За гранью
MAX ·
В Московском перинатальном центре произошла ужасная ситуация. Муж потребовал жену отказаться от дочери прямо там, но реакция женщины поразила даже врачей.
Светлана лежала на каталке в коридоре, ещё не оправившись после родов. Рядом в колыбельке спала её дочь — крошечный комочек, родившийся всего три часа назад.
Дверь распахнулась. Андрей шёл к ней быстрым, механическим шагом. Лицо напряжённое, губы сжаты в тонкую линию. Светлана знала этот взгляд — холодный, безжалостный.
— Андрей, — тихо позвала она. — Посмотри на неё. Она такая красивая...
Он даже не взглянул на ребёнка.
— Нам нужно поговорить.
— Может, подождёшь? Меня ещё должны перевести в палату...
— Нет. Сейчас.
По спине пробежал холод. Проходившая мимо медсестра ускорила шаг.
— Я не буду растить эту девочку, — произнёс Андрей. — Я хотел сына, наследника. А ты родила девчонку.
Светлана онемела. Она слышала это раньше, на седьмом месяце. Тогда он сказал, что примет любого ребёнка. Она поверила.
— Это наша дочь, — прошептала она. — Наша кровь. Как ты можешь?
— Могу, — отрезал он. — Откажись от неё, или я ухожу. Подпишешь отказ — попробуем снова, родим сына. Или развод, и ты останешься без гроша, без жилья, без работы. Моя мать позаботится, чтобы тебя нигде не взяли.
Десять лет брака. Как она могла не видеть, кто он на самом деле?
— Ты не можешь говорить серьёзно, — выдавила она.
— Абсолютно серьёзен. У тебя десять минут. Либо отказ, либо я ухожу навсегда.
Где-то заплакал младенец. Из палаты донёсся счастливый смех. А здесь рушилась целая жизнь.
Светлана посмотрела на спящую дочку — крошечное личико, маленький носик. Внутри что-то переломилось, обрело железную твёрдость.
Она приподнялась на локтях. Каждое движение давалось с болью.
— Десять минут, значит? — спросила она спокойно.
— Девять, — поправил Андрей, взглянув на часы.
Светлана позвала медсестру.
— Простите, можно старшую медсестру и заведующую отделением?
Медсестра растерялась.
— Вы же только после родов... Может, до утра?
— Нет. Это очень важно.
Что-то в её тоне заставило медсестру поспешить прочь. Андрей усмехнулся.
— Собралась жаловаться? Это ничего не изменит. У тебя нет выбора.
— У меня всегда есть выбор, — ответила она, не глядя на него.
