Помело
MAX ·
что ты меня встретил. А вот я, когда на улицу попал после Бабулиных вручих сказок, все на своей шкуре постигал.
— Ну неужели все сказки обманывают? — спрашивал Пух.
— И не сомневайся! А теперь давай-ка спать. Завтра новый день, новые проблемы. Не расслабляйся.
Пух и не расслаблялся. Охотился, искал еду на помойках и даже клянчил!
Кот сперва очень не одобрял его попрошайничество:
— Ты пойми, тут дело не в морали. Чихал я на нее. Просто люди непредсказуемы. Сколько раз у меня такое было: сперва зовут, а как подойдешь, огреют чем-нибудь.
— Меня не огреют, — самонадеянно отвечал Пух. — Я убегу.
— А вдруг не успеешь? Лапы у тебя коротенькие, сам ты мелковат. Вдруг догонят...
— Ты за меня переживаешь?
— А что же, зря я на тебя время тратил, что ли? — ворчал Кот.
Но Пух понимал: не только в этом дело. Привязался к нему учитель. Прикипел. И это было приятно.
Ну что же, он будет осторожен. Не имеет он права Кота оставить! Сложно одиночке в этом мире, совсем не похожем на сказку.
*****
Но тяготы тяготами, а мечты никто не отменял. Вечерами Пух устраивался рядом с Котом, прикрывал глаза и грезил:
«Здорово, если бы нас обоих забрали домой. Например, та одинокая женщина со второго этажа. Правда, она все время куда-то торопится. Хотя зачем? Дома ее никто не ждет...
Может, она просто боится остановиться? Потому что тогда ее догонят грустные мысли?
Жалко ее. Она ведь хорошая. Меня угощает. Пусть и на бегу. Может, ей знак подать, что мы готовы к ней переехать? Только Кот, наверное, откажется...»
Он сомневался не зря. Кот сразу дал понять, что людям он больше верить не намерен:
— Хватит с меня одной Бабули. Да я чуть не погиб из-за нее!
— Неужели больше не хочешь домашним стать?
Кот тогда задумался на минуту, а потом покачал головой:
— Нет... Дома, конечно, хорошо, тепло. Только вот потом на улице привыкать снова в тысячу раз сложнее будет.
— А если навсегда возьмут?
— Нет в мире ничего вечного! — отрезал Кот.
«Но ведь, Кот может ошибаться, — размышлял Пух. — Женщина со второго вроде молодая, не уйдет, как его Бабуля, на небо.
И нас наверняка не прогонит, как мои хозяева. Потому что глаза у нее другие... Добрые! Эх, мало я понимаю в жизни. Вот бы судьба дала знак!»
И однажды судьба сподобилась.
Заканчивалась зима. Февраль хулиганил. То сыпал снегом, то включал тепло, заставляя сугробы плакать. А потом морозил, превращал воду в скользкие зеркальца.
Вот на одном таком «зеркальце» перед скамейкой и поскользнулась женщина со второго этажа.
Пух с Котом размышляли, куда бы сегодня отправиться на промысел, когда она рухнула перед ними. Выругалась, села и увидела две пары глаз, уставившиеся на нее.
Одна принадлежала знакомому псу-беспризорнику, вторая – неизвестному коту.
— Ого, да тут у вас собрание?
Она подтянула к себе пакет, уехавший по каточку чуть дальше.
— Сейчас, ребята, проверю, все ли у меня цело, и угощу вас.
— Не зря сидели, — прагматично заметил Кот.
— А вдруг у нее что-нибудь поломалось, — забеспокоился Пух и вылез из-под лавки.
Женщина поднялась, ощупала себя, отряхнула пальто:
— Вроде цела.
Она полезла в пакет, Пух крутился у ног.
— Яйца разбила, — сообщила женщина. — Все изгваздала!
— Ну вот... Теперь ничего нам не светит, — расстроился Кот.
— А знаете что, ребята, пойдемте-ка ко мне, — предложила она.
— Ну уж нет! — воспротивился Кот.
— Пойдем! — Пух сунул нос обратно под лавку.
— Да зачем?
— Поедим, отогреемся, а может, и насовсем останемся.
— Глупый ты. Не оставит она нас. Ты думаешь, почему в этом доме полтора человека живет? Расселяют его, все никак расселить не могут.
Но рано или поздно переедет твоя мадам в новую квартиру. А нас здесь бросит.
— А вдруг не бросит?
— Молодой ты еще...
— Ну пожалуйста!
— Ладно, пошли. Хочешь на собственной шкуре убедиться, что сказки все врут. Валяй!
Женщина наблюдала за ними, не торопила, ждала. Может, понимала, что они разговаривают?
Кот выбрался из-под лавки и первым побежал к подъезду...
*****
Женщину звали Маша. И дома у нее было славно.
