Публикация от 17 июля 2026

Два хвоста АНАТОЛИЙ ХРИСТЮХА От былого величия не осталось и следа. Кошка висела в его руке грязным, худым комочком. Она уже не шипела, только смотрела своими голубыми глазами, в которых застыли леденящий ужас и усталость… Сергей долго не мог поверить, что его жизнь может быть такой спокойной. После Якутии он сильно сбавил скорость. Вернувшись из больницы, устроился на местную автобазу механиком. Домой возвращался каждый вечер. С тех пор, как Марина приехала к нему в Братск, они почти не расставались. Она готовила ужины, они гуляли с Байкалом по вечерам, и Сергей даже начал привыкать к тому, что не надо никуда мчаться. Байкал был счастлив. Он спал на своём месте у батареи. Иногда ему даже разрешали поваляться на диване в гостиной. Так длилось полгода. Пока однажды вечером в дверь не позвонили… На пороге стояла Ольга – дочь Марины от первого брака. В руках она держала переноску, из которой доносилось недовольное мяуканье. — Мам, я к тебе за помощью, — сказала она с порога. — Выручай, а то всё, приехали. — Что случилось? — Марина отступила, пропуская дочь в коридор. — Аллергия у Миши, — Ольга вздохнула. — На кошку. Врачи сказали: или кошка, или ребёнок. А она у нас уже три года, привыкла, и выбросить её рука не поднимается. Пожалуйста, возьмите хоть на время. Из переноски донеслось громкое требовательное «Мяу!». — Это Матильда, — представила Ольга. — Сиамская принцесса. Сергей заглянул в переноску. Оттуда на него смотрели два ярко-голубых глаза. Кошка была изящной, светлой, с тёмной мордочкой, ушами и лапками. Взгляд у неё был оценивающий, словно она решала, достоин ли этот человек её королевского внимания. — Красивая, — признал Сергей. — Но у нас же Байкал... — Байкал умный, — сказала Марина. — Он привыкнет. Мы просто подержим её немного, а дальше... видно будет. Сергей хотел возразить, но посмотрел на Марину. Она смотрела на дочь с усталой, любящей тревогой, которую он так хорошо знал. — Ладно, — сдался он. — Только пусть не лезет к Байкалу. Ольга уехала через час, оставив переноску, лоток, корм и гору наставлений. — Она любит лежать на подоконнике, — инструктировала она на прощание. — Молочко не давайте, у неё желудок слабый. Игрушек не надо, она не играет. Она у нас королевская особа. — Я понял, — сказал Сергей. — Буду кланяться при встрече. Кошка вышла из переноски только через час. Она обошла квартиру по периметру, внимательно обнюхала каждый угол, посмотрела на Байкала, который лежал у батареи, и высокомерно прошла мимо. Пёс настороженно поднял голову. Он видел кошек на улице, но в доме они никогда не жили. Он повернул голову к Сергею: «Это что за явление?» — Терпи, брат, — шепнул Сергей. — Это временно. Первые два дня прошли относительно мирно. Матильда держалась особняком, спала на подоконнике, ела из своей миски. Байкал старался делать вид, что её не существует. Потом кошка начала планомерное наступление… Сначала она нагло заняла его подстилку. Байкал подошёл к своей лежанке и обнаружил на ней аккуратно свернувшуюся сиамскую кошку, которая смотрела на него с презрительным выражением. Пёс заскулил. Он перевёл взгляд на Сергея, потом обратно на кошку. Та не шевельнулась. Её голубые глаза были холодны и непроницаемы. — Матильда, — позвала Марина. — Иди на подоконник, дай Байкалу место. Кошка не сдвинулась с места. Только кончик хвоста дрогнул. Байкал отошёл и лёг на пол, положив голову на лапы. Он смотрел на свою подстилку, на кошку, и в его взгляде было столько обиды, что Сергею стало не по себе. — Вот чёрт, — сказал он. — Начинается... Ещё через два дня она отобрала у него миску. Байкал подошёл попить, а Матильда уже сидела перед ней и медленно, с достоинством лакала воду, не обращая на пса никакого внимания. Байкал предупреждающе зарычал. Кошка подняла голову, фыркнула ему прямо в нос и продолжила своё занятие. — Это уже перебор, — сказал Сергей и отодвинул кошку. — Иди к своей миске.