У жены стали появляться синяки на ногах, как будто от пальцев. Она отмазывалась, что это от неудобного стула на работе. Я не поверил ей и спрятался в шкафу в её офисе, что она там делала на самом деле, повергло меня в шок…
Александр привык к запаху машинного масла и металлической стружки. В свои тридцать три он был одним из лучших токарей на заводе — человеком с крепкими руками и привычкой доверять только фактам. Но факты в последнее время не сходились.
Его жена Алёна, тридцатилетняя хрупкая блондинка, рядом с ним всегда казалась существом из другого мира. Они были вместе со школы. Её родители, люди обеспеченные и властные, видели зятя как минимум в кресле руководителя, а не в рабочей робе. Но Алёна тогда проявила характер, пойдя против воли отца, и выбрала Сашу.
В последнее время их идиллия дала трещину. Александр стал замечать на бедрах жены странные синяки — небольшие, багровые пятна, по форме пугающе напоминавшие отпечатки чьих-то пальцев.
— Это стулья в офисе, Саш, — отмахивалась она, не глядя в глаза. — Дурацкие, жесткие края, постоянно задеваю, когда кручусь за столом.
Александр не верил. В цеху он привык замечать малейшую деформацию детали, и эти «деформации» на теле жены кричали об одном: кто-то хватал её, и хватал грубо.
В воскресенье он разыграл карту, которую готовил два дня.
— Алён, мать звонила. У неё на даче забор повалился и с огородом помочь надо. Я заночую, наверное. Вернусь завтра к вечеру.
— Хорошо, родной, — она поцеловала его в щеку, и ему показалось, что в её голосе промелькнуло облегчение.
Вместо дачи Александр дождался вечера, а затем, воспользовавшись дубликатом ключей, который он тайно сделал, когда Алёна оставляла сумку в прихожей, пробрался в здание офиса её отца. Охранник на входе дремал, и Саше, знавшему график обходов, не составило труда проскользнуть к отделу продаж.
Он спрятался в массивном шкафу в углу её кабинета, среди запасных папок и старых каталогов. Внутри пахло бумагой и пылью. Сердце колотилось так, что, казалось, выбьет дверцу.
Утро прошло в томительном ожидании. С девяти часов он слышал её голос — она обсуждала поставки, пила кофе. Всё было обыденно, и Александр уже начал проклинать себя за паранойю. «Дурак, — думал он, разминая затекшее колено. — Вернусь, прощения буду просить».
Около двух часов дня дверь в кабинет резко открылась. По уверенному шагу Александр понял — зашел кто-то «свой».
— Ну что, сестренка, всё трудишься? — раздался резкий, чуть хрипловатый голос Влада.
Влад был старшим братом Алёны. Отец обожал сына, несмотря на его разгульный образ жизни, и фактически подарил ему долю в бизнесе.
— Влад, мне некогда, — сухо ответила Алёна. — У меня отчет.
Александр через щель в дверце увидел, как Влад подошел к её столу. Он был в дорогом костюме, вальяжный и самодовольный.
— Отчет подождет. Я смотрю, ты сегодня особенно хороша. Папа сказал, что ты лучшая в продажах... может, мне стоит тебя поощрить?
То, что произошло дальше, заставило Александра оцепенеть. Влад обошел стол и, бесцеремонно отодвинув кресло…
