тка, ты думаешь, что это я вас спасла? – спросила Петровна, задумчиво глядя в одну точку, - нет это вы меня спасли, да разве я жила все это время, нет, так, просто занимала чужое место на этой земле, а вы с Ксюшей и своей Булькой мне глаза открыли, на то, что такое настоящая жизнь. Вы уж не бросайте меня, не знаю, как теперь одной в четырех стенах оставаться, какие деньги, детка, живите и не надо искать никакое жилье. Я знаю, я не сахар, но я вам обещаю, что стану лучше, хоть и старуха уже.
Наташа расплакалась от благодарности, старуха ее обняла, прижала ее голову к своей груди:
- Ну ничего, ничего, доченька, все будет у тебя хорошо, вот увидишь, не надо плакать.
Тут в комнату влетела счастливая Ксюша, а за ней с радостным лаем Булька:
- Бабушка, бабушка, смотри я нас нарисовала! – И протянула Петровне альбомный лист, на котором наивной детской рукой изображены, очень условно, две женщины и девочка, держащиеся за руки, и маленькая собачка, а внизу подписано: Бабушка, Мама, Я, Булька.
Петровна взяла трясущейся рукой альбомный лист, на который тут же закапали слезы. Это впервые за многие-многие годы плакала Варвара Петровна, и это были слезы радости, облегчения и надежды на новую жизнь...
Автор: Птица Муха
