Как-то раз Державин и Ширвиндт были на гастролях в Израиле. Там они ходили в парусиновых брюках и шлёпанцах, так как было жарко и дул хамсин.
И вот, приехав в Хайфу, Ширвиндт обнаружил, что у него в кофре с концертной одеждой нет обуви.
За кулисами нашли одного рабочего — старого еврея, у которого взяли ботинки 41-го размера с рантиком и бантиком. Ширвиндт, со своим 43-м, с трудом в них влез и все два часа ходил как в колодках, немного подпрыгивая, а после концерта работнику с благодарностью их вернули. Говорят, что он сохранил ту пару, и в одной хайфской квартире она хранится до сих пор.
На следующий день артисты поехали в Назарет, где уже Державин обнаружил, что нет его брюк!
Ничего не поделаешь, брюки не ботинки — ни с кого не снимешь. Решили сделать вид, что лето, жара и вообще — так модно.
Ночью они вернулись в город, а утром пошли на хайфский пляж. Ширвиндт, растянувшись на песке, поглядел на Державина в плавках, поднял бровь и громко, хорошо поставленным голосом на весь пляж сказал:
— О, Михал Михалыч, да вы в концертном!
