Варькины рассказы
MAX ·
Летом 1983 года в неприметном литовском колхозе «Вадактай» разыгралась трагедия, которая вскоре объединила почти всю страну. Тракторист, работавший в вечернем поле, случайно наехал косилкой на свою трехлетнюю дочку Расу, начисто отрезав крохе обе ступни. Надвигалась ночь, в деревне не было ни одного телефона. Ребенок стремительно терял кровь и в любой момент мог погибнуть от невыносимого болевого шока.
Но система взаимовыручки сработала молниеносно. Ради спасения одной крошечной жизни по тревоге подняли гражданский борт Ту-134. Авиадиспетчеры специально расчистили для него безопасный воздушный коридор до самой Москвы. В пустом салоне летела маленькая пациентка, а на соседнем кресле в пакетах, наспех обложенных замороженной рыбой, везли ее конечности.
Тем временем в столичной детской клинике срочно поднятый с постели молодой микрохирург Рамаз Датиашвили с тревогой ожидал скорую. Медицинское начальство поначалу отказывалось давать добро на это вмешательство: подобного опыта в государстве еще не было, и в случае фиаско карьера врача оказалась бы уничтожена. Спустя почти двенадцать долгих часов после трагедии Расу наконец занесли в операционную. Ее ножки были переморожены, на кафель со стуком падала подтаявшая рыба.
Стартовала изматывающая девятичасовая битва за будущее девочки. Врач буквально по миллиметру сшивал тончайшие сосуды, артерии, нервы и сухожилия. Спустя четыре часа ассистенты Датиашвили — медсестра Лена Автонюк, торопившаяся на экзамены, и доктор Яков Бранд — окончательно выбились из сил. Оставшуюся часть сложнейшей ювелирной работы Рамаз заканчивал в полном одиночестве. Позже он вспоминал, что двигался словно канатоходец над бездной: малейшая ошибка означала фатальный провал.
Только к утру, когда хирург наложил самые последние стежки, маленькие пяточки в его затекших руках порозовели и стали теплыми. Кровообращение восстановилось. Беспрецедентная операция увенчалась успехом.
Эта невероятная история спасения литовской девочки грузинским хирургом в московской больнице навсегда останется символом настоящего гуманизма и сплоченности той эпохи. Ради спасения ребенка никому не пришлось открывать сборы в интернете или искать благотворителей — на помощь бескорыстно пришла целая страна.
