Помело
MAX ·
Кот был тёплый, живой и очень доверчивый, и от этого на душе у Николая становилось очень скверно.
Ну не понимал он, за что такому милому коту достались такие бессердечные хозяева. Зачем, спрашивается, они вообще животное заводили, если, кроме себя, никого не любят? «Странные люди, ей-богу».
А однажды, снова встретившись в подъезде с котом, Николай твердо решил: если эти люди ещё раз выкинут животину в подъезд, он что-нибудь предпримет. Хватит уже издеваться над несчастным животным.
Он не знал, что именно сделает, но чувствовал, что непременно должен вмешаться, иначе это все никогда не закончится.
День, когда терпение Николая окончательно лопнуло, настал в пятницу, когда он возвращался домой особенно злым.
На работе он поругался с коллегами, в транспорте люди толкались и наступали ему на ноги, ещё и на улице с самого утра шел мелкий противный дождь. В общем, его настроение было на нуле. А может быть, даже ниже нуля.
Поднимаясь по лестнице, Николай ещё с третьего этажа услышал знакомое жалобное «мя-у-у».
Кот, как всегда, верно сидел у своей двери, однако домой его не пускали.
А в подъезде, между прочим, было довольно прохладно. Не май месяц на улице, как говорится.
Николай остановился на лестничной клетке и задумчиво смотрел на кота, который при виде его, как обычно, затарахтел и пошел навстречу.
А потом — бац!
И все проблемы сегодняшнего дня в один миг показались Николаю сущим пустяком. Вот у кота — проблемы.
Какие? Огромные! К нему относятся, как к вещи. Как к игрушке какой-то. Что может быть страшнее?
Николай прислушался к тишине за дерматиновой дверью. Никому не было дела до этого кота.
И ему очень захотелось проучить своих соседей.
— Всё, хватит, — проговорил Николай вслух, сам удивляясь своей решимости. — Пошли со мной.
Он наклонился, подхватил кота на руки.
Тот немедленно заурчал громче и потёрся головой о его промокший пиджак, оставляя шерстяные разводы.
А потом они пошли на седьмой этаж, где жил Николай.
Он забрал кота всего на пару дней.
«Пусть хозяева испугаются, пусть поищут, поволнуются. Поймут, что так нельзя делать…» — думал Николай, заходя в квартиру.
У него дома кот освоился на удивление быстро. Обнюхал углы, вспрыгнул на диван, покрутился, выбирая место, и свернулся калачиком на пледе, благодарно глядя на своего спасителя.
И пока кот отдыхал, Николай, несмотря на мелкий противный дождь и усталость, сбегал в ближайший зоомагазин, купил коту самый лучший кошачий корм, «туалетные принадлежнтсти» и ещё игрушки — на тот случай, если пушистому квартиранту станет скучно, а его в тот момент не окажется дома.
На следующий день, в субботу, Николай несколько раз подходил к входной двери, открывал её и выглядывал в подъезд.
И очень удивлялся тому, что в подъезде было очень тихо.
Никто не ходил по этажам, не звал кота по имени (кстати, как его зовут, Николай так и не знал), не расклеивал объявлений.
По всему получалось так, что никто не искал пропавшего кота. И это было странно. Очень странно…Николай возвращался в квартиру, смотрел на кота и пожимал плечами.
А тот в свою очередь лениво потягивался на диване и даже не думал проситься наружу.
— Слушай, может быть, ты хочешь обратно в подъезд? — спросил Николай в воскресенье, указывая на дверь. — Я тебя не держу. Иди, если надо.
Кот посмотрел на дверь, перевёл взгляд на Николая и демонстративно начал вылизывать лапу.
Потом встал, подошёл и потёрся о его ногу.Ответ был яснее любых слов. Николай закрыл дверь, усмехнулся и взял кота на руки.
Они отправились на кухню завтракать, а потом в комнату — смотреть телевизор. Выходной же все-таки.
Кот лежал у него на коленях и урчал, как маленький трактор, и в квартире впервые за долгое время стало по-настоящему уютно.
