Публикация от 16 апреля 2026

а её. Следом за ней в комнату вошла женщина и мужчина. — А к тебе кое-кто пришёл, — повторила она. — Они очень хотят с тобой подружиться. Мужчина и женщина прошли в комнату и присели перед Алиной, улыбаясь. — Мы тебя так долго искали, — Сказала женщина. Алина посмотрела на парочку. Затем на Пуговку. Прижала его к уху, как будто совещаясь с ним. Затем снова на женщину. Очень внимательно и придирчиво. — Вы не наша мама, — сделала она заключение. — Извините, — и отвернулась от пары, как будто их и не было больше тут... — Ну вот, не знаю, что с ней делать, — Тамара Михайловна извинялась перед парой. Те долго решались усыновить ребёнка. И вот, решившись, собрали все документы и посетили несколько детских домов. Пересмотрели кучу фотографий и остановились на Алине. На фото белокурая улыбающаяся девчушка пяти лет с голубыми огромными глазами. — Её, когда вообще ещё несмышлёной была, решила удочерить одна пара, — продолжала Тамара Михайловна. — Так с первых минут орала, как резанная. До синевы кричала, пока на место не положили. Подумали, ну мало ли что. Может, беспокоит что-то. Так нет. Через неделю они вернулись, и всё в точности повторилось. И так не один раз. И с разными людьми. — Может, нам приходить несколько дней, — предложил мужчина. — Пообщаемся. Может, привыкнет. — Бесполезно, — махнула рукой Тамара Михайловна. — Если Пуговка сказал, что вы не их мама, то бесполезно. Проверено много раз. — Пуговка? — не поняла женщина. — Заяц её, — пояснила воспитательница. — Она с самого начала с ним. С ним её и нашли. С самого младенчества из рук не выпускает. Мы стирали-то его, пока она спала. Да ещё и высушить надо было успеть. В первый раз-то мы не придали этому значения. Проснулась и орёт. А что орёт? Врач пришёл, ничего не обнаружил. Только когда заяц этот её высох и вернули его, так вмиг успокоилась. Сейчас сама за ним ухаживает. Советуется. Так что бесполезно. Пуговка сказал нет, значит, нет, — Тамара Михайловна развела руками... Жизнь Димки с Катей постепенно вошла в своё русло. Мысли о потерянном ребёнке постепенно отошли. Катя снова расцвела и вроде как ожила. Не сразу, но тем не менее. Пять лет прошло с того дня. Димка решился заговорить первым. Осторожно. — Кать, — начал он. — Вот только ты сразу скажи, если что не так, и я больше никогда не подниму эту тему. Ты никогда не задумывалась о том, чтобы усыновить ребёнка. Девочку, например... — Димка договорил и боялся вдохнуть, ожидая реакции жены. Катя посмотрела не него. В её взгляде не было осуждения или отчуждения. Наоборот. Она взяла руки Димки в свои и посмотрела ему в глаза. — Дим, — начала она. — Я давно хотела тебе сказать, но не знала, как ты отреагируешь. У меня одна знакомая в детском доме работает и вот там... — замялась она. — Я ходила. Просто спросить, поговорить. Фотографии посмотрела... И зовут её Алина. Давай завтра вместе сходим? Димка прижал её к себе и почувствовал, как Катя облегчённо вздохнула, уткнувшись в его плечо... — Сразу предупрежу вас, — Тамара Михайловна взяла обратно у Димки с Катей фотоальбом. — Девочка... — на секунду замялась она, — с особенным подходом к родителям. Можно сказать, что не вы, а она вас выбирать будет. Даже не совсем она там всё решает, — улыбнулась воспитательница. — Да-да. Мы всё понимаем, — Катя нервно накручивала пуговицу на кофте. С самого утра ей вдруг взбрело в голову надеть ту кофту, в которой она ходила беременной. Заметив, что на ней так и нет до сих пор одной пуговицы, она спешно нашла похожую и пришила. Теперь сидела и нервничала. Плохая примета - зашиваться перед дорогой, - думала она потом. И вот теперь эта пуговица не давала ей покоя. — Мы просто поговорим. Вдруг... — Катя смутилась и сделала очередной оборот пуговицы вокруг своей оси. Та, оторвавшись, упала на пол и покатилась прочь. Катя проводила её взглядом, пока та не скрылась под шкафом. — Я достану, — подскочил Димка. — Не надо, — остановила его Катя. — Всё равно это не та пуговица. Тамара Михайловна встала и предложила им проследовать