только вздохнула про себя, присела рядом, погладила ее по вздрагивающей спине. А ведь я их пару с самой свадьбы знаю. Крепкие они. Избу свою своими руками ставили, бревнышко к бревнышку подгоняли. Хозяйство у них всегда на зависть всей округе было. В хлеву чистота, корова всегда сытая, в огороде ни единой соринки. Жили они ровно, спокойно, берегли друг друга пуще глаза. Одно у них было горе невысказанное - деток им Бог так и не дал. Сперва-то они ждали, надеялись. По бабкам-знахаркам ездили, в районную больницу мотались. А потом смирились. Боль эта никуда не ушла, конечно, просто залегла на самое дно души, как тяжелый валун в темном омуте. Тамара всю свою нерастраченную материнскую ласку на телят, на цыплят да на грядки пустила. И вот, на тебе. Виктор-то у нас человек серьезный, слова на ветер бросать не привык. А тут сидят они за ужином, он и выдал: «Тихий у нас дом, Тома. Слишком тихий. Давай возьмем мальца из интерната. Сил у нас с тобой еще много, на ноги человека поставим». Для Тамары эти слова как гром среди ясного неба прогремели.