Пить не давай!
Жила в нашем поселке женщина Анна – обычная деревенская баба. И вот однажды стала она замечать, что здоровье ее резко ухудшилось, и что ни день, то хуже и хуже. Вскоре дошло до того, что даже ходить стала Анна с трудом.
К врачам обращалась, вердикт один: здорова, все себе надумываешь. Тогда пошла от безысходности к бабке Ефросинье, потомственной ведунье. Та с порога Анну оглядела и говорит:
– Порча на тебе. Кто навел – не вижу, а только, если не избавишься, жить тебе всего ничего осталось.
По коже Аннушки пробежал холодок, но она все же взяла себя в руки:
– Как же узнать, кто это сделал?
Вместо ответа бабка Ефросинья наклонила голову, что-то зашептала и стала делать непонятные пассы руками. Потом вздохнула глубоко и говорит:
– Тот, кто навел порчу, придет к тебе сегодня…
– А как я узнаю?
– Да ты дослушай сначала! – зашипела старуха. – Тот, кто навел порчу, придет к тебе нынче вечером. Будет пить просить, а ты не давай, даже если умолять станет. С той водой во врага твоего последние жизненные силы твои перетекут. А теперь ступай.
По дороге обратно домой Анна размышляла, кто бы мог подложить ей такую свинью: вроде и врагов-то у нее не было… Может, ошиблась Ефросинья Ефимовна?
Опустился на землю темный вечер. Аннушка ужин только приготовила, и теперь, не отрывая глаз, смотрела как вернувшийся с работы муж Василь уплетает за обе щеки.
Тут залетает к ней соседка, как вихрь ураганный, лицо все огнем горит, волосы всклокочены:
– Дай пить, Анка!
Анна уже зачерпнула ковшом колодезной воды да вовремя вспомнила, что ей бабка Ефросинья наставляла:
– Не дам.
– Дай хоть каплю, Христа ради, дай! – на глазах соседки выступили слезы.
– Нет.
– Воды что ль жалко? – вмешался Василь.
– Доброму человеку завсегда можно, да только соседка наша не того склада, – спокойно ответила Анна и хотела мимо пройти.
В этот момент соседка схватила женщину за рукав, практически силой вырвала ковш с водой и принялась жадно пить.
Ночью у Анны поднялся страшный жар. Она все бредила, что поругалась с соседкой из-за пустяка, а та на нее порчу навела и с последним глотком воды выпила все ее жизненные силы.
До утра Анна не дожила, умерла на руках Василя.
